Чтение онлайн

– Выпей.

Твердая рука обняла мои плечи. В пальцы насильно втиснули что-то холодное и хрустальное. Затем так же непреклонно подняли мою руку, заставили приложить это холодное и хрустальное к губам и сделать глоток.

Я закашлялась от крепости напитка. Попыталась высвободиться, но Эйнар держал меня крепко, по-прежнему прижимая бокал ко рту.

Глоток. Еще глоток. Сразу после этого мне дали запить водой и впихнули что-то терпко-соленое, что уняло тошноту.

И горе ушло. Точнее – растворилось в тупом безразличие.

По-моему, я напилась. Нет, не по-моему. Я совершенно точно напилась. Причем впервые в жизни.

Конечно, я не потеряла сознание или память. Продолжала понимать все происходящее вокруг. Но окружающая действительность как-то странно расплывалась и мерцала перед моими глазами. А еще нахлынуло безразличие. Я помнила о том, что Шарлотта погибла. Скорее всего – из-за меня. Но боль от этой новости как-то притупилась. Больше не резала сердце раскаленным ножом, а просто сидела в нем тупой ноющей занозой.

– Эйнар, прежде всего знай – мне категорически не нравится то, что происходит, – услышала я сухой голос Вэлнара. – Теперь я отреагирую на малейшие чары, которые ты применишь к Амаре. Кольцо переведено на максимум восприятия. Даже тень заклинания… Неважно, твоего или любого прочего, защитного, лечебного или атакующего – и я буду у вас. Гораздо скорее, чем ты можешь это представить.

Что это значит? Неужели чувствительность амулетов к магии можно каким-то образом регулировать?

По всему выходит, что да. А еще интересно, почему так взвился Вэлнар? Эйнар, вроде бы, пока не сделал ничего дурного.

– Почему ты так напрягся? – с кратким смешком полюбопытствовал лорд протектор, удивительно точно уловив причину моего удивления.

– Амара не привыкла к алкоголю, – прямо ответил Вэлнар. – Я даже отсюда вижу и чувствую, насколько ей дал в голову этот бокал бренди. А еще я в курсе, как ты к ней относишься и насколько сильно желаешь затащить в постель.

Склонил голову к плечу, внимательно наблюдая за реакцией Эйнара на его слова.

Тот, к слову, как будто получал наслаждение от недовольства лорда черных драконов. По крайней мере, на это указывала его широкая белозубая и очень ехидная улыбка.

– Поэтому, Эйнар, будь крайне осторожен. – Тон Вэлнара неуловимо изменился. Теперь он источал настоящий яд: – Иначе весь Доргфорд заново отстраивать придется. Учти, я не шучу и не блефую.

Эйнара столь недвусмысленная угроза все-таки проняла. Он мгновенно перестал скабрезно ухмыляться. Стал очень серьезным и сосредоточенным.

– И плевать я хотел на последствия, – завершил Вэлнар. – Все равно для окружающих наши два рода практически в состоянии войны. И я готов в случае необходимости перевести ее в самую настоящую.

– Остынь, – бросил Эйнар. – Я не трону Амару и пальцем, как и обещал тебе.

– Тогда зачем это все?

Эйнар хмыкнул. Прошелся по кабинету.

– Потому что ей надо было успокоиться, – проговорил негромко. – Вэл, не забывай, сколько испытаний выпало на долю Амары в последние дни. Одна ужасная новость за другой.

– Она неплохо держится.

– Она держится превосходно с учетом всех обстоятельств. – Эйнар слабо усмехнулся. – Но… Находится на грани нервного срыва. И я это прекрасно чувствую.

Вэлнар подарил мне взгляд, полный нескрываемой тревоги. Его светлые глаза потемнели от волнения, уголки рта нервно подрагивали.

– Но вернемся к тому, что сказала вчера Мередит, – вернулся к предыдущей теме Эйнар. – Точнее, не она, а менталист.

Еще один круг по комнате.

– Да, я вытащил из памяти Шарлотты максимум. – Эйнар вдруг резко остановился напротив меня. – Повезло, что я успел с ней встретиться до того, как до нее добрался менталист.

Я неуютно поежилась под его пристальным взглядом. Почему он так смотрит на меня? И почему в его глазах я вижу жалость?

– Амара, ты ведь ничего не знаешь о своих родителях.

В фразе не было и намека на вопрос. Но я все-таки отрицательно мотнула головой.

– Мать зовут Тея, – чуть слышно сказала. – Если верить словам менталиста.

Эйнар почему-то тяжело вздохнул. Опять щедро плеснул в бокал крепкого алкоголя и чуть ли не насильно втиснул его мне в руки.

Я неосторожно втянула в себя терпкий можжевеловый запах. Тут же скривилась, ощутив, как тошнота опасно подкатилась к горлу. И без раздумий поставила бокал на пол около кресла, даже не попытавшись пригубить.

– Шарлотта сказала, что знала твою мать, – начал тем временем говорить Эйнар.

Я немедленно выпрямилась. Крепко вцепилась в подлокотники кресла.

– Она была в монастыре, когда твоя мать постучалась в ворота и попросила помощи, – продолжил Эйнар. Как-то странно хмыкнул и обронил: – А впрочем, сама посмотри.

Резко взмахнул рукой в опасной близости от моего лица.

Я лишь чудом не заорала в полный голос от ужаса и не рухнула на пол, в испуге вжавшись в него.

Да, нервы у меня совсем расшатались, это, увы, совершенно точно.

Но все посторонние мысли исчезли, когда пространство передо мной распахнулось вратами в прошлое.

– Пожалуйста, помогите мне!

Сердце защемило от боли, когда я увидела молодую девушку – скорее всего, старше меня всего на пару лет. И ее руки очень осторожно придерживали огромный беременный живот, уже опустившийся в преддверии родов.

– Девочка моя, кто ты? Как сюда попала?

Я вздрогнула от знакомого голоса.

Да, передо мной стояла сама Шарлотта. Только на пару десятков лет моложе.

Длинные темные волосы без малейшей ниточки седины были убраны в аккуратную косу. Серый монастырский платок – без которого нам строго-настрого запрещалось покидать стены обители – небрежно сполз ниже всяких пределов приличия. Лицо воспитательницы еще не покрыли морщины, а фигура не расплылась от груза прожитых лет.

– Пожалуйста, помогите мне!