Чтение онлайн

У Лэйрда не только денег куры не клюют, он еще и человек совестливый, что вообще-то не характерно для людей его положения. Стоит только ей, семнадцатилетней дочери его любовницы, заманить Лэйрда в постель, как все остальное приложится. И между прочим, она с тринадцати лет имеет дело с мальчишками, так почему с ним должно быть не так, как с другими, просто потому, что он старше?

А какая добыча для того, кто хочет прожить всю жизнь в роскоши! Это не говоря уж о мести – сладко будет наказать Шанель за все: за равнодушие, за небрежение.

В качестве необходимого элемента план включал установление добрых отношений с матерью; на выходные, стало быть, надо приезжать домой. Памятуя о том, как они годами собачились друг с другом, Ферн сейчас терпеливо обхаживала мать.

Это было нелегко. «Не старайся обдурить хитреца» – таково одно из любимых присловий Шанель, и к ней самой оно относилось в полной мере. Уж она-то умела плести интригу и сразу замечала, если кто другой занимается тем же. Поначалу она просто терпела Ферн дома, но постепенно, когда та начала охотно помогать с готовкой, уборкой и другими домашними делами, которые Шанель просто-таки ненавидела, стала даже ожидать ее воскресных визитов.

Вечерами, когда Лэйрд заезжал за матерью, Ферн встречала его вполне дружески, всячески избегая любых двусмысленностей. И за одеждой она сейчас следила особенно тщательно. Ничего откровенно вызывающего: просто джинсы в обтяжку, вполне обыкновенные свитера, да только бюстгальтера под ними не было, и колготками Ферн тоже пренебрегала.

А уж косметика – вообще нечто. Дожидаясь, пока Лэйрд заедет за матерью, Ферн запиралась у себя в комнате и слегка подрумянивала щечки да губы – ни дать ни взять школьница, которая вот-вот превратится в женщину. Шанель как-то говорила ей, что такие вещи особенно действуют на мужчин в определенном возрасте.

Что Лэйрду она нравится, это ясно. Он поддразнивал ее расспросами о поклонниках, отпускал преувеличенные комплименты, хотя все это говорилось таким тоном, что нельзя не понять: как женщину он ее не воспринимает – пока не воспринимает.

Теперь, когда антипатия между ней и матерью не проявлялась открыто, Ферн с некоторым удивлением обнаружила, что с Шанель в общем-то вполне можно иметь дело. У нее довольно острое чувство юмора, она часами, и при этом совершенно неназойливо может говорить о всяких «женских штучках», никогда не пытается подстроиться под возраст дочери, не говорит на молодежном сленге, а этого у взрослых Ферн просто не переваривала.

Как ни странно, Шанель с интересом выслушала в кратком изложении историю взаимоотношений дочери со снобами из Бэрлингтонской академии. Она даже и сама разговорилась, вспомнив, что тоже была аутсайдером среди «своих». На какое-то время Ферн даже почувствовала к матери искреннюю симпатию.

Но длилось это недолго. Союзником Шанель представить себе нельзя, она – враг. Это умная женщина. Она знает, как вертеть людьми, но фраза насчет хитрецов имеет и обратную силу. За все совершенные грехи мать заслуживает того, чтобы Лэйрд достался еще более умной женщине, то есть ее собственной дочери. И вообще-то она лишь следует совету матери – выходи за богатого.

Только Ферн приготовилась сделать очередной шаг, как мать словно подтолкнула ее, сообщив, что Лэйрд сделал ей предложение. Официальное объявление о помолвке последует на ежегодной встрече, которую Лэйрд устраивает в честь своих друзей в апреле. А поженятся они месяц спустя и куда-нибудь уедут.

– Куда именно, понятия пока не имею, – добавила Шанель. – Лэйрд такой романтик. Непременно ему нужно преподнести мне сюрприз. Я лично рассчитываю на лучшее, например, Париж в пору весенних выставок. Хотелось бы надеяться, что вариант с романтическим круизом на этой его старой посудине не рассматривается.

Ферн с трудом скрыла разочарование. Помолвка – дело серьезное, это не просто обыкновенная интрижка. Может, уже поздно? Если она хочет, чтобы план осуществился, надо поторапливаться. Пожалуй, то, что о помолвке пока никто не знает, ей на руку. А может, совсем напротив. Так или иначе, если Лэйрд всерьез решил жениться, отбить его будет нелегко.

Хотя бы потому, что он считает себя человеком чести, что бы это, интересно, могло значить?

Но в этом же состоит и его слабость. Сколько раз мать говорила, что Лэйрд – джентльмен с головы до пят.

На этом-то его и можно поймать. Чувство долга сработает против него. Стоит ему скомпрометировать семнадцатилетнюю девушку, как придется иметь дело с собственной совестью. Если удастся как следует разыграть партию, заставить его почувствовать, что такие, как она, ему еще не попадались, то все будет в порядке.

А это не так уж трудно. Конечно, под ногами постоянно болтается Шанель, и всякие постельные штучки она знает назубок, но разве выдержит тридцатичетырехлетняя женщина соревнование с той, что вдвое моложе? Так что нужно просто все как следует рассчитать. И выбрать время. А уж как только Лэйрд будет на крючке, она не повторит ошибки Шанель, сразу потащит его в Рино или Вегас. И никаких официальных помолвок.

В следующие выходные Ферн приступила к осуществлению своего плана. Прежде всего – место. Чтобы все получилось как нужно, следует застать Лэйрда одного. Это непросто, ведь наверняка у него в доме живет прислуга.

Впрочем, стоп. Ведь мать говорила, что ухаживает за его домом пара, живущая отдельно, в коттедже. Это сильно упрощает дело.

Ферн выбрала понедельник, решив, что в этот день почти все остаются дома. Чтобы убедиться в этом, она позвонила Лэйрду, а когда он откликнулся, повесила трубку. Так, с этим все в порядке. Далее, нет ли у него кого в гостях? Но тут уж придется положиться на удачу.

Общежитие гудело, как улей. Чтобы никто не помешал, Ферн заперлась у себя в комнате. Не то чтобы к ней в последнее время так уж часто заходили гости, но ведь всегда может кто-то ворваться – одолжить что-нибудь либо просто посплетничать. Она уже решила, что наденет, – светлую шелковую блузу, в пройме слегка разорванную, так что соблазнительно приоткрывалась грудь, и юбку, тоже искусно разрезанную сбоку, – видны стройные ноги.

Поверх всего она набросила длинное, до самых пят, зимнее пальто. Для Бэрлингтона с его микроклиматом, пожалуй, слишком жарко, но для Сан-Франциско, где вечерами всегда дует ветер и опускается зимний туман, в самый раз. По основательном размышлении Ферн слегка припудрила щеки, чтобы сделать их еще бледнее, да тщательно подвела черной тушью ресницы, румяна и помада остались невостребованными. Закончив процедуру, Ферн посмотрелась в зеркало: так, все в порядке, выглядит она, словно пережила сильное душевное потрясение.

Было уже около десяти, когда Ферн добралась до нужного места. Свою машину она оставила в переулке и быстрым шагом пошла по бульвару, у Лэйрда надо появиться запыхавшейся. К ее радости, в доме было освещено только одно окно на первом этаже. Но что, если дверь откроет привратница?

Или у него гости? Ферн вся превратилась в слух и нажала на кнопку звонка. Через пару минут, когда дверь отворилась, она стояла, прислонившись к косяку, изо всех сил делая вид, что едва держится на ногах.

– Это еще что такое?.. Вас-то сюда как занесло? – не слишком приветливо проговорил Лэйрд.