Чтение онлайн

– Наверное, это ананасовый сок у меня на лбу делает меня привлекательным, разве не так?

Девущка невидяще взглянула на него, потом па Давида, потом снова на Рика и произнесла:

– А...а...а ваш внук - очень хорош.

Рик громко хохотнул, оценив шутку, оглянулся посмотреть, кто наблюдает. Он попытался определить, кто подстроил, чтобы девушка сказала ему такое, но никого, кого бы он знал, не было. Она совсем не шутила, и в ее понимании он, конечно же, был в возрасте деда. Но, честно, его это не задело.

– Знаешь, что?
– сказал он Давиду, когда девушка отошла, - думаю, пора нам ехать в аэропорт.

– И посмотреть самолеты, - тут же согласился Давид.

Сейчас они вдвоем стояли на том же самом месте, где давным-давно, в другой жизни, Рик один ожидал самолет с беременной Дорин. В то время она была розовой пампушкой- девочкой и, конечно, он понимал, что с тех пор она должна измениться, но совсем не был готов к той девушке, которая прошла через ту же дверь сегодня. Что-то в ее внешности - гораздо драматичнее, чем прожитые годы - сразило его. Вся она: ее осанка, выражение ее глаз - было осанкой побитой жизнью, уставшей женщины. Встретившись с Риком глазами, она слегка кивнула, но глаза ее остались сухими, несчастными, На годы старше, умудреннее, в них напрочь отсутствовала живость той девчонки. Увидев рядом с Риком Давида, она округлила глаза, но сразу же их заволокла боль. Рика тут же охватило сожаление: он понял, что его надежда на этот визит была глупой, а, может, даже жестокой ошибкой.

– Здравствуйте, ребята, - произнесла она, даря им лучшую из своих улыбок, и слегка приобняв Рика. Давид сгреб папину штанину и спрятался за его ногой.

– Застенчивый парень, а?
– Дорин присела, и. когда Давид, выглянув из-за ноги, повторил "застенчивый парень", она счастливо вскрикнула: - Он говорит уже как большой!

В машине она сидела сзади с Давидом, держа его крошечную руку в своей, но почти не разговаривала с Риком.

– Как дядя Би?
– спросила однажды, и Рик рассказал ей все о жизни и болезни старика, его друзьях, глядя в зеркало заднего обзора, чтобы видеть ее реакцию, но, по большей части, она безразлично смотрела в окно.

Дома она распаковала подарки и сложила под елку, а потом на кухне помогла Рику с обедом, а Давид часами не отпускал ее руки, впечатляя ее своим словарным запасом. Он болтал и болтал и развлекал себя, сдирая очки с ее лица.

Когда первая сервировочная вилка легла на стол, и готовый обед шкворчал на плите, раздался звонок

– У.. .у.. .у, - закричал Давид, стрелой несясь к двери.

Бог мой! Для глаз Рика это было потрясающее зрелище: все они в дверях. Что еще в мире заставит плясать твое сердце, как не лица тех, кого любишь?

Шел дождь, и они поспешили внутрь. Говард и Мейер и красотка-блондинка, невеста Мейера - Лиза, держали подарки, обернутые в яркую бумагу. А сногсшибательная Пэти в ярко-красном пальто держала под руку Бобо. Но самое замечательное было, когда Давид залепетал "дядя Бо...о...о...бо", а Бобо хохотнул ему сердечным хохотом и сказал:

– Хайя, бойчик.

"Это лучший вечер в моей жизни", - подумал Рик. помогая им с пальто и представляя Дорин молодым людям и Пэти. "У меня есть семья. Система поддержки". Так говорила Барбара Сингер.

Рик взглянул на Дорин, зардевшуюся, вытиравшую руки о полотенце, заправленное в пояс брюк. Бобо тепло приветствовал ее, и она мило и СПОКОЙНО ответила, но с Лизой, Пэти и молодыми людьми она была неуклюжа. Несколько раз она назвала Пэти миссис Фолл, и Рик слышал, как та мягко поправила ее: "Зови меня Пэти".

Говард сразу занялся компьютерными играми - подарок друзей - и зачарованно нажимал на клавиши. Скоро рядом с ним сидела Дорин, и Говард разрешат ей тоже поиграть, и они смеялись. Лиза ахала и охала над Давидом, а Мейер мерился с ним силами. Рик резал индейку, Пэти выкладывала куски на блюдо. Когда принялись за еду, Рик облегченно заметил, что Дорин оживленно болтает с ребятами и Лизой. Да, с ней все в порядке: она сидит рядом с высоким стульчиком Давида и вытирает клюквенный сок с его подбородка.

– Парень - гений, - похвалил Давида Говард, - знаете ту игру, где разной формы отверстия, и надо блоки поставить правильно в эти отверстия. Парень ни разу не промахнулся, да, Давид?

– Это потому, что у него прекрасные гены, - рассмеялась Дорин.

Бобо и Пэти разболтались тоже, и Рик решил, что настало время сказать то, что он хотел. Ложечкой он постучал тихонько по рюмке.

– Внимание, пожалуйста. Знаю, как только мы опустошим стол, все помчатся к елке за подарками, но есть один подарок, который я хочу отделить от других, потому что за этим столом сидит человек, очень много сделавший для меня в этой жизни, и мне хочется подарить ей подарок, которого под елкой нет.

Уже вытаскивая подарок из кармана, он боковым зрением поймал лицо Дорин, и по тому, как она зарделась и по ее полуулыбке понял, она подумала, что он имеет ее в виду. И когда поймет, что ошиблась, ей будет больно. Взглянув же на Пэти, знал, что должен продолжать и вытащил коробочку из кармашка рубашки, взглянул на Пэти и сказал то, что было у него на уме уже долгое время:

– Если хочешь, ты можешь еще подумать, и тогда у нас будет долгое обручение, но мне хотелось бы попросить тебя выйти за меня и Давида замуж.

Последовала минута шоковой тишины, потом оба сына рассмеялись:

– Вот это да!

– Как романтично!
– восхитилась Лиза.

– Благодарю Бога, что дожил до этого дня, - усмехнулся Бобо.

Пэти открыла коробочку посмотреть на бриллиантовое кольцо, выбранное Риком после долгих консультаций с ювелиром. Глаза ее сверкнули ярке, чем бриллиант, когда она ответила:

– Ты - абсолютный сумасброд, и мне потребуется много времени, чтобы решиться, может, лет 40 или 50. Но в данную минуту перед Богом и всеми я хочу признаться, что я выйду замуж за вас обоих.

Он встал, она встала, и они обнялись. Мейер поднял Давида с высокого стульчика и сжал в счастливом объятии, и Рику показалось, будто он сказал:

– У меня появился еще один брат.

Потом Пэти, взволнованная, подошла к Бобо и обняла старика, который растянул рот в счастливой усмешке. Сыновья обняли мать, а Мейер сказал:

– Папа был бы рад, узнав об этом выборе. Он любил тебя, дядя Рик.

А Лиза обняла Пэти со словами:

– Может, нам сделать двойную свадьбу?

И Бобо откликнулся:

– Только побыстрее, я очень стар.

У Дорин, наблюдавшей за этой сценой, будто она смотрела кино, на лице была улыбка, но когда Рик подошел обнять ее, он почувствовал, как напряглось ее тело. "Может", - подумал он, но слишком поздно, - "делать предложение сегодня, когда она здесь, было неверно". Он надеялся, что она обрадуется за Давида, у которого появится взрослая опытная мама. А может, наоборот, она испугалась, что нависнет угроза ее отношениям с Давидом.

– Она будет ему хорошей мамой, - произнесла она, когда они снова расселись.