Чтение онлайн

Биллинг телефона СБ-шника «Тандема» показал, что в предполагаемое время захоронения киллера, он находился примерно в одной с ним точке.

Под давлением следствия, прессом сокамерников и обещаниями «Металхолдинга» озолотить его семью, СБ-шник «Тандема» пошёл на сделку со следствием. Он показал, что приказ на ликвидацию киллера ему отдал его начальник Млынский. Тот был задержан, после чего президент «Тандема» Яков Швец срочно улетел в Лондон.

Млынский, в свою очередь, не стал выгораживать Швеца. И тогда на высшем уровне было принято решение дать ход этому делу без каких-либо ограничений. Чтобы в будущем российские бизнесмены пытались решать свои конфликты более цивилизованными способами. Как прокомментировал это решение один из участников секретного совещания, на котором оно было принято – «Не умеешь, не берись».

Швеца объявили в международный розыск по линии Интерпола. Деятельность «Тандема» была, фактически, блокирована проверками, которые выявили многочисленные нарушения в деятельности группы. Проверяющие наложили на компанию многомиллионные штрафы. Через полгода холдинг перестал существовать.

Отслеживавший всю эту историю Дмитрий Суляк решил, что базовые расценки на услуги Трофимова-Швепса он поднимет на двадцать процентов.

Июль 1999 года.

Москва.

К встрече с потенциальным инвестором я готовился тщательно. Думал даже костюм с галстуком приобрести, но решил, что это будет перебор. Пошёл в повседневной casual-одежде, и оказался прав: Богуславский хоть и был в костюме, но без галстука. Миллионер был достаточно прост и открыт в общении.

– Здравствуйте, Леонид Борисович!

– Здравствуйте, Олег! Присаживайтесь, рассказывайте, с чем пришли, - усадил он меня в кресло и попросил секретаря принести нам кофе.

– Во-первых, у меня есть чутьё на инновации. Это правда, я в состоянии определить, «выстрелит» стартап или нет с высокой долей вероятности. Можно назвать это интуицией, можно – развитой логикой. Как хотите, и, я надеюсь, наше сотрудничество это докажет. Во-вторых, у меня есть и собственные прототипы, с которыми можно работать.

– Давайте начнём с первого.

– Я предлагаю следующую схему: методом селекции отбираю потенциально рабочие стартапы, предоставляю их вам. Я уже столкнулся с тем, сколько приходится отбрасывать, - порядка 98 процентов только на первом этапе. В дальнейшем вы проводите переговоры, и если принимаете решение инвестировать, выплачиваете мне комиссион в размере двух процентов от объёма вложенных денег.

– Один процент.

– Полтора.

– Один, и не будем спорить.

А я и не собирался упираться. Этот вид деятельности у меня как прикрытие, и контракт с Богуславским – тоже.

– Договорились. Когда можно будет подписать соответствующее соглашение?

– Мои юристы подготовят его сегодня, завтра сможете забрать подписанный документ.

– Устраивает.

– Что вы можете предложить мне сегодня.

– Рекомендацию. У меня есть несколько стартапов с перспективными разработками, в будущем буду постепенно передавать вам их досье. А пока просто совет. Сейчас в России самый популярный поисковик – Рамблер. Но ко мне обратилась в поисках финансирования команда, на мой взгляд, гораздо более интересного проекта. Он уже есть, но сейчас входит на вторых ролях в крупный холдинг. Они хотят выйти оттуда и работать самостоятельно, для этого нужны деньги, и немалые.

– Как называется этот ваш перспективный поисковик?

– Яндекс. Может слышали?

– Пока нет. Но поинтересуюсь [5].

– Тогда перейдём ко второй части, - и я выложил на стол перед Богуславским три тротуарных плитки: без присадки, с присадкой и полностью чёрную.

– Что это.

Примерно в течение получаса и подробно рассказал о проекте, начав с вранья. Что разработала присадку и все сопутствующие технологии группа талантливых химиков, у которых я выкупил права на патент.

– Не верю! – в открытую заявил Богуславский. – Над такими темами должно работать целое НИИ в течение нескольких лет. Признайтесь, это советская секретная технология, а вы её попросту украли!

– Я не воровал ничего! Даю честное слово, что мне всё это досталось законным путём!
– поклялся я, ухитрившись при этом даже не соврать.

А дальше предположил, что те, кто продал мне все эти формулы, возможно, откуда-то их взяли сами, поскольку запросили недорого, всего сто тысяч долларов. Но поиск в базе данных патентов ничего не дал: о таких ноу-хау на всей планете никто ничего не слышал.

– Я не желаю иметь ничего общего с кражей интеллектуальной собственности, - отрезал Богуславский. – С другой стороны, проект, действительно, очень перспективный. И, самое главное, он вещественный. Мне поднадоели инвестиции в доткомы. Поэтому сделаем так. Мои юристы проверят все возможные международные базы данных, и если не найдут упоминаний ни о чём подобном, продолжим.

***

Следующий раз мы встретились через три дня.

– Никаких упоминаний, даже косвенных. Судя по всему, это абсолютно уникальное ноу-хау, и ваши ребята его разработали самостоятельно. Будем работать. У вас есть бизнес-план? – встретил меня Богуславский.

Бизнес-план у меня был, даже очень подробный. Он включал в себя создание химической лаборатории по производству присадки, я решил назвать её «синтетический хлорофиллом» и ряда других материалов. А также SWOT-анализ и комплекс мероприятий по продвижению новинки.

Я предлагал, в первую очередь, договориться с мэрией Москвы и за свой счёт установить «фильтрующую» плитку на одном квартале где-нибудь в центральной части города. Чтобы можно было наглядно сравнивать уровень загрязнения воздуха там и на соседних улицах.

Также я предлагал, опять-таки за свой счёт, построить триста метров дороги где-нибудь в Подмосковье. Сто метров из плитки 10х10, сто из квадратиков 40х40 и ещё сто из специально изготовленных плит стандартного размера и толщины, типа тех, из которых строят трассы с железобетонным покрытием и взлётно-посадочные полосы. Для изготовления плитки и плит и для строительства дороги привлекать на условиях аутсорсинга специализированные фирмы и организации.

После этого, пригласить в Москву представителей мэрий крупнейших городов мира и показать им в реальности, как это всё работает. Параллельно участвовать во всех международных выставках строительных материалов и экспозициях, на которых выставляются решения для городской среды.

Ещё я напоминал о необходимости зарегистрировать международный патент на «синтетический хлорофилл». Кроме этого в списке была разработка франшизы, по которой бы мы передавали технологию и просто поставляли бы присадку, а сами работы на месте осуществлял бы франчайзи.

Бюджет у меня получился порядка пяти миллионов долларов, но к нему, не упоминаемым довеском, шли связи Богуславского. Со мной, например, в департаменте строительства Московской мэрии просто никто не стал бы серьёзно говорить на эти темы.