Чтение онлайн

– Ну, это не сложно, мне будет достаточно описания и фотографии объекта.

– Описание я могу хоть сейчас переслать тебе по компьютерной сети, а вот с фотографией сложнее.

– Тогда тебе придется показать объект моим людям.

– Для меня это слишком опасно.

– Ну, тогда дай хоть немного информации об объекте, чтобы мои ребята нашли его фотографию в деле либо непосредственно установили слежку.

– Это исключено.

– Бен, ты, наверно, рехнулся, если даешь мне задание выследить человека при таких условиях! – похоже, Мартин не на шутку разозлился, что, впрочем, было понятно и простительно, тем более что он всегда был невоздержан на слова и поступки.

– Что поделать, такова жизнь, – философски ответил я. – Не злись, дружище, у меня, помимо всего прочего, есть ее адрес. Бристоль-стрит, дом 98, квартира 134. Желательно, чтоб ты послал кого-нибудь из своих людей наблюдать за квартирой. Описание объекта я сейчас пришлю. Докладывать мне о ходе дела каждые шесть часов. Я попробую добыть дополнительную информацию об объекте по своим каналам. Если удастся, то я тебе сегодня еще позвоню, так что держи своих парней наготове, а если не удастся, значит, отменяется и тебе придется работать только с той информацией, которую сам добудешь. Деньги переведу на твой счет сегодня вечером или завтра утром.

– Как, говоришь, ее адрес? В Бристоль, друзья мои? – ехидно спросил Мартин, напомнив мне про одну историю, которая много лет назад произошла с нами в Бристоле. – Ладно, буду ждать твоего звонка.

Я пропустил подначку Мартина мимо ушей, повесил трубку и крепко задумался. Запросить информацию по своим обычным каналам я не мог, поскольку глава отдела информирования в «Лондон фармацептик компани» о незапланированном запросе-поиске находящегося в данный момент на отдыхе сотрудника класса А обязан доложить начальнику бюро, то есть сэру Найджелу, а тот по описанию сразу же узнает мою пшеничноволосую девушку-призрака. В принципе, все палачи проходили подготовку в наружном наблюдении и в отдельных случаях имели право лично вести наблюдение за своими жертвами, но вообще-то для слежки существовала специальная служба. И как только Лысый Дьявол узнает о моем несанкционированном запросе, наблюдение за Светланой Беловой будет передано профессионалам, а я, естественно, буду вызван на ковер по поводу очередного нарушения правил. Учитывая вчерашнее, это мне уже так просто с рук не сойдет. Я шел по лезвию бритвы, но останавливаться мне было уже поздно, ведь если бы я сейчас доложил о том, что нашел своего свидетеля, меня сразу бы спросили, почему я не сообщил об этом немедленно. В лучшем случае меня бы лишили всех моих привилегий, а наблюдение за пшеничноволосой передали бы профессионалам. Поскольку я не хотел ни передавать наблюдение за Светланой в руки специалистов по слежке, ни попасть на ковер к сэру Найджелу или Мартинелли, то, следовательно, надо было использовать другие каналы для получения необходимой информации. Правда, я так и не придумал, что я потом буду делать с этой информацией. Разве что попробую представить ее своим боссам как результат внезапного озарения или собственного расследования. За это меня даже могут наградить. А могут и наоборот, это уж как повезет. Однако сначала надо было получить хоть какие-то результаты. Я долго сидел, тупо глядя на телефон, пока в моей голове не забрезжила одна заслуживающая внимания идея.

Я позвонил старшему инспектору Джеймсу из Скотленд-Ярда, с которым в прошлом неоднократно сотрудничал. Нельзя сказать, что мы были хорошими друзьями, так как наши правила запрещали сотрудникам моей специальности вступать в тесные контакты с посторонними, но на его помощь я мог рассчитывать. К тому же инспектор мог сделать запрос неофициально, минуя непроходимые для меня каналы. И, наконец, установить истинного автора запроса было бы в таком случае очень трудно.

К счастью для меня, Джеймс оказался на месте.

– Доброе утро, инспектор. С вами говорит Бен Роджерс.

– Доброе утро, мистер Роджерс.

Судя по едва заметным интонациям в голосе Джеймса, инспектор был изрядно удивлен моим звонком и не слишком рад ему, видимо, предчувствуя, что я хочу его о чем-то попросить.

– Инспектор, вы не могли бы оказать мне дружескую услугу?

– Это зависит от того, что я должен буду сделать.

«Господи, какие все осторожные стали! И Мартин, и инспектор Джеймс, оба, прежде чем что-либо обещать, торопятся узнать, что мне от них надо. Или это у них обоих просто профессиональная подозрительность?» – подумал я и сказал:

– Мне необходима информация об одном человеке, и желательно, чтобы информация была предоставлена конфиденциально, без оповещения спецслужб о целях запроса.

– Это в принципе нетрудно, однако потребуется много времени.

– Меня время не жмет.

– Хорошо. О ком требуется информация?

– Это некая Светлана Белова. По всей видимости, она приехала из России год-два назад, работает по контракту с ВОЗ. Возраст около двадцати семи лет. Описание внешности требуется?

– Желательно.

– Рост примерно сто семьдесят сантиметров, волосы светло-рыжие, глаза серые, нос курносый, подбородок резко очерченный.

– Ясно. Я думаю, мне удастся найти необходимую информацию, – сказал инспектор и добавил после небольшой паузы:– Позвоните мне часа через три.

– Можно также запросить документы о въезде в страну, раз уж она приезжая.

– Всенепременно, хотя с этим могут быть проблемы.

– Почему? Обычный запрос.

– Не в этом дело. Просто я сейчас сильно загружен, мне подкинули пару сложных дел, так что времени у меня маловато, чтобы сделать запрос еще и в МИД.

– А что за дела, если не секрет? – спросил я как можно безразличнее. Никогда не вредно узнать, что происходит в стане врага.

– Да какой секрет, – проворчал Джеймс. – Завтра утром прочитаете в любой газете о моих новых делах. Несчастный случай с Альбертом Слейдом, это всемирно известный физик, если вы не знаете, и убийство – кстати говоря, как раз на Бристоль-стрит. Какая-то женщина позвонила около полуночи и сообщила о нападении. Мы приехали и нашли там три трупа – банда из Торвальда, все убиты голыми руками, и никаких следов. Только несколько капель крови, которые могли принадлежать убийце.

– Да, дела сложные, особенно последнее, – почти искренне посочувствовал я ему и уже гораздо менее искренно добавил: – Желаю вам удачи в их раскрытии.

– Да уж, тут удача мне бы очень пригодилась, – мрачно ответил инспектор и повесил трубку.

Я тоже повесил трубку и от души пожелал ему никогда не раскрыть ни дело Слейда, ни дело об убийстве Торвальдской банды, потому что в противном случае мне придется ликвидировать инспектора как угрозу режиму секретности нашей организации, а Джеймс был симпатичен мне и как человек, и как профессионал.

Вообще странное дело. Убита банда, за которой долго охотилась вся лондонская полиция, и теперь один из опытнейших офицеров Скотленд-Ярда должен был отыскать их убийцу, которому за освобождение города от этой нечисти стоило бы повесить на грудь медаль, а не отправлять в тюрьму на долгие годы. Пожалуй, вчера я оправдал гордое звание палача, уничтожив этих трех ночных шакалов, палача, чье назначение – проводить последнюю грань между тьмой и светом, злом и добром, скрывая под красным колпаком лик Справедливости. Кто-то же должен, в конце концов, лечить болезни. А такие заболевания, как это, можно вылечить только одним способом, и я – лучший специалист по этому лекарству.

«Черт, опять меня понесло, – злобно подумал я. – Может, еще раз сходить к Дженис? Она всегда требует, чтобы мы рассказывали ей о своих снах и необычных мыслях».

Я засмеялся, представив себе ее реакцию, закурил и пошел на кухню. Делать мне было нечего, поскольку все, что надо было сделать, я уже сделал, а что-либо сверх этого делать было слишком опасно. Поэтому я решил просто посидеть и подумать, проанализировать события последних дней, особенно вчерашнего. Полезное занятие – анализировать свои ошибки и вообще все, что происходит вокруг тебя. Для человека моей профессии это единственный шанс выжить. Впрочем, как мне кажется, иногда любому человеку необходимо просто посидеть и подумать о своей жизни и о том, что он уже сделал и попытается сделать в будущем. Давно я уже так не сидел наедине со своими мыслями. Очень давно. Настолько давно, что даже не смог вспомнить, когда же я так сидел в последний раз, несмотря на то, что у меня великолепная, профессиональная память. Наверно, в этом просто не было необходимости.