Кофеманка
Шрифт:
Я всегда умела слушать, в школе научилась записывать в дневники, то что мне говорили, в университете – анализировать, на работе – помогать. Но, с грустью стала осознавать, что с каждым разом мне это делать сложнее и сложнее. Я все больше начала понимать шутки психологов: у нас не депрессия, у нас вечная меланхолия.
Скучаешь не по городам, а по тому, как они тебя обнимали. Скучаешь не по мужчинам, а по тому, как они тебя любили. А любили меня всегда хорошо, щедро, страстно, почти всегда с красивыми подарками:) Если не могли дарить подарки, еще больше дарили себя.
Когда я грущу, я не только слушаю Sade, я еще танцую или пишу свои эссе.
Когда-то я написала:
«Несколько месяцев назад, еще на карантине, он сломил/увлек ее своим мужским напором, скорее даже напугал. Настолько, что она поставила все на жесткую паузу, сказав не просто «стоп», а «прощай».
Мало ли на свете ебанутых…) Но, только такие и не отступают:) И какого же было ее удивление и понимание, что хорошие мужчины – те же дети в душе, также ранимы. Чем больше он увлекался ей, тем больше менялся и открывался. Даже удивительно, как из пошловатого красавчика бабника-повесы вдруг начало прорезаться, а вернее искренне показываться, не просто человеческое, а глубокое и трогательное. Внутри него шел сложный процесс «очищения»: мускульная/мускульная броня дала трещину и стало отшелушиваться все напускное, псевдо-брутальное. Оказалось, что для его неотразимой внешности, он действительно давно не был на романтических свиданиях, по большому счету забыл, как это делается, а самое главное зачем. На их первом «настоящем» свидании, он нервничал больше, чем она. За этим было забавно наблюдать, но она не подавала виду:) Все это было, конечно, прекрасно и в целом ей льстило, что она опять подвинула или растопила замерший пласт очередной мужской души, но… что дальше с этим делать? Это же надо снова выходить замуж, а она этого явно не планировала…»
Или:
«О, если бы эти цветы умели говорить, какую историю любви, вернее борьбы, они могли бы рассказать:) Они встретились почти год назад всего лишь на час. Один час, который изменил их жизни. Потом Ковид неожиданно разделил их на страны. Все это время они переписывались и созванивались, чего только не наговорили друг другу за это время, что только не узнали друг о друге. Иногда расстояние – лучшая откровенность. А он любил поговорить о себе любимом:)
Она сбилась со счета сколько раз блокировала его, и получала цветы от него. Но, при этом была настолько не готова впустить его в свою жизнь, что дала адрес дочери для доставки букетов:) Ей это тоже поднадоело и она шутила: «Мать, уймись»:) После очередной блокировки, когда он писал или звонил с нового номера, она говорила:
– Опять ты:) Изыди, нечистая:) Зачем?:)
И он, на своем неидеальном, но каком-то чеховском русском, отвечал:
– Потому что я чувствую тоску между нами…
Она умирала от его бархатного, низкого голоса с акцентом. Самое мягкое, что он ей говорил в сердцах:
– Моя любимая врединааааа.
– Да, вредина, которая тебе не по зубам.
Самое жесткое:
– Ты больная на всю голову,
На что тут же получал в ответ:
– Не смей со мной так разговаривать!
Он извинялся, и сразу затихал, на время:) Когда ее совсем несло, она писала: «Ты ищешь легкой победы там, где ее, в принципе, быть не может. Да, получается, что в истории с тобой я «мужчина», к моему большому сожалению. Я умею отвечать за свои слова и поступки. И «корсиканцем» надо было называть меня, а не тебя».
Правда всегда отличается от вымысла. Или не всегда?
Глава 10. Гори-гори ясно
Горит – прекрасно, перегорит – сдунешь пепел и дальше живешь. ©
Я уже давно перестала задаваться вопросом, почему все мужчины, которые со мной были и появляются в моей жизни курили? И не просто курили, а как сказали бы, даже во времена пока мир «не стал другим» – смолили. Пачка в день минимум, а лучше две в сутки.
Я помнила аромат, да и сейчас могла бы отличить, все эти Беломорканалы и Явы, потом «перестроечные» Данхилы и Парламенты. С закрытыми глазами я нарисую силуэт Ковбоя Мальборо. В моем доме экзотических пепельниц и красивых зажигалок больше, чем тюбиков с помадой и флаконов с духами. Курили все мои деды, курили братья, курил отец, никогда не выходя из комнаты, потом мужья…
При этом я не выкурила ни одной сигареты за всю жизнь, но инстинктивно красиво умею держать сигарету, как опытная куртизанка.
Но, круче всего было «курить» со вторым бывшим мужем, когда мы познакомились, мне не хватало именно мужской маскулинности, мне ошибочно казалось, что я встретила что-то родное, похожее на отца или любимого деда. При встречах с ним, я потягивала носом, с пьянящим наслаждением впитывала сигаретный запах, слизывала языком, вкус табака с его шеи и пальцев. Играла с дымом. Ловила своим ртом дым из его. Иногда затягивалась сама и пыталась отправлять «красивые кольца во Вселенную или в его губы…
Рано или поздно эти вредные эротические игры заканчивались, табачный аромат уже не возбуждал, а начинал раздражать, мужчины выгонялись курить на балкон, потом вообще из жизни… я переставала их любить, а значит и их вредные привычки…
Когда-то я написала:
«Недавно мужчина мне сказал, что я крайне цинична…
Вначале моему возмущению не было предела: кто я???
Святая простота и цинична??? Где я, и где циничность???
Правда, он сразу поправился: – Так это же хорошо.
Но, потом я подумала, что возможно этот прозорливый поганец (кстати, отлично разбирающийся в современном искусстве:) в чем-то прав. Да, где-то это так.
У меня сейчас, тот самый период за который, мы женщины, так любим осуждать мужчин. Я питаюсь ими, их энергией, молодостью, наивностью, знаниями, силой, иногда глупостью:) Я флиртую и иронизирую на грани, держа в руках бесчисленные чашки с кофе, и бокалы с вином, ни в чем не сдерживая себя. Зачем? Я же свободна. Я играю с ними (возможно, и они со мной:) Моя циничность, прежде всего, заключается в том, что я не готова ни к чему, в принципе… тем более с ними. Only game:) Моя же честность состоит в том, что я не обещаю лишнего, в отличии от многих из них. Я цинична потому, что даже не помню их имен (и не пытаюсь запомнить:), уходя из моей жизни эти мужчины не оставляют кровавых зарубок на моем сердце, а как дождевые капли, скатываются по моему телу, не встречая преград…
#назаметку #также «Поганец» означает название населенных пунктов в России:)
Глава 11. Профессорское
Как шутит мой психолог:
– Катя, жизнь обычных, «нормальных» людей была бы вам скучна.
– Да, возможно, но мы работаем над этим:)
У каждого, свои университеты:)
Когда я говорила, что не знаю, какого мужчину хочу видеть рядом – я лукавила. Современность диктует свои идеалы: лет на десять моложе, активный, спортивный, ныряющий с аквалангом минимум на сорок метров, тут же выныривающий на яхту, и прекрасно ей, управляющий в любой ветер и крен, толком не сбросив рюкзак, высадившись на берег, пятидесятикилометровый пеший трип, и вело-восхождение на Эльбрус, спуск оттуда же на горных лыжах, конечно, финансово успешный, при этом как-то успевающий управлять своими и чужими венчурными фондами:)))
Как романтическая натура, я всегда мечтала, в принципе, о невозможном) А влюбилась… в седовласого старца, на двадцать лет старше себя… Умница, профессор, как он шутил «да был, что называется, Professeur des Universites, и Directeur des Recherche»:), с 2021 года доктор физики в Московской Вышке. Когда-то в далеком 1989 году в свои традцать пять лет он сделал то, на что так и не решился (хотя очень хотел, теперь понятно больше на словах:) в этом же возрасте, мой бывший муж-математик в более спокойные и демократичные двухтысячные – эмигрировал в Европу, в начале в Германию. Преподавал в невозможно маленьком и скучном, немецком Ульме, потом в более веселом Мюнхене. Затем получил перевод в Париж, купил там квартиру на втором этаже милого дома, лет через десять прикупил, на первом, бывшую конюшню под кабинет, и осел там окончательно, считая своим домом.