Чтение онлайн

Они оба лежали, пытаясь отдышаться. Джек, зарывшийся лицом в подушку, отчего голос звучал приглушенно, заговорил первым:

– Вот это да.

Камерон повернула голову и прижалась щекой к его щеке:

– Точь-в-точь мои мысли.

* * * * *

В кои-то веки Паллас радовался, что не способен спать дольше пары часов подряд. Открыв глаза, он увидел, что еще темно, и посмотрел на часы на прикроватной тумбочке. Еще нет и четырех утра.

Обнаженная, как и он, Камерон лежала рядом, свернувшись калачиком. После первого раунда она облачилась в свое белье и рубашку Джека – зрелище, показавшееся ему невероятно сексуальным, особенно в сочетании со спутанными локонами. Настолько сексуальным, что… ну, он ведь предупреждал, что произойдет, если разгуливать вокруг него в подобном виде.

Паллас переживал, что во второй раз был грубее, хотя и за это большую часть ответственности возлагал на партнешу. Словно провокационного шастанья по номеру в его рубашке и этих черных трусиках было мало, так после того, как Паллас стащил их с Камерон, она толкнула его на спину и устроила ртом самую изощренную пытку из всех, которым его когда-либо подвергали. Облизывая, лаская и дразня, она довела его до такого сумасшествия, что Джек рывком поставил ее на колени и брал сзади, не останавливаясь до тех пор, пока любовница, застонав, не выкрикнула его имя и не рухнула на подушки.

Он не мог ею насытиться.

И это немного пугало, поскольку Джек никогда раньше ни к кому такого не испытывал. В свои без малого тридцать пять Паллас отнюдь не был безгрешным: он переспал с изрядным количеством женщин, с некоторыми даже работая под прикрытием. Но все его увлечения были временными – и он четко давал это понять с самого начала. В прошлом агент избегал серьезных отношений, отговариваясь своей работой. А сейчас вдруг осознал, что с подходящей женщиной ему не потребовались бы отговорки.

Придвинувшись к Камерон, Джек тихонько прошептал ее имя. Да, он ненасытный и эгоистичный ублюдок, раз собирается ее разбудить, но ему нравится плотское подтверждение тесной связи между ними, нравится единение без необходимости говорить какие-то слова. Кроме того, он поспал уже пару часов, а она лежит у него под боком голышом. Так что или сидеть в темноте со стояком, или что-нибудь предпринять.

Он снова позвал Камерон по имени, и та шевельнулась. Перекатившись вместе с ней на другой бок, Джек поцеловал ее в шею, спустился губами по изгибу груди, обвел языком вокруг соска.

– Ммм… – улыбнувшись, Камерон проснулась, со вздохом пробежала руками по телу любовника, лаская грудь и живот, затем потянулась ниже, нащупывая его болезненно твердую эрекцию. – Как, опять? – лукаво приоткрылись аквамариновые глаза.

– Похоже, рядом с тобой это происходит постоянно.

Камерон закинула коленку ему на бедро.

– Мне нравится.

Не нуждаясь в дальнейшем поощрении, Джек достал из тумбочки презерватив. Надев резинку, он притянул Камерон за бедра, медленно погрузился в ее теплые, влажные глубины и, накрыв ладонью ее ягодицы, задвигался в плавном, неторопливом ритме.

Услышав, как она ахнула, Паллас остановился:

– Слишком сильно?

Камерон закрыла глаза и шевельнула бедрами, подталкивая его глубже.

– Просто идеально. Можешь хоть каждую ночь будить меня так.

Наклонившись, Джек поцеловал ее.

Вот это ему повезло. 

На следующее утро во время позднего свадебного завтрака к Камерон подсел Колин. Джек минуту назад встал из-за стола, чтобы ответить на звонок по мобильному.

– Итак, – произнес приятель, устраиваясь поудобнее.

Камерон отложила вилку с черничным блинчиком:

– Итак…

– У тебя сегодня утомленный вид, – начал с отнюдь не тонкого намека Колин, бросив многозначительный взгляд на Палласа, который стоял у панорамного окна, разговаривая по телефону. 

– Да и ты выглядишь измотанным, – парировала подруга и кивнула на Ричарда, направлявшегося к столику Эйми и Аарона, чтобы поздравить молодоженов.

– Мы до утра проговорили – выясняли отношения. Только и всего.

– А-а. Что ж, у меня все было по-другому.

– Вот и славно. Давно пора. Ну-с, послушаем.

Камерон набрала воздуха – конечно, она расскажет Колину про свою ночь с Джеком, она всегда все ему рассказывает – и…

Ничего. Поколебавшись еще какой-то миг, она захлопнула рот и просто улыбнулась.

– Что, настолько хорошо? – со смешком спросил приятель.

Зардевшись, Камерон отмахнулась:

– Мне вот интересно, как все прошло у тебя с Ричардом. Вы помирились?

– Кое-какие моменты еще требуют доработки, но думаю, мы попробуем снова съехаться.

Камерон была рада за друга. Если воссоединение с Ричардом – это то, чего хочется Колину, значит, таково и ее желание.

– И что, ты заставил его ползать на коленях и извиняться?

– Не пришлось заставлять. Он и сам все сказал – мне оставалось только слушать.

Со своего места друзья видели, как Ричард пожимает руку Аарону и обнимает новобрачную. Стоявший у окна в нескольких шагах от столика Паллас закончил телефонный разговор и начал следующий, ни на минуту не прекращая вполглаза присматривать за подопечной.

Джек подмигнул ей, и она улыбнулась.

– Ты втрескалась в него по уши, – отметил журналист.

И в ответ на эту реплику Колина кое-что произошло. Во-первых, Камерон осознала, насколько друг прав. А во-вторых, ее мысли приняли неожиданно серьезный оборот. Хотя в свете последних событий, пожалуй, не так и неожиданно. 

Сколько времени будет подвергаться опасности из-за расследования она сама, столько же будет рисковать и Джек. И любой другой близкий ей человек. Колин уже пострадал – а вдруг бы на свадьбе что-нибудь случилось снова, с ним или с Эйми? Камерон верила, что Паллас – и Бюро в целом – обеспечит их безопасность, и все же... Пока убийца Мэнди Робардс на свободе, ей не избавиться от давящего чувства страха. Разумеется, дело ведет ФБР, и свидетельница будет выполнять все, что ей скажут, но в ее подсознании уже вертелась идея о том, как ускорить события. Ради всеобщего блага.

Закончив разговор по телефону, агент вернулся к столу.

– Как блинчики? – поинтересовался он, занимая свое место.

– Пальчики оближешь. А как твой звонок?

– Система безопасности в особняке установлена и готова к работе. Так что мне теперь будет гораздо спокойнее. – Джек ухватил вилку и стащил кусочек блинчика с ее тарелки. – Твоя правда. Очень вкусные.

Сообщение ФБРовца насчет сигнализации заставило свидетельницу задуматься.

– Знаешь, наблюдая твои действия в эти выходные, я удивляюсь, как это ты в ночь после нападения спокойно себя чувствовал на другом конце коридора от меня. За все время нашего пребывания в гостинице ты не выпускал меня из-под своего личного присмотра дольше, чем на полчаса. – Она заметила на лице агента странное выражение. – Что?