Чтение онлайн

— Доктор, не волнуйтесь. Всё хорошо! Знаете, как она перед свадьбой с ума сходила? За белый платок могла по морде съездить, так что Вы не волнуйтесь доктор, всё будет в порядке! — тут я уже повернулась к Александру и ледяным голосом сказала:

— Хе! В порядке говоришь? Сейчас я тебе устрою порядок! Ты и этот доктор: вытащите из меня эту существо! — я всё ещё прижимала палец к животу и продолжала:

— Я понятия не имею что это, но я не хочу ребёнка! Ни от тебя, ни от кого бы то ни было! Я глава, мне кланом править. Тебе всегда было плевать на всех и на всё. А мне мой клан, он мне, как воздух. Тебе главное только собственное счастье и всё! Нахал и ЭГОИСТ! Вот кто ты. Боже мой. Скорее бы я придумала, как расторгнуть эту паршивую клятву! Я так больше не могу… — я уже начала плакать, но стояла я повернувшись лицом к Александру и доктор моих слёз не видел. Поэтому видно и заговорил:

— Как это растогнуть? У Вас есть муж и будет ребёнок. Теперь не только Вам решать что делать! — я отвернулась от Александра и с ненавистью посмотрела на докторишку. Я прямо выплюнула следующие слова:

— Да кто ты такой чтобы указывать мне что делать?! Выньте из меня ЭТО! — и я опять показала на свой живот. Тут уж Александр ко мне подошёл, погладил по плечам и сказал…

— Всё хорошо! Я понимаю, ты шокирована, как и я. Я не хочу думать, что … ты… расстроена… — тут я его прервала и, глядя ему в глаза, проговорила:

— Я не хочу ребёнка. Я не хочу никакого ребёнка. И дело не в тебе, а… — не успела я закончить, как Александр вскричал в ответ на мои слова:

— Ты хочешь сказать, что дело не во мне, а в тебе? Ты это мне хочешь сказать!?? — странно, что он кричит. Я ему спокойно ответила:

— Разумеется. Дело и правда во мне, Александр. Это я не хоч, это я не могу. И ты тут ни при чём! — я уже хотела продолжить, как Алекс снова меня перебил…

— Я тут ни причём? Я твой муж! Я люблю тебя! Все твои слова или действия так или иначе оказывают на меня влияние. Я не могу быть ни при чём. Даже если ты меня не любишь, я всё равно не могу быть ни при чём, потому что я люблю тебя и этого ребёнка! Теперь не тебе одной принимать решения, Сидиана. Есть те, кто тебя любит, и ты должна с ними считаться!!! — закочил свою тираду Александр! Я просто стояла и не знала, что ему ответить. Мне впервые за все мои 500 лет нечего было сказать. Я опустила голову, и слёзы потекли по щекам. Я повернулась к доктору и перед тем как уйти, сказала…

— Если Вы не вынете это из меня, то я найду того, кто это сделает!

Доктор снова начал говорить:

— Так нельзя… — но я его прервала:

— Я повторяю в последний раз. Если это не сделаете Вы — сделает кто-то другой. Но всё равно сделает!!! — и побежала наверх, на второй этаж, в свою комнату. Я стала быстро кидать свои вещи в сумку. Хотите спросить: Что я собираюсь делать? Да ничего. Ровным счётом ничего. Всё можно было понять и из сказанных мною слов внизу. Я ухожу! Просто ухожу! Я не могу бросить мой клан, но я должна уйти на время, а потом, когда выну ЭТО, вернусь, но Александр уже не будет питать ко мне нежных чувств. Он будет меня ненавидеть. Он ясно дал это понять. Пока я закидывала вещи в чемодан, не заметила, как дверь в мою комнату открылась и вошёл… Ох! Тьфу! Конечно же, Алекс! А кто ещё? Я начала ему говорить, всё ещё закидывая вещи в чемодан…

— Я не хочу с тобой разговаривать! И видеть тебя я тоже не хочу! Уверена, через несколько дней у нас буду схожие желания!!!

— Нет! Ты не сделаешь этого Сидни! И я никогда тебя не возненавижу. Даже если ты сейчас уйдёшь и сделаешь то, что задумала. Таким образом ты лишь причинишь мне ужасную боль, с котрой я должен буду жить, и ты, кстати, тоже, но не заставишь меня тебя возненавидеть! Никогда!!! — с этими словами он бросился ко мне и начал целовать. А я, как последняя дура ещё и реветь начала. Он остановился, стёр ладонью мои слёзы, усадил меня к себе на колени и сказал…

— Давай спокойно поговорим. Я понимаю, что это известие тебя шокировало, как и меня, впрочем. Но если задуматься, то все неплохо!

— Я скажу ещё раз! Не заставляй меня повторять, Алекснадр! У меня клан и я не могу…

— Да, да! Знаю! Но мы теперь вместе правми одним кланом. И я всегда начеку, если что. Ты же знаешь! Ты можешь родить… — при этом я вся скривилась и опустила голову. Алекс это заметил, разумеется, взял поднял мой подбородок и сказал…

— Так ты боишься родов? Не верю! Ты сражалась не на жизнь а на смерть, у тебя была куча ранений, и ты терпела немалую боль. Не ужели этого ты боишься больше, чем, допустим, боя с Маркусом?!

— Меня… я не могу даже слышать это слово….

— Роды?

— Не… не говори этого…

— Такс! Давай выясним. Во первых: это не больно. У нас, вампиров, это гораздо легче, чем у людей. Во вторых, доктора о тебе позаботятся!

— Такие доктора, как этот пидарас!?

— О! Началось! Значит ты уже в норме. А знаешь, это твоё поведение меня очень даже забавляет. И теперь, когда ты ходишь целыми днями такая, это очень даже интересно! — промурлыкал Александр. А я на него ощерилась:

— Ты глянь на него! Весь аж светится. Улыбочка до ушей, глазки блестят. Вот, блин, педик натуральный!!! — Алекс после моих слов стал смеяться. Я уже привыкла к этому смеху, и мне нравилось, когда он смеялся. Александр меня ещё крепче прижал к себе и прошептал

— Я люблю тебя! — я не знаю что на меня нашло, но я тоже сказала…

— Ты знаешь, это странно! Но я тоже тебя люблю! — Алекс тут же повернул мою голову к себе и ликующе крикнул:

— Ты это сказала! Ты сказала слова на букву Л! Повтори! — я дала ему по загривку и сказала, разозлившись:

— Я ничего не сказала. Тебе почудилось!

— О нет! Я всё прекрасно слышал! Ты это наконец-то сказала!

— Я ничего не говорила!

— Сказала, сказала. Хе-хе…

— Заткнись педрила недоделанный!

— Хо-хоу-у!! Ты это сказала! — с этими словами он кинулся меня целовать. «А может, я его и вправду люблю?» А хрен его знает!!!

Каждая женщина — бунтарь по натуре, причем бунтует она исключительно против себя самой. Оскар Уайльд …

…

Как может женщина быть счастлива с мужчиной, который считает ее абсолютно разумным существом?

Оскар Уайльд …

Через три месяца у меня родился прелестный мальчик. Когда он подрос, то уже в животе мог говорить со мной ментально. Что ж. Это сила папочки. Против неё не попрёшь. Но это меня выводило больше всего. Я кричала и носилась по комнате с воплями: «Заткнись!» и никто не понимал, что со мной происходит. Но этот паршивец Александр всё знал. Я открывала ему сознание, что б его ребёночек не только мамочку доставал. Но Алексу это только в радость было. Дело в том, что уже под конец беременности, в конце второго месяца (это вампирский срок) это чудовище в моём животе уже умело говорить ментально не просто одно слово, но и могло выражать целые мысли, строить фразы и предложения. И наш извечный разговор — это: «Мама! Ты ведь любишь папу? Лю-ю-ю-бишь!». Я вот из-зa этого и орала постоянно. Папаша и этот гадёныш постоянно с меня смеялись. Вот блин. Оба же заразы. «Видно, у малыша характер в папочку пойдёт!» — думала тогда я.

И вот сейчас этот маленький гадёныш появился на свет. И правда, было не особо больно. Да мне спрыгнуть с дерева больнее, если неудачно приземлиться, разумеется. Как тогда с Майклом. Кстати Майкл с Фрэнси, похоже. что-то утаивают от меня. Я видела их в обнимку гуляющих по дому и уже не совсем уверена, что они прото только лишь друзья.

Я очнулась от своих мыслей под счастливый крик этого самого гадёныша. Я уже лежала на кровати, живот у меня стал сразу же потихоньку уменьшаться, а этого маленького динозавра запёрли тут со мной, мол, дожидаться папочку этого прелестного ребёночка. Алекс как раз уже спешил ко мне. У нас там в клане какие-то проблемы были, но я уверена, он всё решил. Я, кстати, первый раз видела своего ребёнка. Это был мальчик с такими же ярко-синими, как у Алекса, большими глазищами, носиком ровным и тоненьким, как у меня!