Чтение онлайн

Но первый свой крик я издал в одной из старейших клиник, названной в честь цесаревича – будущего императора Александра III – Александровской. Мне она очень дорога, так как мой дедушка Александр Осипович Киркевич был там в 1945 г. замдиректора по хозчасти. Поэтому рождение его внука, то бишь меня, праздновала вся больница. Рождение там же, спустя 21 год, моего сына Геннадия тоже не прошло незамеченным для старого персонала, утверждавшего, что он появился чуть ли не в той же палате. Теперь это Центральная городская клиническая больница. Во время ее закладки она была вне города, с чистым воздухом и тихой территорией. Она начала функционировать в ноябре 1875 г., с этого времени всячески помогать больнице, носящей имя царствующего императора, стало престижным для отцов города и предпринимателей, поэтому здесь быстро возводились новые корпуса. В конце ХIХ в. в ней было 335 коек для больных, из которых 116 бесплатных. Позже больнице присвоили гордое имя Октябрьской революции. Никто не брал под сомнение двусмысленность такого названия учреждения, где также лечили от алкоголизма и вензаболеваний. С этой больницей за всю ее историю, вне зависимости от политического строя, связаны имена выдающихся профессоров: ее первого главврача Б. Маньковского, Ф. Леша, Г. Минха, И. Сикорского, Н. Стражеско, В. Чернова, Ф. Яновского, В. Образцова и других. В больнице одновременно может находиться на стационарном лечении 1200 больных. На территории, недалеко от центрального входа, в 1895 г. по проекту В. Николаева воздвигли церковь Св. Михаила в псевдорусско-византийском стиле, а потом – колокольню. То, что больничная церковь построена в честь св. Михаила, первого митрополита Киевского, заслуга известного предпринимателя и благодетеля М. Дегтерева. После его смерти саркофаг с телом установили в подвале северной специальной пристройке к храму, которую раскрыли при восстановлении церкви. Сейчас она, разрушенная в 1931 г., стоит в первозданном состоянии. В восстановлении ее активное участие принимал мой двоюродный брат Эдуард Киркевич.

После смерти Сталина лавочки прикрыли, а на их месте разбили бульвар, который реконструировали в 1984 г., а декоративные кусты оградили чугунной решеткой. Благоустройства и перестройки довели до того, что Бессарабка потеряла свое лицо. Ее не спасла фигура поднявшего руки Шолом-Алейхема, когда-то жившего тут. Получилось так, что они с Лениным, приветствуя, шли навстречу друг к другу, но подойти им ближе мешал рынок. Его не снесли и не переоборудовали под картинную галерею, как хотели раньше. Просто Шолом-Алейхема перевели на ул. Рогнединскую. Не исключено, что и Ленина к нему бы перевели, тогда бы они и встретились. Вот мы дошли до конца Крещатика, где стоял памятник Ленину.

В программе украинских коммунистов есть план снести Крытый рынок. На это место перенести из Москвы Мавзолей Ленина с содержимым, для того чтобы Ленин-памятник на бульваре Шевченко поднятой рукой как бы приглашал посмотреть на свою мумию.

За годы подготовки этой книги памятник подвергался нападению сначала экстремистов, потом вандалов. Первые воюют не идеями и убеждениями! А вот вандалы ничего не могут, кроме разрушения. Согласен, что памятнику Ленину не место на Крещатике, но, как писал Н. А. Некрасов, те, кто «не создавать, разрушать – мастера!», воспользовавшись «смутным временем», к возмущению большинства киевлян фигуру Ленина разбили на куски. Я не сторонник Ленина, но памятник – жалко. Его после обсуждения в городском совете нужно было перевезти в какой-либо парк. И пусть «верные ленинцы», которых еще немало, там бы ему поклонялись, пока «не зарастет к нему народная тропа!» А так как книга в основном предназначается молодым романтикам, которые в садиках-школах-вузах не проходили «ленинское учение», то расскажу и о разрушенном монументе. Памятник В. И. Ленину (скульптор С. Меркулов, 1946) был из красного гранита. Поставлен по инициативе Никиты Хрущева, на то время – первого секретаря ЦК КП(б) Украины. На цилиндрическом постаменте из черного полированного гранита высечены ленинские слова: «При едином действии пролетариев великорусских и украинских свободная Украина возможна, без такого единства о ней не может быть и речи». Здесь Ленин в пиджаке, а на площади был в пальто, поэтому и появилась шутка, что на Бессарабке ему теплее. ВИЛ (прошу не путать со страшной инфекцией) стал первым бороться против курения, иначе как объяснить, что во времена СССР если затянешься сигаретой возле памятника, то тут же подходил милиционер и вежливо (!) просил здесь не курить. Вспомнили? Вот так!

Памятник В. И. Ленину. Скульптор С. Меркулов.

При рассмотрении негатива «ЛЕНІН» читается как «НІНЗА»

Вернемся к Шолом-Алейхему, я имел в виду памятник писателю, поставленный в 1997 г. (скульптор В. Медведев, архитектор Ю. Лосицкий). Дело в том, что в доме по ул. Красноармейской, 5 (архитектор В. Николаев, 1881–1891), разрушенном в 2001 г., проживал С. Рабинович, которого все знают под литературным псевдонимом Шолом-Алейхем. Он очень любил лихо перекручивать названия: так Киев, который зримо присутствует в его творчестве, – «Егупец», а знаменитая Жмеринка – Касриловка. Все-таки справедливость восторжествовала, и в здании, построенном на этом месте, 2 марта 2009 г. чудесному писателю был открыт музей с интересной экспозицией.

Сложно описывать свой город. И не потому, что мало фактического материала, – его вполне достаточно. К тому же нет проблемы выбирать, что по вкусу. Затруднение в том, что не уверен, в какой последовательности рассказывать о тех или иных местах и памятных строениях. А я, что греха таить, люблю разглагольствовать на любимую тему – о себе. Праведную жизнь начинаешь вести тогда, когда на грешную, к сожалению, уже не остается ни сил, ни денег. Вот мне на старости лет и довелось писать книги. Вполне закономерно, что свое повествование об этой части Города, я начал от Бессарабки, где я родился, через Лютеранскую, где некоторое время прожил, на Печерск, где прошли детство и юность. А далее как? Можно было пойти к университету, где обучался на историческом факультете, а потом куда? Опять затруднения, но, начав описывать Красноармейскую улицу, я вдруг понял, что надо… «чтоб я так жил», именно в другом порядке: от нового корпуса университета к старому, а далее туда, где пишутся эти строки, – к хутору Отрадному… А хутор зачем?! Он приносил радость тем, кто там провел детство. Хотя Гарик Карогодский считает себя не только миллионером, но и мальчиком из Отрадного. Но на это нужно иметь «еврейское счастье». А зачем мне такое «счастье»?!

– Почему когда в любой город приезжает президент, сразу начинают ремонтировать дороги?

– Ну, не дураков же лечить!

Поэтому я буду рассказывать о «моих университетах» и начну с Нового корпуса, а лучше всего с проспекта Академика Глушкова, где живут мои любимые внуки Дима, Вика и сын Гена. Я пережил две войны, три автомобильные катастрофы, один обстрел, чудом спасся от взрыва мины, два неудачных супружества и одно удачное, два раза был под следствием и один раз в реанимации. А теперь приходит мой внук и заявляет: «Дедушка, ты ничего не понимаешь в жизни!» Район проживания моих внуков поэтично называется Теремки-2, ну и что – красивое название, полученное от маленького хутора на монастырской земле. Хотя понятие «тюрьма», – производное от «терема». В свое время архитектурно-планировочные особенности массива Теремки были совершенными и передовыми по размещению жилых домов, прокладки пешеходных улиц и площадок с изоляцией их от транспортных шумов. Это так, но из-за непоследовательности в нумерации поиски нужного дома, особенно в сумерки, довольно затруднительны. И так не только тут. Этот массив расположен за окружной дорогой.

Предыдущий киевский мэр утвердил план строительства кольца вокруг Киева. Кольцо пройдет через Житомир, Чернигов, Полтаву, Сумы и позволит избавить от пробок основные магистрали столицы.

В непосредственной близости находится село Пирогово, которое раскинулось как раз посередине между городской свалкой и Музеем под открытым небом, самым большим музеем нашей страны – народной архитектуры и быта Украины. Получилось сделать его образцовым. Умело размещенный в живописном месте площадью 150 га, музей раскрывает природно-географические особенности регионов Украины. На сегодня тут установлено более 150 памятников народного строительства ХVІ – ХХ вв., образцов материальной и духовной культуры разных эпох из 25 областей Украины, собранных согласно историческому, этнографическому и географическому районированию. В завершенном виде экспозиция музея включает около 400 разнообразных сельских строений, с документальной достоверностью сформированных в архитектурно-этнографические комплексы. Только незначительное число их – копии, реконструированные на основе научных исследований. Значительная часть экспозиции завершена: Средняя Надднепрянщина, Полтавщина, Слобожанщина, Полесье, Подолье и другие. Ландшафт, рельеф, строения дают живое представление о прошлом жителей Украины. Это любимое место отдыха гостей города и киевлян. В праздники, особенно церковные, тут выступают народные коллективы, проходят массовые гуляния. На территории музея в деревянной церкви Архистратига Михаила проводятся службы в соответствии с давними обычаями, в национальной одежде, поэтому многие из них записываются ведущими киевскими телекомпаниями.

На короткое время Киев оказался спортивным центром Европы, так как на ипподроме проводился чемпионат по конному спорту, в котором участвовала английская принцесса, правда, не совсем удачно – упала на заднее место. Фигурально и фактически!

Наши ученые установили, что седалищный нерв очень чутко чувствует приближение приключений…

Построенный в 1969 г. ипподром неоднократно становится местом проведения международных соревнований. Главное поле имеет три дорожки: для забега коней рысью (длина 1600 м, ширина 30 м) с черноземным покрытием; скаковое поле для скачек в аллюре (длина 1800 м, ширина 25 м) с травяным покрытием; рабочая тренировочная дорожка (длина 1500 м, ширина 18 м) со шлаковым покрытием. Вдоль двухэтажного корпуса – открытые трибуны на 3 тыс. мест и ресторан «Жокей». Сейчас ипподром окончательно захирел. Хотя на возрождение конного спорта я не надеюсь, но нахождение ипподрома возле моих родных объясняет невероятную любовь моей внучки Вики ко всем копытным, особенно к лошадям, не исключено, что она будет там дневать и ночевать возле своих любимых лошадок. Я давно заметил: детей занимает вопрос – откуда всё берется, взрослых – куда всё девается.

На другой стороне ипподрома находится ресторан «Ветряк», работающий при всех режимах, обществах и денежных отношениях, за любую валюту.

Наибольшим спросом из всей печатной продукции до сих пор пользуются деньги.

Поблизости, на проспекте Академика Глушкова, находятся основные учебные корпуса и общежития Национального Киевского университета им. Т. Шевченко. Хоть это большая часть самого престижного учебного заведения страны, но мое обучение на историческом факультете в 1983–1989 гг. проходило в старом, Красном корпусе, о котором я расскажу ниже.

Сюрреалист пишет о том, что чувствует, реалист о том, что видит, а соцреалист – о том, что слышит… Поэтому рассказываю далее. Перед корпусами университета появился памятник, символизирующий нелегкое познание научной истины. Авторы Н. Олейник и Е. Прокопов в 1994 г. это увидели так: бронзовый параллелепипед, испещренный формулами и цитатами из классиков, как бы символизирует тяжкий груз знаний, которые накопили несколько поколений исследователей, одетых и в мантии ученых, и в солдатские шинели. Правда, персонажи монумента взялись за свой груз как-то странно, раскрытыми ладонями, – вероятно, удерживая его на весу мощным усилием воли. И от этого усилия так страшно запрокинули головы, как бывает у удавленников, вынутых из петли… Может быть, поэтому студенты прозвали сие творение «Четыре декана и ящик с водкой». Как тут не напомнить, что политический вес всегда – брутто.

Напротив ипподрома стоит Ледовый стадион, сооруженный в 1975 г. и ставший первым (и последним!) в Советском Союзе спортивным комплексом под открытым небом с ледяным полем, на котором можно проводить соревнования в течение всего года. Вокруг центрального ядра – широкая, в 400 м, полоса с тремя дорожками. Холодильное оборудование размещено в отдельном специальном помещении. Трибуны на 10 тыс. мест. История этого никогда не функционировавшего спортивного комплекса весьма характерна для психологии чиновничества СССР. Подобный центр подготовки спортсменов был в Медео, но в Средней Азии работникам физической культуры стало скучновато. Под предлогом, что тренироваться в высокогорье хорошо, но выступать нашим спортсменам приходится за рубежом в крупных городах, выбрали подобное место для усовершенствования результатов. Поэтому богатая страна, где «выше прыгнуть» было важнее планомерного развития искусства и культуры, выделила громадные средства на этот незаконченный долгострой. В нем не успели провести ничего выдающегося, потому что наступила «перестройка»… Впоследствии планировали значительное расширение этого коллапса-комплекса, но с распадом СССР финансирование спорта значительно сократилось, и уже три десятилетия стоит ледовый стадион, который ни к чему нельзя приспособить, – пустой и беспомощный. Может быть, когда Киев станет местом проведения важных международных соревнований или чемпионата мира, это сооружение, построенное с большими затратами, найдет себе применение. Но если, не дай Бог, война, то его можно переоборудовать в такую себе «Брестскую крепость»!