Чтение онлайн

– Жор, смотри, клещ вот сидит!
– Пашка взяла меня за руку и подвела к Слону.

Тот стоял на коленях возле костра, подложив под ноги свой ватник. Тельняшка его была задрата до подмышек. Одной рукой Слон сжимал обрез, а другой поддерживал давно не стиранный тельник. Спина бандита была лохматая, мускулистая, какая-то страшная... Сасквач да и только! Прямо под левой лопаткой мужика виднелся небольшой черный шарик. Я брезгливо оглядел его и сказал:

– Дело дрянь, клещ уже присосался!

– Да оторви его к хренам, и баста!
– поморщился Слон.

– Нельзя, голова останется, нарывать будет! Намучаешься! Кто тут тебе припарки-то ставить будет, когда нас в болото засунете?

– Ну и что же делать?
– как-то жалко спросил бандит.

– В больницу надо обращаться, вдруг клещ энцефалитный!

– Смеешься?!
– раздражался Слон от моего черного юмора.

– Жор, может, попробуешь?
– вмешалась Пашка.
– Вдруг он еще не глубоко залез. Может, удастся вытянуть!

– Хм, залез на всю катушку, это факт. А попробовать можно. Только нитка потребуется.

– Это еще зачем?
– насторожился Слон и на всякий случай поправил обрез в руке.

– Как это зачем? Клеща тягать! Он же упираться, поди, станет! Ему тут очень понравилось, кровушки-то навалом!
– усмехнулся я.

Слон сплюнул и тихо выругался.

– У меня найдется!
– оживилась Пашка и быстро откуда-то из-под воротничка платья извлекла иголку с белой ниткой.

– Во, сгодится!
– сказал я и, взяв нитку, сделал из нее петлю, которую потом аккуратно накинул на клеща и затянул. Затем натянул нить, одновременно подкручивая ее, и потихонечку, без резких движений (хотя мои руки еще дрожали от холода и голода) вытянул насекомое на свет Божий.

– Получилось!
– радостно воскликнула Пашка.
– Молодец, Жорка!
– но тут же осеклась: - Ай, да тут еще один! Вон смотри, пониже, почти на пояснице, едва виднеется.

– Ну что там?
– спросил Слон с надеждой.

– Один готов, но нашелся еще, похлеще первого! Клещей, как на собаке!
– усмехнулся я.

Охранник поморщился и сплюнул, но на мои слова не обиделся, только промолвил:

– Уже неделю в лесу сидим, нахватаешься!

Кажется, он окончательно расслабился и забыл об оружии. Обрез уже свободно лежал у его ног. И я вновь ощутил острое желание завладеть стволом. Пока никого из бандитов на поляне не видно, и можно попытаться использовать еще один, наверняка уже последний, шанс. Слон под выстрел не пойдет. Заберем ларец и деру к своим «зернышкам»! Свободному и болота по колено! Я сделал вид, будто разглядываю второго клеща, а свободную руку потянул к обрезу. И когда пальцы уже дотронулись до приклада, вдруг на мою руку легла невесомая ладошка Пашки. Я вздрогнул и отказался от задуманного. Потом зашвырнул первого клеща в огонь и стал вытягивать другого, но с ним справиться не удалось. Голова осталась в теле.

– Оторвался! Очень глубоко вошел уже... Надо было пораньше им заниматься, - сказал я.

– И что теперь?
– взглянула на меня Пашка.

– Иголка есть - будем вынимать!
– и добавил охраннику.
– Ну что, больной, спирт имеется?

– Нет, махнул тот головой.
– Все кончилось. Ржавый вот как раз ушел на кордон за самогоном.

– Да мне всего пару капель надо, иголку протереть!

– Вон бутылка лежит, там, может, чуть осталось!
– кивнул Слон головой к подножию кривой сосенки и сказал, обращаясь к Пашке: - Дочка, подай, пожалуйста.

Прасковья быстренько сбегала за поллитровкой, на дне которой, действительно, оказалось немного водки. Я смочил спиртом иглу и ранку, потом покалил немного на огне иголку и принялся за дело. Кожа у верзилы оказалась толстой, и впрямь, как у слона! Я кое-как пронзил ее иглой, нисколько не беспокоясь о том, понравится ли это пациенту. Однако этот монстр и усом не повел, хоть мне, чего уж греха таить, очень хотелось сделать ему больно. Я выбросил клеща в огонь, туда же отправил и нитку с иголкой. Пашка протерла ранку спиртом и сказала облегченно:

– Ну вот и все!

Потом помогла Слону опустить тельник.

– Ну, спасибо, ребятки! Выручили...
– оживился охранник.
– Сразу полегче стало. Садитесь к костру, погрейтесь, поди, в погребе-то не очень сладко.

– Спасибо!
– отозвалась Пашка и, быстро сев на корягу, лежащую рядом со слоном, протянула руки к огню. Я же сказал:

– Ладно, грейтесь, а я к себе пойду!

– С чего это?
– удивился Слон.

– Мне же нельзя наверху находиться! А что скажет господин Ржавый? Или Назар?

– Да не боись! Посиди маленько. Еще успеешь, намерзнешься... Ржавый еще не скоро придет, а остальные - в городе.

– А не боишься, что мы стрекача дадим?
– спросил я, подходя к костру.

Слон деловито положил обрез на колени и усмехнулся:

– Отсюда не убежишь! Кругом топи... Есть только одна тропа, ведущая к дороге. О ней ведают избранные.

– Прямо так уж и топи!
– не унимался я.
– Врете вы все. На понт берете, так, вроде, у вас говорится?

– Не веришь - сходи посмотри! Я тебя не держу.
– И охранник стал спокойно доставать из рюкзака какие-то свертки. Я дважды уговаривать себя не дал и быстро пошел в лес. Метров через пятьдесят действительно наткнулся на болото приличных размеров. Да, картина открылась малоприятная. Вокруг жижа бурая, что-то в ней булькает, пузырится, шевелится... Заросли непролазные. И все же я разглядел небольшую тропку, уходящую в глубь болота. Двинулся по ней, но уже после десяти шагов почувствовал, как почва под ногами закачалась и стала ходить ходуном, и чем дальше - тем больше! Казалось, я иду по батуту. Из мха стала просачиваться красная вода, и ступни все глубже погружались в эту вязкую массу, грозя вот-вот провалиться в нее полностью. Испытывать судьбу я не стал и счел за лучшее вернуться на берег. Похоже, бандиты не врали, местечко это было для них весьма укромное и надежное. И еще я отметил, что день, наконец, стал помаленьку закругляться. Погревшись немного на солнце, я вернулся к костру. Пашка сидела рядом со Слоном и о чем-то разговаривала с ним. Бандит острым охотничьим ножом резал хлеб, сало и лук, которые были разложены на газетке. Увидев меня, охранник ничего не сказал, кивнул только, мол, присаживайся. Я опустился на корточки подле Пашки. Она протянула мне большой бутерброд (хлеб с салом), от вида и запаха которого у меня аж голова закружилась. На этот раз я от еды не отказался и впился в бутерброд зубами, даже простонав от удовольствия. В этот миг я был готов простить все громиле Слону!

– Скажите, а как вас зовут?
– спросила Пашка охранника.
– А то как-то неудобно величать вас Слоном... Вы ведь человек!

– Зачем тебе? Слон я и все... какая разница... понятно?
– как-то сурово отозвался бандит.

– А вы не боитесь, нас ведь уже давно ищут! Вертолет подключат, вездеходы, собачек...
– сказал я, едва проглотив кусок бутерброда.

– Здесь нас никто не найдет, разве что только кикиморы болотные!
– хмыкнул Слон и более серьезно добавил: - Да и не ищет вас никто!
– и он протянул Пашке колечки лука.

– Спасибо!
– ответила та и поделилась со мной.

– Как это не ищут?!
– возмутился я.
– Да батюшка весь район на уши поставит!

– Не ищут, значит, не ищут, и успокойся! Брат Феодор сказал вашей училке, что забирает вас с собой в один монастырь на три дня на экскурсию, понятно? Помощники ему очень нужны по важному делу... Когда вы ему доложили о кладе, он сразу смекнул, что к чему... Шибко толковый наш монашек... А училка-то ваша, она его ужас как уважает, поэтому и согласилась... Так что, ребятишки, никому-то вы не нужны, можете отдыхать тут спокойно от дел своих...
– хмыкнул Слон и тоже положил в рот большой кусок репчатого лука.

– Ах же он...
– начал было возмущаться я, но Пашка толкнула меня локтем, а сама спросила:

– Скажите, Слон, а что, брат Феодор действительно монах или...?

– Хм!
– усмехнулся охранник, прикуривающий от костра.
– Да какой он монах! У него за плечами четыре отсидки и два условных срока за воровство и мошенничество! Он, почитай, вор в законе... Правда, одно время Федька вроде покаялся, завязал с прошлым и поступил, кажись, в Иоанно-Богословский монастырь послушником. Но хватило его ненадолго. Однажды бес опять попутал! Как говорится, «от сумы да от тюрьмы...» Дали ему подреставрировать (а он здорово малюет!) старую икону, а Федька-то ее забрал и айда на волю! Загнал одному знающему человеку за кругленькую сумму. Так он и понял, что дощечки-то, оказывается, весьма ценный материал! И начал по городам и селам шастать, да товар добывать всеми правдами и неправдами.