Чтение онлайн

Китайская власть - Импорт воды

Импорт воды

Водные ресурсы, которых у Китая еще меньше (6% от мировых), чем пашень, относительно мировых показателей, имеют важное опосредованное влияние на политику продовольственной безопасности. Здесь, как и во многих других аспектах, между новым курсом на продовольственную безопасность и интересами ряда групп сохраняются очевидные противоречия. Ввод в строй новых гидроэлектростанций, загрязнение, по разным оценкам, до половины всех вод Китая, сокращают собственные возможности сельского хозяйства Китая. В начале 2016 г. Си Цзиньпин заявил о необходимости остановить ввод новых гидроэлектростанций в регионе Янцзы, что, однако, было проигнорировано правительством Ли Кэцяна.

Сегодня импорт воды и напитков является одной из самых сложных проблем для импортеров воды. Китайские власти ограничивают ввоз воды из-за рубежа, а зарубежные марки представлены сугубо водой «Эвиан» и «Дон Периньон» на протяжении целого десятилетия. В связи с этим факт активной антикитайской кампании по запрету экспорта воды из Байкала на китайский рынок выглядит как провокация конкурентов против наиболее перспективного для российского экспорта направления, в особенности в регионы Северного Китая, где проблема обеспеченности водой, ее качества представляет угрозу для китайского населения.

Сегодня очевидно, что в вопросах продовольственной безопасности, как и во многих других, в нынешнем руководстве КНР сохраняется отсутствие единства мнений. Стратегия на решение вопроса через прямой импорт чревата избыточной зависимостью от зарубежных игроков, тогда как прямая покупка земельных угодий за рубежом зачастую сталкивается с непреодолимым сопротивлением местных властей. Новая стратегия Китая, направленная на покупку сельскохозяйственных или смежных с сельскохозяйственным сектором производств, должна продемонстрировать степень своей эффективности в ближайшее время.

Отдельным вопросом является возможность экспорта минеральной воды лечебного назначения в Китай: судя по всему, это остается сложнейшей проблемой из-за высокого влияния структур традиционной китайской медицины, контролирующей огромный рынок собственных биоактивных добавок и иных средств лечения и укрепления здоровья. roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Скупка земель

(без изменений) Скупка земель

Альтернативой «комсомольской» политике усиления прямого импорта готовой пищевой продукции могла бы стать практика приобретения сельхозугодий за рубежом, однако эта стратегия Китая встречает сопротивление во всем мире: обычная корпоративная деятельность КНР, пытающейся минимизировать расходы на импорт, квалифицируется как «империализм» и «китайская экспансия». Пресса активно эксплуатирует иррациональные страхи перед китайской экспансией в преддверии сделок китайских компаний с зарубежными партнерами. Прямую выгоду от срыва таких сделок, не допускающих ухода китайских игроков от прямого импорта с высокой добавленной стоимостью, получают США и Канада.

Несмотря на ярлык «китайской экспансии», миллиардный Китай занимает лишь вторую позицию по объемам купленных сельхозугодий в мире: на 2015 г. позицию номер один по объемам скупки зарубежных сельхозугодий занимала Индия (5,4 млн. га — территория, равная двум полуостровам Крым); Китай занял второе место, приобретя 5,35 млн. га; на третьем разместились агрокомпании США, скупившие 4,136 млн. га. При этом в сделках Индии и США западная пресса не разыгрывала карту индийской или американской угрозы. Из азиатских игроков землю активно скупают также Япония и Южная Корея, как и в случае с Индией самые крупные и выгодные участки приобретаются в Юго-Восточной Азии — Индонезии и Камбодже, тогда как китайские приобретения автоматически классифицируются как «китайский империализм».

Так, активная позиция общественных сил России и законодателей Госдумы РФ повлияла на вероятную сделку китайской компании с Забайкальским краем, согласно которой планировалось передать Китаю значительный участок неиспользуемой пашни в районе Транссибирской магистрали. Активным возмущением общественности сопровождались действия властей Казахстана, упростившего процедуру покупки земли иностранными, в первую очередь китайскими, покупателями. К списку сорванных сделок можно отнести и попытки китайского игрока приобрести в собственность одного из крупнейших производителей на сельхозрынке Австралии, контролировавшего до 1% площади континента.

Аналогичным образом была сорвана или трансформирована сделка по аренде китайской военной корпорацией «Синьцзянский производственно-строительный корпус» (СПСК) 5% площади Украины в конце 2013 г. Партнер СПСК, который возглавляют руководители Синьцзян-Уйгурского автономного района, — украинская компания KGS Agro официально опровергла слухи о передаче земли в Крыму, Херсонской и Днепропетровской областях в аренду китайской военной корпорации. Активное противодействие США и блока западных стран китайским инициативам толкает Китай на смену формы контроля над земельной собственностью, уход от официальных и прямых сделок, работу через посредников, что делает учет реальных объемов контролируемой Китаем земли практически невозможным. Достаточно упомянуть, что по заявлению властей Еврейской АО (Дальневосточный федеральный округ России) китайскими компаниями контролируется до 80% земель региона. По неформальным оценкам, сегодня Китай владеет примерно 3500 кв. км сельхозземель в России, преимущественно в Еврейской АО и в других сопредельных с Китаем областях Дальнего Востока страны. По данным западных стран, Китай осуществил покупку сельхозугодий в 33 странах мира, по данным китайских СМИ — в 46. roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Стратегия непрямых действий — сделка века по покупке корпорации Syngenta

(без изменений) Стратегия непрямых действий — сделка века по покупке корпорации Syngenta

Событием 2016 г. в мире сельского хозяйства стала закрывающая сделка по приобретению китайским химическим гигантом ChemChina корпорации Syngenta, швейцарского лидера в производстве удобрений и семян. Сделка стоимостью 43 млрд. долл., более 30 млрд. из которых ChemChina намерена привлечь в качестве кредита от государства, сделает Китай крупнейшим производителем семян: внедрение новейших технологий практически полностью обезопасит Китай от влияния внешних игроков, защитив его от колебаний сбора урожая в соседних странах Юго-Восточной Азии, а также продовольственного давления блока западных стран, решив в том числе задачу увеличения сбора риса — на 30%.

У китайской покупки Syngenta, которая должна быть на 20% дороже первоначальной стоимости, есть целый ряд негативных для конкурентов Китая эффектов. Швейцарская компания — один из основных партнеров индийских хозяйств. Монополия Китая на новые технологии создаст угрозу продовольственной безопасности не только Индии, но также станет рычагом влияния на сельское хозяйство США. Процесс монополизации в производстве семян сыграет ключевую роль и в российско-китайских отношениях: Россия, Казахстан и Украина — крупнейшие импортеры семян, частично или почти полностью зависимые от их ввоза.

Сделка завершилась слиянием гигантов в конце мая 2017 г. Она стала самой большой (44 млрд. долл.) подобной сделкой в истории китайского государственного корпоративного строя, вершиной достижений Китая на пути к пищевой безопасности и контролю над сельским хозяйством мира. Уже в 2019 г. в Швейцарии развернулась кампания в прессе — сделка была названа ошибкой. Однако было уже поздно.

Человек, проведший ее, Нин Гаонин (???), по стечению обстоятельств — уроженец Шаньдуна, один из руководителей уже упомянутой «корпоративной руки» Компартии корпорации «Хуажунь», а также в прошлом глава крупнейшего государственного закупщика Китая корпорации COFCO и глава корпорации ChemChina.

Американские СМИ часто проводят параллели между сельскохозяйственной стратегией Китая в сделке с Syngenta и покупкой китайской корпорацией Shuanghui (название для внешних игроков — WH Group) крупнейшего американского свиноводческого комплекса Smithfield, сосредоточившего производство в штате Айова. Сделка по приобретению лакомого актива (свинина — наиболее потребляемый в Китае вид мяса) потребовала недюжинных усилий для китайского лобби, вступившего в активную связь с сенаторами Конгресса США, а также доказавшего отсутствие связи между WH и китайским государством. Впоследствии доказательства подобной связи были найдены, однако сделка, превышающая первоначальную цену на 30%, все же была заключена в 2013 г. и не расторгнута.