Чтение онлайн

5 октября. Взрыв на производстве в Шаосин, провинция Чжэцзян.

25 ноября. Мощный взрыв произошел на НПЗ города Сяньян — пригорода столицы провинции Шэньси, города Сиань.

24 декабря. Взрыв в районе Хуанпу — промышленной и портовой зоне столицы провинции Гуандун. Удар по теневому губернатору Тяньцзиня — Ли Жуйхуаню

Взрывы в Тяньцзине произошли на складах компании «Жуйхай» (????), принадлежавших племяннику «Короля Тяньцзиня» Ли Жуйхуаня — Ли Ляну. Ли Жуйхуань (???), на протяжении более чем 14 лет входящий в состав Политбюро (1989–2003), был одним из главных комсомольских оппонентов «шанхайского генсека» Цзян Цзэминя в системе власти Поднебесной — и одним из самых видных представителей группы Комсомола. Взрыв в Тяньцзине в первую очередь наносил мощный удар по одной из основных географических баз Комсомола — наряду с провинцией Аньхой.

То, что взрыв не был обычной техногенной катастрофой, говорит о многом. Впервые за длительный период было нарушено «правило премьера Вэнь Цзябао», которое предписывало высшему руководству страны появиться на месте аварии в течение 48 часов после происшедшего — нынешний премьер Ли Кэцян появился там спустя пять дней, хотя город находится лишь в паре часов езды от Пекина. Заявление о начале расследования под руководством замглавы китайского МВД Ян Хуаньнина появилось лишь через неделю после случившегося. В МОБ Ян считался специалистом по вопросам «сохранения политической стабильности» в происшествиях особой важности. В ходе многочисленных арестов обвинения были предъявлены бывшему вице-мэру Тяньцзиня Ян Дунляну, возглавлявшему во время инцидента Управление безопасности труда Китая, а также президенту компании «Жуйхай Логистик» Юй Сюэвэю, который был одним из ключевых сотрудников китайской корпорации Sinochem.

[1] Уроженец Чжэцзян, карьера началась в качестве замсекретаря райкома Комсомола района Сяншань провинции Чжэцзян. Секретарь аппарата правительства провинции, вице-губернатор, серкртарь горкома Нинбо. Университет Тунцзи, Шанхай. С 2003 – вице-мэр Тяньцзиня, замсекретаря горкома города. С 2007 – исполняющий обязанности мэра, с 2014 по 2016 – исполняющий обязанности секретаря горкома города. Взрыв завершил карьеру Хуан Синго.

[2] Традиционно китайцы не публикуют информации о дате рождения: в официальных биографиях сообщается только месяц и год. Существует несколько версий о дне рождения Си – 1 июня и 15 июня. roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Заключение

(без изменений) Заключение

При всем значительном объеме этой работы, для точного выделения субэтнических групп, их лидеров, союзов и внутренних противоречий, внешних связей требуются куда более значительные исследования и дополнительный уровень глубины инсайдерской информации, ведь речь идет о закрытом «политическом континенте». Тем не менее существующая региональная фракционность является реальным и основополагающим явлением в современном политическом процессе Китая и обостряется по мере ухудшения экономической и внешнеполитической обстановки. Для борьбы с этой фракционностью Компартия Китая строго следит и пресекает «горизонтальные контакты» органов исполнительной власти и допускает такие контакты во время съездов либо — в регулярном порядке — только по вертикали непосредственных партийных начальников региональных руководителей.

Важным итогом, в том числе и исторического обзора, является четкое выделение группы Комсомола с региональным центром формирования в среднем течении Янцзы — Аньхой, Хунань, Хубэй. Тем не менее, является ли термин «комсомольская оппозиция» корректным, не представляется возможным сказать, особенно учитывая тот факт, что «оппозиция» занимает почти все контрольные посты в исполнительных и судебных органах власти. При этом у суверенной группы Си Цзиньпина за восемь лет правления объем присутствия значительно увеличился, в том числе и в традиционных сферах влияния Комсомола. Однако в целом ряде критически важных отраслей, например финансовой, у Комсомола сохраняется максимальный объем влияния, и группа Си просто вынуждена двигаться в фарватере чужих решений.

Упрошенная, но функциональная картина политического процесса имеет и третью составляющую — крупную «шанхайскую группу», однако также раздробленную по разным местам формирования в рамках исторического региона Великого канала: сдвиг влияния от старой шанхайской группы (выходцы из Южной Цзянсу) фиксируется в сторону выходцев из Чжэцзяна, как в случае тех выходцев из когорты Си Цзиньпина (например, Чжун Шань, Ин Юн), так и мощной группы «шанхайских комсомольцев» (например, вице-премьер Хань Чжэн). Макрорегион остается устойчивым, однако политические драйверы в внутри меняются. Трехчастная система описания политического процесса упрощенно, но, не искажая первичного понимания, описывает политический процесс: третья группа усиливает свои позиции при борьбе двух сильнейших групп.

Армейская группа, тяготеющая к реализации сценария крупных клановых госмонополий в экономике, также меняет свое ядро, которое, однако, не всегда добивается высшей власти. Группа, которая достигает апогея своей власти, зачастую ликвидируется конгломератом других групп и надолго уходит с первых позиций: например, после поражения хунаньского комсомольца «хунаньская группа» надолго ушла с первых позиций в ПК Политбюро, аналогичная ситуация произошла и в отношении провала шаньдунской «Банды четырех» и Кан Шэна, который удалось частично преодолеть спустя только сорок лет — при Ван Цишане. «Шэньсийская группа» вышла на передний план лишь спустя полвека после Гао Гана — появился Си Цзиньпин.

Сегодня группы нарастающего влияния — это выходцы из провинций Фуцзянь и Чжэцзян, которыми руководил Си Цзиньпин. Комсомольские группы подвергаются второй волне чисток: Аньхой, Хунань, Хубэй, Цзилинь, Тяньцзинь — в зоне политического риска. Отдельным особняком стоит масштабная группа выходцев из Шаньдуна. Группа выходцев из Шэньси, пусть и не настолько развитой, как приморские провинции, но является придворной группой Си Цзиньпина и может претендовать на наследование власти.

Для получения более точных данных исследованиями может и должна заниматься расширенная группа, которую, очевидно, в современных условиях необходимо создавать с нуля, а не использовать дискредитировавшие себя существующие востоковедные центры. roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Третья сила: вопрос существования суверенной России в противостоянии США и Китая и задачи современного российского востоковедения

(без изменений) Третья сила: вопрос существования суверенной России в противостоянии США и Китая и задачи современного российского востоковедения

В конце 90-х годов XX в. наметились контуры новых тектонических изменений в геополитическом пространстве вокруг России, которые стали критическими с точки зрения выживания России как государства — как единого культурного и исторического пространства в XXI в.

Речь прежде всего идет о появлении в Восточной Азии мощной сухопутной державы и потенциального нового центра мира — Китайской Народной Республики, предшественники которой не представляли для России сколь-нибудь значительной геополитической угрозы, а лишь являлись периодически источником локальных конфликтов.

Вторым геополитическим фактором явилось таяние ледников Арктики, что в ближайшие 15–20 лет превратит Россию из материковой в прибрежную державу с дополнительной пограничной линией в десятки тысяч километров, обнажит Русский Север, Северную Сибирь перед лицом внешних угроз.

При этом угрозы на западе и на юге не исчезли. На фоне явной деградации НАТО и в целом цивилизационного духа Западной Европы на повестке дня стремительное усиление Польши, амбициозного государства на западных границах России; цивилизационный ренессанс Турции, которая, по некоторым прогнозам, превзойдет экономику России к 2035 г.; происходит национальное возрождение Ирана — в духе мощных персидских империй прошлого, к амбициям которого благосклонно относится Китай.

Россия никогда за последние 400 лет не была в подобной ситуации «угроз со всех флангов», что в условиях крайне выгодного пространства Евразии, которое она занимает, структурно и геополитически напоминает кочевые империи, например Тюркский каганат, падение которого было в первую очередь связано с одновременной активизацией всех пограничных угроз — от Персидской империи до Китая.