Чтение онлайн

Я прильнула ближе, прижимаясь к его бедрам, даже когда поджала свои губы.

– Я не знаю. Это может потребовать больше актерских навыков, чем те, которыми я буду располагать завтра.

– Что я могу сделать, чтобы убедить тебя в том, что это будет того стоить?

Он сначала поцеловал мою левую щеку, затем правую, и, наконец, кончик моего носа. Разочарование и теплота вызывали дрожь во всем теле.

– Ты можешь перестать издеваться и приступить к делу?

– Это зависит от того, что ты имеешь в виду под словом дело.

Его голубые глаза искрились озорством, желанием и чем-то ещё, что, казалось, стреляло прямо в мою душу, поджигая её.

– Дурачок, ты собираешься лишь поцеловать меня?

Он завладел моими губами даже раньше, чем последнее слово покинуло мой рот, принимая их и пробуя на вкус. Заявил на них свои права, демонстрируя таким способом все мужское, собственническое и желаемое. Никто и никогда не целовал меня так. Никто. Прогулка к морю ночью чувствовалась, как возвращение на Родину, но во многом этот поцелуй ощущался также.

И все то, что я продолжала говорить, было либо о том, что я не могу позволить себе быть ещё более заинтересованной в этом мужчине, чем уже была, либо, что не могу заставить себя оторваться от него. Я нуждалась в поцелуях этого мужчины, его запахе, его близости, почти так же сильно, как ранее нуждалась в море.

Резкое гудение разорвало тишину, прерывая наш поцелуй, и заставило меня подпрыгнуть, а мое сердце очень быстро биться. Трей ругнулся и немедленно выключил фонарик, погрузив нас во тьму.

– Что это было?
– спросила я напряженным шепотом.

– Система раннего оповещения, - он быстро, но тихо передвинулся к окну, - Кто-то пересек луч.

Я заглянула за его плечи. Ночь была темна, и единственными предметами, которые, казалось, двигались, были ветки дерева, дергаемые пронзительным ветром.

И ещё…

Темная фигура около ворот? Это была машина или моё воображение просто разыгралось?

Я прищурилась, но не смогла все достаточно ясно рассмотреть. Просто это было слишком далеко.

– А могла кошка или собака нарушить сигнализацию?

Он покачал головой.

– Я установил её выше почтового ящика, чтобы такое не случилось, -он посмотрел на меня, - Собери всю еду. Мы убираемся отсюда.

Я развернулась и пошла обратно к скамье. После разложения еды в несколько пластиковых пакетов, я схватила ноутбук и выбросила футболку.

– Ладно, все на месте.

– Я спрятал машину на заднем дворе, возле сломанной части забора.

– Ты и правда всегда в боевой готовности, не так ли?

– Хороший вор всегда планирует схему эвакуации, - он взглянул на меня опасными и хитрыми глазами, - Иди по тропинке вдоль вершины скалы, следуй ей, пока не достигнешь линии забора. Машина спрятана за деревьями примерно в ста ярдах оттуда.

– И что ты будешь делать?

– Пойду за нашими преследователями и удостоверюсь, что они не смогут последовать за нами.

– При помощи другого случайного пожара?

Его неожиданный оскал был страшен.

– Нет. Я думаю, что мы могли привлечь достаточно внимания к нашему трюку вчера. Кроме того, сейчас ночь. Иди же, Дестини.

Я ушла, выскользнув через заднюю дверь в спокойствие ночи. Однако в действительности не было так уж тихо, не с ветром, тормошащим ветки и свистящим сквозь деревья, растущие вокруг дома.

Я держалась глубоких теней, проскальзывая вокруг здания быстро и тихо. Только оказавшись за пределами защиты дома, ветер захватил меня, толкая вперед, и в какой-то мере даже торопя меня, хлопал и шуршал пластиковыми пакетами, которые я несла.

Но проходящий через пальцы ветер принес урчание двигателя. Ни один лучик света не пронзил ночь, но скрип шин по камням, которые покрывали дорогу, нельзя было с чем-то спутать. И он становился все ближе.

Страх словно дал крылья моим ногам. Я практически пролетела над открытым пространством, едва замечая, куда идти, доверяя инстинкту и уверенности моих больших ног, а мой взгляд бродил в темноте.

Мои глаза поймали движение. Это была тень человека среди деревьев слева от меня?

Я не остановилась, чтобы посмотреть. Не осмелилась. Возможно, это был Трей, но в любом случае – воздушные драконы могут передвигаться со скоростью ветра, если захотят.

Внезапно отчетливый порыв соленого ветерка предупредил о близости скалы. Я смотрела вперед, увидела землю, уступающую черноте ночи и звездному горизонту, и свернула влево, следуя за тем, что выглядело как созвездие Козерога. Я надеялась, что Трей справится со всем быстро – что бы там ни было – и мы смогли бы выбраться отсюда. Машина у ворот необязательно принадлежит моим преследователям – это могут быть просто копы, совершающие свои объезды, или что-нибудь в такой же степени невинное – но инстинкт предполагал худший вариант.

Вдруг поднялся резкий ветер, и в воздухе отчетливо послышались внезапные звуки шагов.

И они были близко. Слишком близко.

Я развернулась. Увидела наступающую тень с протянутыми руками. Едкий запах хлороформа внезапно вырос в ночи, он шел от ткани, которую человек держал в руке. Моя кожа загоралась от одной мысли о том, чтобы позволить этому оказаться рядом.

Когда хлороформ применяют на людях, он замедляет нервную систему, а так же гасит её. На нас он горит как кислота. Но он также является одним из нескольких лекарств, которые совершенно истощают нас.

Я быстро дала задний ход и размахнулась пластиковыми пакетами с едой изо всех сил. Один мешок порвался, извергая банки и упакованные кексы прямо на тропинку, но другой сильно ударил незнакомца в живот.

Он хрюкнул, но бросился назад к мешку, схватил его свободной рукой, ища покупку любого вида. И хлороформ подождал.

Я решительно вырвала руку, отбросив его пальцы далеко, затем крутанулась и ударила голой пяткой. Удар пришелся в его подбородок, с силой отбрасывая его назад.

Но я не остановила его.

Он восстановил равновесия и потряс головой, кривая усмешка растянула его тонкие губы.

– Хочешь немного подраться для разнообразия, а, маленькая рыбка?

У него был американский акцент, не шотландский. Но, впрочем, лишь у нескольких ученых был шотландский акцент.

– Я всегда борюсь за себя. Ваш вид такого никогда и не видел.

Он шагнул вперед. Я подалась назад, осторожно наблюдая за его глазами, балансируя на кончиках пальцев, ожидая, чтобы отпрыгнуть, что, несомненно, понадобится.