Чтение онлайн

Переодевшись в домашний сарафан я спустилась на кухню и застыла на пороге, увидев там свекровь. Она мыла посуду, что странно, ведь у нас имелась посудомоечная машина.

— Здравствуйте — не смело поздоровалась я, чтобы обозначить свое присутствие. Интересно, давно ли она вернулась с работы?

Ева обернулась и оглядела меня грустным взглядом. Её глаза, такие же как у Дана, осмотрели меня придирчиво с головы до ног так, что мне стало не по себе.

— Здравствуй — наконец ответила она — Будешь что-нибудь?

— Нет, спасибо. Я зашла попить воды.

Свекровь внимательно следила за тем, как я налила из кувшина в стакан воду и медленно выпила её. У меня едва заметно дрожали руки, и кажется Ева заметила это.

— Точно всё нормально? Мой сын не обижает тебя?

— Вряд ли выполнение супружеского долга может меня обидеть — съязвила я, поставив пустой стакан на стол.

— Я не могу на него повлиять — Ева вытерла руки о полотенце и подошла ко мне — Он упрямый и импульсивный. И помешенный на сексе. Это гены.

— Разве его отец был таким? С трудом поверю, что он мог вам изменять — сказала я, вглядываясь в лицо свекрови.

Она усмехнулась.

— Так это не его гены. А мои.

После этих слов мои брови взлетели вверх.

— Да, к сожалению Даниил унаследовал не очень хорошую черту моего характера… Так странно чувствовать вину за его распущенность. Он очень похож на меня. И теперь я вижу, как это выглядит со стороны. Отвратительно. А ему все равно, как было когда-то и мне — Ева вздохнула и отвела взгляд.

— И что делать?

— Ждать. Он должен понять сам, что ему нужна ты и больше никто — её глаза вдруг опять наполнились грустью — Либо это будешь не ты. Но я верю, что рядом с любимым человеком он остановится и перестанет ходить налево. Сейчас Дан думает, что не умеет любить, но это не так. Он теряет часть себя, закрывая свое сердце от чувств. Я слишком хорошо его понимаю, но не могу помочь. Я вижу, как он мучает тебя и мне больно. Ты не заслуживаешь такого отношения.

— Не надо меня жалеть — твёрдо сказала я — Я знала, что он женится на мне не по любви, а по залету. Ему не интересна ни я, не наш ребенок. Возможно, Дан не готов стать отцом. Что ж, я воспитаю дочь сама.

— Будет девочка?

— Да. Я уже придумала ей имя. Летиция, что значит счастливая. Малышка Летти — я с любовью погладила свой животик, почувствовав тепло.

Мою руку накрыла сверху прохладная рука свекрови.

— Я с тобой — прошептала она — Чтобы ни было, знай, что у тебя есть ещё одна мама, которая всегда тебя поддержит.

— Спасибо — в моих глазах заблестели слезы.

Я с трудом смогла взять себя в руки и не разреветься перед Евой. Её поддержка тронула меня до глубины души. Ещё ни разу она не была так близка со мной.

В комнату я вернулась с лёгкой улыбкой на губах. Дан был в душе, а когда вышел хмуро оглядел меня. На нем было только полотенце обернутое вокруг бёдер. С мокрых кончиков волос стекала вода, заставив моё бедное сердечко биться чаще. Это невозможно, но какая-то часть меня хотела этого подонка… Я шумно сглотнула и отвернулась.

— Ну что ты, Никки — он прижался к моей спине и выдохнул мне в ухо — Если хочешь ещё, только скажи…

— Пусти — прошипела я, пытаясь разорвать кольцо его рук, с ужасом ощущая как твердеет под полотенцем его член.

— Давай поерзай ещё, моя ненасытная женушка… — вкрадчивый голос Дана пускал по моей коже табуны мурашек — Выдеру тебя ещё раз, а потом ещё… Утолю твой голод…

— Урод… — замерла я, понимая, что своими движениями лишь распаляю его.

— Скажи мне имя — зубами от прикусил мою мочку, чем вызвал у меня сдавленный стон — Имя, Никки…

— Чьё имя? — не поняла я, тая в его объятьях.

— Имя ублюдка, что сделал тебе ребёнка… Когда ты успевала трахаться с ним? — он резко развернул меня к себе лицом — Ты думала обо мне, когда он имел тебя?

Голубые глаза моего мужа стали почти черными от ярости.

— Я не изменяла…

— Ложь! — рявкнул Дан — Ты грязная шлюха…

Я влепила ему пощечину быстрее, чем он успел договорить свою гнусную фразу. Хотя наверное, мне не стоило этого делать, потому что в следующее мгновение он схватил меня за горло и прижал к стене.

— Ещё раз поднимешь на меня руку, я её сломаю — прорычал Дан в мое лицо — Шлюха, подстилка драная…

Его губы терзали мой рот, в перерывах между поцелуями он оскорблял меня и обещал убить.

— Я сделаю тест, слышишь ты, тварь, если ребёнок не мой, я вырву его из тебя голыми руками… — он не душил меня, а просто держал за шею, не давая сдвинуться с места.

— Прекрати…

— Лживая дрянь, я не верю в твою верность… — злобно сообщил муж тяжело дыша.

— Почему? — успела спросить я, прежде чем его рука закрыла мне рот. Он будто запрещал себе меня трогать. Боролся с диким желанием снова меня нагнуть.

— Меня не могла полюбить хорошая девушка — в глубине его глаз сверкнула боль — Только шлюха, готовая на всё ради члена. Между нами не любовь, а болезненная тяга. Я хочу тебя поиметь, а ты хочешь мне отдаться… Разве не так? Вот я и спрашиваю, кому ещё кроме меня ты отдавалась? Под кем стонала в перерывах между нашими встречами? Никки, хорошая девушка не станет соглашаться на секс без отношений, а ты согласилась. Ты, мать твою, простила мне наш первый раз, потому что была шлюхой…

Я промычала в ответ отрицание, но он понял это по-своему.

— Спрашиваешь, почему я тогда женился на тебе? Ты похожа на одну девушку, которой я никогда не смогу обладать…

Дан внезапно отпустил меня и провел рукой по своим волосам, стряхивая капли на пол.

— Кто она? Я её знаю? — зачем-то спросила я, пытаясь поймать его взгляд.

— Скажи мне имя ублюдка, и я скажу свое.

Я покачала головой.

— Нет никакого ублюдка, Дан, услышь меня… Я спала только с тобой. Больше ни с кем. Я люблю тебя, слышишь, и всегда любила…

— Ты дура! — закричал он и ударил по стене кулаком, наверное представляя вместо неё мою голову — Ты любишь мудака, который мечтает трахнуть собственную сестру!

— Что?

— Как ты думаешь, почему Майя уехала? Я приставал к ней, Никки, я целовал и лапал её…

— Нет… Не может быть…

— Я хотел стать её первым, отыметь её так, чтобы она не могла свести ноги…

— Замолчи…

— Я на тебя-то посмотрел, потому что ты блондинка, как и она…

Каждое слово Дана отдавалась во мне болезненным ударом.