Князь Сигасы
Шрифт:
– Клык, за меня не беспокойся. Я согласна принести клятву на крови, но лишь после твоей. Пообещай, что жизни своей не пожалеешь для спасения Сарина.
– Клянусь бездной…
– Не спеши. Бездной не надо. Поклянись тьмой непроглядной.
– Да откуда ты все знаешь?! – не сдержался демон.
– Отказываешься?
– И не надейся!
С большой неохотой мартышка произнесла нужные Линель слова.
– Теперь твоя очередь, хозяйка.
– Хорошо. – Девушка вытащила кинжал. – Я, леди Иллюз, клянусь, если Сарин Дюзан погибнет, я забуду, что обещала не использовать истинное имя одного мелкого демона!
Волшебница провела лезвием по руке.
Сказанное поразило Клыка, он оторопел. Демон оказывался в еще большей ловушке, если не сумеет сладить с верховным. А того попробуй одолей. Промелькнула мысль отказаться от затеи, но тогда… Сомнения улетучились, когда первая капля драгоценной крови упала на траву. В тот же миг мартышка исчезла, а порез затянулся сам собой, не оставив даже намека на шрам.
Юго-восток Журавии, северные кварталы города Рудный
Луркеш начал действовать через пару часов после разговора с Тимушем. Сначала он бросал камни по солдатам противника, заставляя их побегать по знакомым ему улочкам города. Затем поджег дом, где размещались вожаки захватчиков, а ночью уничтожил два патруля вархаямцев. Бывший гвардеец добился, чтобы на него обратили пристальное внимание, и теперь на поиски неуловимого направили более сотни бойцов.
Старый вояка знал, что этот день ему не пережить, и только надеялся утащить к демонам как можно больше врагов. Нацепив на шею самые действенные амулеты против магии, однорукий воин не боялся колдовства. И принял меры, чтобы не попасть живым в плен к захватчикам, которым уже был дан строгий приказ: пленник должен дышать, пока его не увидит Смотрящий Вдаль.
В эти утренние часы Луркеш вел невыспавшихся преследователей на восток. Узкие улочки стали преградой для тех, кто плохо знал город. За каждым поворотом чужаки ожидали нападения. После неожиданных ударов беглеца из строя выходило два-три бойца неприятеля.
Не помогло и привлечение воркулов. Луркеш заманил красноглазых под своды ветхого здания и завалил его при помощи быстрого огня. Он запасся этим средством местных алхимиков сразу после сожжения собственного трактира, да еще прихватил немало дротиков, припрятанных со времени увольнения из гвардии.
Трактирщик направлялся туда, где ветхих заброшенных домиков было втрое больше, чем целых. Два года назад из разваливающихся хибар выехали все люди, однако снос и строительство новых домов организовать не успели.
От нескончаемой беготни старый воин начал уставать.
«Эх, сбросить бы годков с десяток, я бы показал степнякам, как воюют настоящие гвардейцы. Но ничего, им и так досталось. Да и мне силы беречь уже не надо. Осталось чуть-чуть продержаться».
Однорукий остановился на выходе из очередного узкого проулка. Быстро подыскал место для укрытия и шмыгнул в темный закуток, где двумя горками возвышались кучи строительного мусора. Луркеш перевел дух и воткнул перед собой последние три дротика. Он собирался напомнить преследователям, которые слишком осмелели и практически наступали беглецу на пятки, кто настоящий хозяин улиц Рудного.
Стоило первым бойцам выскочить на открытое пространство, как с фланга полетел дротик. Для воина, поражающего яблоко с семи саженей, не составило труда пронзить голову находящегося в десяти шагах вархаямца. Другой, ухватившись за торчавшее из груди древко, плавно осел не землю. А третьего гвардеец специально ранил в колено.
– А-а-а!!! – пронзительно садануло по нервам.
Притаившийся будто ожидал именно этого сигнала. Он покинул укрытие и по кривой улочке поспешил к центру заброшенной части города. Легкая вибрация висевшего на шее зеленого камня заставила беглеца усмехнуться: «Наконец догадались чародея привлечь. Зауважали, значит. Нынче вам не то, что давеча. Давно пора!»
Когда камень развалился на части, а болтавшийся на груди череп пещерного филина задымился, стало ясно – колдун попался неслабый.
«Эдак он мне все побрякушки испортит. А потом, упаси Ярхур, еще и в башку залезет? Ну уж нет!»
Воин вытащил из кармана тканый мешочек и с силой бросил его на землю. Поднявшаяся от удара пыль заискрилась в воздухе, и дым из костяного амулета валить перестал.
«Так-то оно лучше будет».
На сегодняшний бой Луркеш потратил все свои сбережения. На нелегальном рынке Рудного он покупал самое дорогое и самое действенное. Десять монет золотом ушли за час, однако боец не жалел о потраченных деньгах. Все равно там, куда он направлялся, монеты не нужны.
Трактирщик добрался до самого опасного отрезка своего пути. Требовалось проскочить около сотни саженей по открытой местности. Потом останется совсем немного: два коротких проулка и дворовая площадка, которую он облюбовал накануне.
«Дыхалка совсем никуда не годится, – запыхавшись, пожурил себя Луркеш. – Да, нынче не то, что давеча. По молодости я этот город мог три раза вокруг обежать не вспотевши. Да поможет мне Ярхур!»
Он рванул через пустырь. Где-то на середине болью обожгло левое плечо, однако бегун не сбросил темпа. Нельзя было отвлекаться на такие пустяки, как пронзившая плечо стрела. На краю пустыря в бедро воткнулась вторая. И лишь за углом полуразрушенного дома бывший стрелок королевской гвардии позволил себе осмотреть раны.
«Как это некстати! – подумал он, заметив обильное кровотечение. – Мне только на финише в обморок свалиться не хватало. Одно хорошо – теперь они меня точно не потеряют».
Красный след, тянувшийся за раненым, нельзя было не заметить. А до конечной цели еще оставалось около двухсот шагов.
Как любил говаривать их ротный: «Смерть на людях не так страшна, особенно если они враги и собираются составить тебе компанию». Такой уход из жизни и подготовил себе гвардеец.
В глазах потемнело, но однорукий продолжал бежать по памяти. Провал в сознании чуть не заставил его упасть, однако, споткнувшись, он очнулся и продолжил движение. Зрение прояснилось, когда воин оказался в центре той самой площадки, которую подготовил заранее. Враги окружили неказистого на вид мужчину, но никто не спешил первым хватать добычу. Наверное, ждали, пока тот сам свалится.
Луркеш усмехнулся: «Спасибо тебе, Ярхур! Именно о такой смерти я мечтал!»
Глава 15
Любимая работа
Юго-восток Журавии, город Рудный
Утро принесло Смотрящему Вдаль сплошные разочарования. Сначала доложили о том, что не удалось поймать трактирщика, который, по слухам, скрывал мальчишку из той злосчастной деревни. Однорукий оказался умелым воином – положил не один десяток бойцов, да еще сумел заманить в ловушку воркулов и сжарить их заживо. Когда же преступника взяли в кольцо, он превратился в яркий факел и устроил такой пожар, словно демоны огня пустились в пляс. Под этот смертельный танец попали около десятка вархаямцев, и, если бы не оказавшийся рядом колдун, число жертв наверняка удвоилось.
С самого начала шаман понимал, что однорукий явно отвлекал внимание на себя, но все же не прекращал преследования, надеясь взять трактирщика живым, чтобы через него отыскать беглецов. Конечно, шанс обнаружить погорельцев еще оставался, но для этого приходилось применять весьма тонкие чары.
Аура любого человека хранит отпечатки той местности, в которой он находился больше года: скал, ручьев, деревьев. И по ним шаман, раскинув вокруг города паутину из тончайших магических нитей, собирался найти выживших. Стоило обладателю ауры со следами сгоревшей деревушки пересечь нить, и помощники Смотрящего получали сигнал.