Чтение онлайн

«Господи, благослови Эзикьела Коуэна», — подумала Селеста, посылая Джессике воздушный поцелуй.

— Как все прошло? — поинтересовалась та, снимая очки.

Селеста вскинула правую бровь (ее коронная фишка, от которой мужчины просто цепенели).

— Вполне неплохо — не считая того, что режиссер отсутствовал, а партнер опоздал на час.

— Не может быть! — ужаснулась Джессика.

— Клянусь говорить правду и только правду: эта женщина не лжет!

— Должно быть, Лидия рвет и мечет.

— Это слабо сказано.

Тут, точно объявили ее выход появилась Лидия и плюхнулась на стул рядом с Джессикой.

— Известно ли вам, где мой режиссер? Слышали? — рявкнула она таким голосом, что сидевшие за другими столами посмотрели в их сторону.

— Все еще на Бали, — с невозмутимым видом сказала Джессика.

— А мне он нужен здесь и сейчас!

— Займар всегда отправляется на Бали между фильмами, — заметила Джессика, наливая себе в стакан «Пеллегрино».

— Нет, с таким составом — Арнольд, Займар и Брэдфорд Мэдисон — фильма не будет! Да что, черт возьми, происходит с этими мужиками? Разве Займар не имеет представителя в Си-ти-эй? Неужели никто из твоих шустрых парней его не обработал?

— Могу дать его координаты, — предложила Джессика, — но не думаю, что он откликнется.

Лидия закатила глаза:

— И как эти люди работают?!

— Они не работают — именно поэтому мы здесь, — усмехнулась Селеста. Приют для сломанных игрушек, бездомных бродяг и вышедших в тираж див, иные из которых были талантливы, но большинство нет. Все они предприняли паломничество в страну киногрез, надеясь заполнить пустоту внутри.

— Как насчет заказа? — спросила Лидия, просматривая меню.

— Уже, — ответила Джессика, — Ким сделала его по телефону.

— А откуда ты знаешь?..

— Она позвонила Тодди. — Джессика перебила Лидию на полуслове и, кивнув в сторону Селесты, продолжила: — Она, если я не ошибаюсь, сидит на предсъемочной диете из зеленого горошка с лимоном и филе тунца.

— Я настолько предсказуема? — улыбнулась Селеста.

— Только в вопросах диеты. А в остальном ты загадочна, как всегда.

Прекрасно, когда тебя так хорошо знают. Пожалуй, эти двое были единственными, кто не ползал перед ней на брюхе (даже родственнички из Теннесси вели себя как законченные подхалимы).

— Значит, режиссер и исполнитель не объявились. А как дела у нашей малышки-сценаристки? — поинтересовалась Джессика, откусывая от бейгеля. — Слушай, Лидия, ты связываешь слишком много надежд с начинающим автором.

— Она потянет. — Селеста бросила выразительный взгляд на своего агента. — Не подкачает.

— Да ну? — Джессика откинулась на стуле. — Серьезная похвала со стороны мисс Соланж, которая повидала в жизни многое.

— Вот именно, и она справится. Сегодня она даже назвала меня Сиси.

— Потребовалось всего четыре встречи за шесть дней, и мы отучили Мэри-Энн величать тебя мисс Соланж, — сказала Лидия, когда официант поставил перед ней салат «Кобб» с голубым сыром.

— Ты о чем? — поинтересовалась Джессика.

— О звездном шоке, — сказала Лидия. — Обычное дело. Да, Сиси?

— Она профи — пусть с налетом провинциальности, но профи. Она не попросила у меня автограф.

— Еще рано. Погоди, скоро ее родня в Миннесоте попросит росчерк на память.

— Она мила, держится естественно и пока не испорчена. А сами-то вы помните, в какой эйфории были здесь поначалу? — спросила Селеста, выжимая лимон в салат и оглядывая подруг. Она по собственному опыту знала, как быстро увядает доморощенный оптимизм под солнцем южной Калифорнии.

— Да. Его звали Майк Фокс.

Селеста могла поручиться, что этот ускользающий, задумчивый взгляд Джессика приберегала для особых случаев — воспоминаний о давних поездках и прежних возлюбленных. Бурный роман с Майком оставил в ее душе глубокий след. Настолько глубокий, что повлиял на ее дальнейший выбор. Фил, ее нынешний друг, был отнюдь не плохим парнем — Джессике с ним было легко. Он уезжал на всю неделю, она с головой окуналась в работу, а в выходные они вместе обедали. По мнению Селесты, Фил для Джессики не был возлюбленным, ей с ним было комфортно — вот и все.

— Я прошла хорошую школу, — сказала Джессика посуровевшим голосом.

— А ты? — Селеста обратилась к Лидии.

— Мне было полгода, когда я впервые попала на съемки. Для меня это образ жизни. Подготовка, съемка, монтаж. Опять подготовка, съемка, монтаж — как весна, лето и осень.

— Ты забыла зиму, — сказала Джессика.

— Какая зима, Джесс? Мы в Лос-Анджелесе.

Селеста улыбнулась:

— Помнится, у меня были две строчки в фильме Де Пальма.

— Две — очень неплохо для начала, — заметила Лидия.

— Спасибо Эзикьелу Коуэну, — улыбнулась Джессика.

— До Эзикьела я ходила на прослушивания абсолютно безрезультатно. Он раскрутил меня за два месяца, и работа пошла. Хороший агент может совершить чудо.

— Верно, но у тебя еще есть Божий дар, Сиси, — сказала Джессика.

— Этот? — осведомилась Селеста, выгибая спину и демонстрируя свой бюст.

— Не только, — одернула ее Джессика, — настоящий талант! Помню, я смотрела студенческий ролик, где ты снималась в короткометражках. Ты была великолепна, просто чудо. Ты и сейчас такая.

Селеста слушала Джессику и вдруг заплакала. «Черт, да что со мной сегодня? — подумала она. — Уже второй раз за час и третий — за день!» Она никогда не плакала — запретила себе, когда снималась в третьем фильме (могла заплакать по роли, но в жизни — никогда). Это пустая трата времени, сил, и что вообще стоит ее слез? На ней были солнечные очки, и она надеялась, что Лидия и Джесс ничего не заметят.

— Сиси? — Лидия протянула руку. — Что такое?

Черт! Как она ненавидела, когда распускают нюни и плачутся в жилетку. Это совсем не в ее стиле.