Чтение онлайн

***

Марта Раам бродила по просторному залу художественной галереи, время от времени останавливаясь возле какой-нибудь картины и любуясь ею. Народу в зале было немного - работами профессора Анатолия Деева интересовались, в основном, серьезные ценители живописи.

– Привет, Марта!

Услыхав знакомый голос, девушка обернулась.

– Юля, ты?.. Анатолий Борисович?..

Профессор Деев улыбнулся своей бывшей ученице. Юля Щипачева стояла за спинкой его инвалидного кресла, держа ладони на рукоятках.

– А ты тоже прочитала моё объявление в Интернете, да? Или по радио услышала?

– По радио. Когда в машине ехала, - кивнула Марта.
– С юбилеем вас, профессор!

– Спасибо, - слабым голосом произнес Деев.
– Если бы не Юлечка... Не видать бы нам этой выставки...

– Да перестаньте, Анатолий Борисович!
– смутилась Юля.
– Я давно говорила, что ваши работы достойны того, чтобы их увидел мир. Увидел и оценил.

Профессор смахнул рукою слезу, катившуюся у него по щеке. Жест получился слабый, стариковский. И у Марты сжалось сердце...

Они поговорили еще пару минут, затем попрощались, и Марта направилась к выходу.

Даша вернулась уже под вечер. В отделе оставался один Шумилин. Он, как ни в чем не бывало, поднял руку в знак приветствия. А она прошагала к своему столу и... небрежно бросила в ящик тот самый конверт.

– Ну что, Кулакова - оттоптались на тебе эти волкодавы?

Она чувствовала, что он сгорает от любопытства.

– Да ну, Никита Эдуардович..., - махнула она рукой. И, развернув к себе стул, уселась на него верхом.
– Это ведь Изотов меня сдал, так? Кстати, где он?

– Выгнал, - хмуро проворчал Шумилин.

– Проблемный он какой-то, - Кулакова повертела пальцами у головы.
– С гнильцой. Петька Панфилов - тот получше будет. Прямой, честный...

– Зато..., - Шумилин выразительно щелкнул себя по горлу.

– Ну..., - развела руками Дарья.
– А Андрей меня сразу невзлюбил - даже не пойму, почему.

– Обидно ему, что ты - моя правая рука, а не он.

– Завистник, значит... Смешно.

– Не томи, Кулакова! Демиденко что, тебя просто взял и отпустил?

– Конечно. Деньги-то мне брат дал - в долг, на покупку машины. Когда он это подтвердил, Демиденко и снял все свои претензии.

– А Изотов думал, что это - гонорар за "заказуху", представляешь?

Кулакова чуть не свалилась со стула.

– За что-о?!.

– Вот и я так же отреагировал. За убийство Барабанова. Он ведь во врагах Косогора числился, а ты, вроде как...

Дарья шумно вздохнула, закатив глаз к потолку.

– Вот ведь идиот, прости Гос-споди! Да я этого Косогора, может, раз в жизни и видела - на свадьбе его. Заказуха... Голову лечить вашему Андрюхе надо, вот что!

– Ладно, проехали. По убийствам что думаешь?

Кулакова на пару секунд призадумалась.

– Фактов у нас мало. Если это месть - то надо искать точки пересечения в прошлом. Иными словами, и жертвы, и убийца должны были быть знакомы.

– Но мы пока не смогли этого доказать. Четыре ничем не связанных друг с другом человека: коммерсант Ильгар Джафаров, рэкетир Олег Барабанов, владелец бюро ритуальных услуг Деев и...

– Постойте!
– перебила его Кулакова.
– Деев... Где-то я уже слышала эту фамилию, буквально позавчера... Я как-то не обратила внимания... Точно! Утром, по радио... У нас в Москве проходит выставка работ бывшего преподавателя художественного училища, профессора Деева!

***

Градусов переступил порог "Горького дома". Он понятия не имел, где ему теперь искать Светлану, но это было место, откуда она выбежала, спасаясь от полиции, а значит, кто-либо из персонала или посетителей мог её здесь знать.

Протолкавшись к стойке (в заведении в этот поздний час было много народу), Терентий обратился к высокому парню - сменному бармену.

– Юра, привет. Я ищу одну девицу, которая тут вчера крутилась. Она еще от ментов убегала - может, ты ее заметил?

Бармен как-то странно на него посмотрел.

– А тебе она зачем?

– Мне надо с нею потолковать. Так что, знаешь ты ее?

Юра огляделся по сторонам. Потом кивнул Терентию с заговорщическим видом:

– Пошли.

Градусов зашел за стойку. Бармен толкнул малоприметную дверь и жестом пригласил Терентия идти следом.

В узком коридоре кисло пахло пивом и сгнившими овощами. Да к тому же было темно. Терентий пару раз споткнулся и едва устоял на ногах. Наконец, они свернули налево и стали спускаться в подвал. Прежде, чем открыть дверь, бармен трижды постучал в нее.

Чтобы не удариться головой, Терентий пригнулся. И оказался в тесном пространстве, уставленном пустыми ящиками из-под тары. Свет здесь давала тусклая голая лампочка, свисавшая на длинном витом шнуре.

Терентий успел увидеть какой-то громоздкий металлический шкаф у стены. А потом на него кто-то набросился со спины...

Человек сидел по-турецки на полу, покрытом дешевым, пыльным ковролитом. Глаза его были закрыты, а руки неспешно перебирали короткие четки. Он знал, что ровно через пять минут встанет, возьмет свой небольшой чемодан, выйдет, запрёт дверь номера и спустится на ресепшн. Быстро отдаст свой ключ администратору, попрощается и пойдет к своему автомобилю, припаркованному на заднем дворе. Сядет в него и поедет в направлении шоссе, ведущего в столицу...

– Ну, и какого черта ты меня искал?

Терентий все еще сидел на грязном полу подвала, привалившись спиною к шкафу и отчаянно массируя ушибленный затылок.

– Я... Помочь хотел.

– Опять? Ты уже помог, чудила! Видела я, как ты со своим дружком-ментом обратно заявился!

– Ты не понимаешь... Я ничего не мог сделать, он меня заставил! Тебя обвиняют в убийстве!

– Светик, а давай, я его грохну!
– подал голос стоявший тут же - руки в карманах - бармен Юра.

– Погоди!
– осадила его Светлана. И присела на корточки перед Терентием.

– Что за убийства?

– Я не знаю. Но Шумилин грозил и меня привлечь, за соучастие.

Света выпрямилась.

– Шумилин... Знаю я его. Цепкий пёс. Но - справедливый. Нужно узнать, кого именно убили и когда - тогда поймем, почему это на меня вешают.

Светлана протянула Терентию руку и одним движением подняла его с пола.

– Сумеешь организовать мне встречу с Шумилиным? Но так, чтобы всё было по-честному, без подстав?