Чтение онлайн

– В этом мире никогда не убивали?
– продолжает спокойно Кай.
– Из защиты или для развлечения? Дети никогда не калечили животных и друг друга? О каком мире ты говоришь и чем отличается то, что знаю я, от того, что имеешь ввиду ты? Хочешь отвернуться и сбежать - я приказать остаться не могу. Хотя мне бы очень хотелось.

– Акросс тебя не убьет, - немного успокоившись, продолжает Дроид.
– Проблема в том, что ты не можешь приструнить Хаски. Ты считаешь его действия правильными. Поощряешь его.

– А что еще он должен был сделать?!
– перебивает Кай.

– Люди убивать не должны. Иначе потом у них тормоза срывает. Хаски и раньше пугал... Но вот как-нибудь он решит, что я могу тебе угрожать, и мне тоже череп проломит. Я этого не хочу. Отпустишь?

Кай смотрит молча секунду-другую, и, не дождавшись продолжения, неуверенно кивает. Дроид наконец выдыхает с облегчением, спина его снова кривится, и он садится рядом с Каем на лавочке в тени кустарника.

– Я не понимаю, как ты сам можешь продолжать. Какого хрена ты вообще в игры сунулся?

Кай молчит, словно обиделся, рассматривает бегающих по двору детей, отвлекается на рыже-белую кошку, что вылизывается на бетонной подошве дома.

– Я четыре года был хорошим мальчиком, - задумчиво начинает Кай.
– Правильным, послушным и не приносящим проблем. Ни с кем не дрался, с дурными компаниями не водился, даже за брошенными животными ухаживал. Просто золотце, а не мальчик... самому от себя тошно...

– Тогда зачем?

– Так надо было... Мне хотелось, чтобы у этой женщины был хороший сын. Какого она заслуживала. Тебе сложно это понять, потому что все родители такие - добрые, заботливые, оставляют карманные деньги и встают пораньше приготовить завтрак. Разрешают завести кошку, пьют с тобой чай на кухне и ворчат после родительских собраний, что ты должен подтянуть математику... Игры были идеальны. Быть тут и играть послушного ребенка, а в то же время... Разве они были не офигенны?

– Даже когда тебя жгли живьем?

– Это быстро проходило, - пожимает плечами Кай.
– Я любил их. Мне кажется, что именно мне больнее всего было их заканчивать.

– Они не кончились. У вас снова схватка до последнего капитана, - вздыхает Дроид.
– Если бы дело было только в Акроссе... Кай, честное слово, я бы около тебя с такой же битой встал. Но Хаски...

– Чего уж, - огорченно обрывает Кай.
– Когда все это закончится, ты хоть вернешься?

– Если сам не закончусь, - пожимает плечами Дроид. Кай смотрит наконец на него, а не вдаль, огорченно поджимает губы:

– Здорово мы тебя потрепали. Прости. Я не понимал.

– Чего уж, - передразнивает его Дроид, пытается улыбнуться, но уголки губ дергаются.

Терять его грустно, но все-таки - Кай не собирается удерживать, уговаривать. Здесь он чувствует себя менее властным капитаном, чем в реальности игр, и заставлять Дроида делать что-то против воли - нет. Тем более, что Дроид и выглядит на грани, Кай не может себе обещать, что подобной ситуации не повторится. Он сам не знает, чем закончатся игры в этот раз.

Второй сюрприз дня - это Гидра, которая просит сообщить, когда Кай сможет выбраться из своего ареста. У нее есть что-то очень важное для него. И Кай обещает ей завтрашний день.

Третий сюрприз - Хаски заявляется через четверть часа после прихода с работы матери. И есть что-то пугающее в том, как она на него смотрит, словно сейчас ручку двери отпустит и ударит.

– Все в порядке, - успевает предупредить обоих Кай.
– Это мой друг.

– Еще один, - кивает мама.
– Слушай... у тебя все друзья какие-то криминальные. Может, стоит и дальше с девочками дружить?

– А я ведь даже причесался, - улыбается вытянутый по струнке Хаски.
– И даже не в спортивке и с семечками. А, здравствуйте, я Руслан.

– Саша никуда не поедет, - тут же реагирует мама.
– Он... у него дела дома важные.

– Вот и правильно, - кивает Хаски.
– А то я его знаю, стоит упустить из внимания, так сразу куда-то ввязался. Вы с ним пожесче.

– Проходи давай, - ворчит Кай и на немой вопрос матери кивает:

– Я никуда не еду. Мы просто поговорим.

Доверять мама не начинает - как отозванная сторожевая она уходит в свою будку-комнату и смотрит оттуда, всегда готовая вернуться.

– Что?
– переспрашивает Хаски заходя в спальню.
– Я не прав? Через час после того, как ты пошел домой, нас уже вытащили тебя спасать.

– Прекращай, - сквозь зубы цедит Кай, закрывая дверь плотнее. Но мама в соседней комнате и наверняка по-прежнему все слышит.

– Зачем пришел?
– негромко спрашивает Кай, сложив руки на груди. Хаски спокойно сидит на диванчике, оборачивается к книжному шкафу, невпопад интересуется:

– Читать любишь?

Кай молча ждет ответа на свой вопрос, пока Хаски достает ближайшую к нему книгу, начинает листать. В комнате ни телевизора, ни дисков с фильмами, только шкаф, и даже в нем порядок: на отдельных полках фантастика в цветастых аляпистых обложках, отдельно фантастика более благородная, уже почти ставшая классикой. Есть полки с русской литературой в красивых кожаных переплетах, замаскированная под дорогие издания.

– Проверить, что с тобой все в порядке.

– Мне ничего не угрожает, - внятно произносит Кай, взглядом указав на стену в мамину комнату. Хаски наигранно кивает и кричит:

– Да-да. Совсем ничего. Так чья это была могила, Саш?

Рефлекторно Кай падает рядом, зажимает ему рот ладонью. В соседней комнате слышится возня, слишком громкая и ненатуральная.

– Акросса, - одними губами шепчет Кай.
– Ты мог написать. Зачем ты пришел?

– А за тебя ответить мог кто угодно, - убрав его руку, продолжает Хаски, возвращается к книге.
– И как, интересная?

– Можно подумать, ты читаешь.

– Сейчас обижусь, - обещает Хаски.

К Гидре он попадает почти в полдень, с опозданием на полчаса.

– Соседки не было дома, - оправдывается Кай, разуваясь.
– Мама забрала ключи. Когда она так делает, я через пожарный выход выбираюсь. С соседкой снизу вроде даже подружились - я к ней пару кошек пристроил.

– Сколько же у нее всего кошек?

– Пять, - пожимает плечами Кай, закончив с обувью.
– У тебя животных нет?

– Не, не получится. Маму бесит беспорядок и шерсть, - смеется Гидра.
– А я слишком редко убираюсь, чтобы шерсти не было.

В ее жесте есть что-то напряженное, сдержанное, Кай настораживается, пытается для себя это объяснить как неловкость оставаться с парнем в доме наедине. И все же от порога не отходит, хотя Гидра открывает дверь в комнату, останавливается в ожидании. Уловив эту заминку, девушка продолжает:

– На самом деле, отец заядлый охотник. Я чаще потрошила животных, чем гладила.