Чтение онлайн

Но Островерхов был спокоен, как удав - обычно он спокоен чуть более нервно. А сейчас... даже какой-то шаловливый огонёк промелькнул в глазах. Не подменили ли нашего арт-директора, пока я спала?..

Пока раздумывала над странным поведением Островерхова, едва не пропахала носом пол. К счастью, у арт-дятла оказалась хорошая реакция, иначе лежать мне бревном у ресторана. Я запоздало поблагодарила, а мой внутренний стаканчик кофе иронично хмыкнул. Мол, заполнил наши мысли - пусть и ловит теперь своими силами.

Да, иногда они приходили. Мой персональный стаканчик и бутылка Бейлиза. Особенно когда я расставалась с ними надолго. Ничего, сейчас всё исправим - и поедим, и кофе напьёмся. Хотя судя по шизофрении в моей голове, можно уже не только кофе.

Когда-нибудь я сопьюсь.

... А руку никто не убрал. Тяжёлая длань Островерхова продолжала лежать на моей талии. Уверенно, я бы даже сказала, по-хозяйски. Между тем, обладатель наглой конечности словно не замечал моих недовольных взглядов. Он затягивался тучами как скорый ливень и смотрел исключительно вперёд. Я ощутила, как каменеют мышцы на его руке. Кажется, наш арт-директор злился... и не из-за меня! Что ещё за непорядок?

Поразительно, но зала под ресторан была не такой уж большой и полностью заполненной. Столы тоже стояли неудобно, длинными рядами, и места вокруг было катастрофически мало. Егор помахал нам, указывая на два пустых стула.

Но стоило нам приблизиться, как...

– Сенечка!
– выскочила из-за стола какая-то девица небесной красоты. В том смысле, что стоимость её красоты - небесная. От неожиданности я сделала шаг назад и едва не впечаталась в Островерхова.

– Где?
– уточнила на всякий случай. Девица смотрела прямо на нас, а никакого "Сенечки" рядом не было. Я даже оглянулась.

– Что?
– растерянно захлопала ресницами она, замерев на полпути.

– Вы кого-то потеряли?
– переспросила я. Мало ли, вдруг у девушки проблемы.

– Никого я не потеряла, я нашла!

Егор с очень подозрительным кашлем отвернулся, а за моей спиной раздалось усталое:

– Сенечка - это я.

Это - Сенечка?! Мой мозг слегка закипел, когда я попыталась сопоставить милое летнее имя и этого пафосного арт-дятла. Господи, неужели девица - та самая любительница кактусов? Хотя с таким симпатичным личиком можно и помурлыкать в трубку.

Настроение отчего-то испортилось. Я искренне считала, что у Островерхова есть вкус, и эта небесная красота мгновенно сделала его... каким-то неинтересным противником. Будто поставила вровень с начальником финотдела, обожающим подобных девочек.

– Добрый вечер, Лида, - вежливо раздалось над ухом, - я рад тебя видеть. Кстати, познакомься - это моя коллега Владислава, - на слове "коллега" он сделал особый акцент, прижимая меня к себе. Со стороны нашего столика посыпались заинтересованные взгляды: никто не вмешивался, но все внимательно следили. Естественно! Если бы вместо "коллеги" Островерхов сказал, что мы трахаемся - никто сильно бы не удивился! Слишком уж красноречиво прозвучала его фраза!

– Лада, это моя приятельница Лида, - невозмутимо продолжал Арсений Петрович, начисто игнорируя наши ошеломлённые взгляды. Я машинально кивнула девушке. Пользуясь моим шоком, этот чёртов арт-директор потянул за едой. Я пошла...

Я сейчас устрою кое-кому "коллегу"!

Вопреки надеждам желудка, я прошла мимо стойки с едой. Кофе, алкоголь и пироженки тоже остались позади. Я была зла, и хотела обжечь этой злостью одного конкретного мужчину. Островерхов покорно следовал за мной, даже не пытаясь убрать руку из захвата. Мы остановились в самом углу зала, у входа на кухню, и внимательно посмотрели друг на друга. Я сдалась первой. Холодные пронзительные глаза словно проморозили меня с головы до ног.

– Что вы хотели сказать, Владислава Андреевна?
– мужчина вопросительно поднял вверх бровь. Однако, хорошая выдержка у этого любителя небесных дев. Ничего, доводить людей я тоже умела профессионально.

– А с каких пор мы с вами на "ты", Арсений Петрович?
– от его тона меня слегка понесло.
– Или может - "Сенечка"?

Сенечка глянул на меня так, что впору картинно заколоть себя кинжалом. Или кухонным ножом, на худой конец. Я представила, как падаю на руки Арсения Петровича, который немедленно возрыдает от горя... Посмотрела на хмурую моську и вздохнула - от этого пня даже скупой слезы не дождёшься. Спасибо, если в окно не выкинет.

– Давайте ограничимся стандартной формой имени? Нам ещё долго работать вместе, - неожиданно миролюбиво предложил арт-директор. Я захлопала глазами. Конечно, ничего особенного он не сказал, но...

С чего вдруг меня сочли достойной?

– Хорошо, - потянула я, отстранённо поглядывая в окно. Из зала отлично просматривался мост в водах свинцовой реки и край леса. С завтрашнего дня начнётся суета и маета, а я совершенно не готова. Столица держала в тонусе, а здесь меня отчего-то пробило на отдых. Логично, впрочем - последний раз я ходила в отпуск прошлым летом.

– Эта Лида - ваша бывшая подруга?
– полюбопытствовала в ответ. Мужчина скорчил такую забавную рожицу, что я не выдержала и улыбнулась.

– Лида - это мои первые грабли, - с усмешкой выдал арт-директор. Я аж засмотрелась. Ух ты, у нас ямочки имеются! Улыбка Арсению шла - согревала холодные глаза. Блин, Лада, мужик-то симпатичный, когда не кривится!

– Надо полагать, было поучительно?
– тоже улыбнулась, но лезть в душу не стала. Зачем?.. Сплетничать я всё равно не любила. Но получается, что не с Лидой он мурлыкал перед вылетом? Чёрт, почему я вообще думаю об этом?!

– Очень поучительно. Настолько, что пожалуй, можно не жалеть, - хмыкнул Арсений, - Лада, я прошу прощения. За коллегу. Переборщил. Может, всё-таки пойдём и поедим?

– Желание еды дороже гордости?
– подколола я.

– Гордость не должна мешать здравому смыслу, - серьёзно ответил арт-директор и подхватил меня под локоть.

За то время, пока нас не было, людей за столом только прибавилось. Между Лидой и Егором появилась тонкая хрупкая девушка возвышенного вида. Она куталась в белую шаль и грустно смотрела в окно. Её волосы были уложены в идеальный пучок, а острые скулы щедро покрашены розовым. Картина: "Барышня в печали", художник неизвестен. Зато хорошенькая Лида на её фоне слегка потускнела и растеряла свой небесный флёр. По сравнению с соседкой, она казалась исключительно земным созданием.

– Моя подруга Лола, знакомьтесь, - представила её Лида. Лола только кивнула нам и вновь погрузилась в печаль. Егор бы ещё промолчал, но такое чудо явно надо заслужить:

– О, неужели все живы?!
– с некоторым недоумением в голосе выдал финансист. Арсений незаметно показал ему кулак, а я не удержалась:

– Рядом с такой красотой трудно ругаться, - и показала на клубничный торт и чашку кофе. Мучительно выбирая между картошечкой и тортиком, я остановилась на втором. Боль от потери скрасил капустный салат с яблоком - лёгкий и безвредный для фигуры.