Клянусь своим сердцем
Шрифт:
— Мне просто нужно, чтобы ты сделала одну последнюю вещь.
Я нахмурилась. Ужас осел в моих костях свинцовой тяжестью.
— Что это?
Аид одарил меня самой милой улыбкой. Той, которая погрузила меня в темные и полные агонии воспоминания, о которых я предпочла бы забыть. Он вытащил из кармана маленький флакон, держа его передо мной.
— В тот день, когда он вернет тебя мне, добавь всю эту бутылку в один из его напитков или еды.
— Что это? — прошептала я, хотя прекрасно понимала, что это такое.
— Это таллий. Средство для избавления от Люцифера. И оно не имеет цвета и запаха, так что не беспокойся, что тебя поймают. Просто не забудь воспользоваться им, когда он приведет тебя ко мне. В течение тридцати минут оно сделает то, для чего предназначено.
Мой желудок скрутило, и я почувствовала, что меня вот-вот вырвало бы. Он хотел, чтобы я убила Люцифера.
Нет, никогда.
Даже в кошмарных снах я бы этого не допустила.
— Аид, ты хотел получить информацию о его местонахождении. Его убийство никогда не входило в план.
— Я тот, кто разрабатывает план, так что, если я хочу его смерти, то да, это часть плана.
Я покачала головой, проглатывая комок в горле.
Он хихикнул, как гребаный мудак, каким он и являлся.
— Я никогда не говорил, что у тебя есть выбор, детка. Ты сделаешь это, потому что тебе лучше не забывать, для кого ты это делаешь. Не теряйся настолько, проводя время со своим бывшим, забываясь о том, кому ты на самом деле принадлежишь. — Он положил флакон мне на ладонь и поцеловал в щеку. — Так что будь хорошей женой и делай, что тебе говорят.
В моих венах бурлило столько ярости и ненависти. Я никогда не ненавидела Аида так сильно, как сейчас. Дело не только в его мести, дело в том, чтобы лишить мою жизнь всякой основы счастья. Но я беспомощна. У меня нет другого выбора.
И единственный выбор, который у меня был, привел бы меня к смерти за считанные секунды.
Сейчас я должна принять его условия и играть свою роль, пока не нашла бы какой-нибудь другой способ спасти Люцифера. Я не позволила ему умереть.
Я киваю.
— Хорошо…Я сделаю это.
Прижимая флакон к ладони, я положила его в сумочку и сделала движение, чтобы убраться к чертовой матери подальше от него, но Аид крепко держал меня за руку, останавливая мое движение.
— Как ты думаешь, куда ты направляешься? — спросил он, и я увидела, как его глаза потемнели от голода.
— Вернуться к Люциферу, он, должно быть, ищет меня.
Он цокнул, качая головой, и притянул меня ближе к своей груди, зарываясь носом в мои волосы, когда резко вдохнул.
— Я скучаю по своей жене и ее киске, так что ты не уйдешь, пока я не трахну тебя, — прорычал он.
Я отчетливо услышала звук расстегиваемой на нем молнии, в то время как почувствовала, что меня потащили обратно в ад, как тряпичную куклу. Он развернул меня, когда мое лицо уперлось в стену, в то время как Аид поднял мое платье, когда оно стянулось вокруг моей талии.
Оглядываясь через плечо, я увидела, как он облизнул пальцы и погрузил их в мою сухую киску, другой рукой обхватывая мою шею, ощущая горячее дыхание на мочке уха.
— Аид, нет, не делай этого… Он узнает.
Его запах остался бы на моей коже. Его прикосновения будут пятнами на мне, как грязь.
— Дай ему знать. Позволь мне напомнить и тебе, и ему, что в конце концов ты моя, а не его.
Я не могла больше протестовать, когда его грудь, прижатая к моей спине, сковала мои движения, и одним быстрым толчком он вошел в меня, сопровождаемый стоном.
Как и в предыдущие разы, я закрыла глаза, парализуя свое тело и разум. Заменяя этот момент воспоминаниями о мужчине, в которого я все еще влюблена.
Человек, которого я предавала.
Человек, которого я бы пыталась спасти до своего последнего вздоха.
***
ЛЮЦИФЕР
Закончив встречу, я вернулся в комнату, чтобы вернуться к моему ангелу. Ее бедра, покачивающиеся в такт музыке, все еще были нарисованы в моем воображении. Мой член все еще болел от того, что ее задница терлась об него. Как только мы вернулись домой, я трахнул бы ее до чертиков.
Максвелл присоединился ко мне, когда мы вышли из задней комнаты.
— Этот ублюдок был пустой тратой времени.
Не мог не согласиться. Когда дело дошло до борьбы с подпольными рестлерами, они могли быть настоящей занозой в заднице. И этот ублюдок был одним из самых больших.
Если бы только он не был одним из самых высокооплачиваемых и жестких рестлеров в поединке Максвелла в клетке, тогда я бы с удовольствием содрал с него кожу заживо, наблюдая, как его эго разлеталось на куски.
Франко стоял там, где он был до начала собрания, у входной двери, кивнул в знак согласия и последовал за нами.
— Разве они не всегда такие? Но он полезен нам, поэтому, пока не наступит день, когда его не станет, мы не можем разрубить его на куски.
Максвелл закатил глаза, засунув руки в карманы куртки, в то время как его черные ботинки глухо стучали по полу при ходьбе.
— Почему ты решил приехать сюда на встречу? Это можно было сделать у тебя дома. Уверен, у тебя найдется лишняя комната для встречи троих.
— С другой стороны, я просто подумал немного расслабиться.
Грохот музыки стал приближаться, когда мы вошли в главную комнату клуба.
— И твое расслабление заключалось в том, что ты взял с собой Тейю. — Я остановился и повернулся к нему лицом, но только для того, чтобы получить предложение с самодовольной ухмылкой. — Я думал, она ничего для тебя не значит, — он приподнял бровь.
— Времена меняются.
— Но меняются ли люди на самом деле?
— Они делают это, когда прошлое перестает их контролировать, и им становится на это наплевать.
Он кивнул и облизнул губы, прислоняясь бедрами к барному столику. Одна из танцовщиц на шесте в черном нижнем белье и прозрачном жилете перевела взгляд на Максвелла и улыбнулась, кусая губы. Она начала покачивать бедрами, бросая на него знойный взгляд.