Чтение онлайн

— Это очень плохо. Барьеры нарушены. Нужно уходить, сейчас же. Найти маску, и добраться до усыпальницы предков. Вагахке и Оадзь настроены решительно, и не перед чем не остановятся в своей мести. Особенно старшая, она особенно опасна и знает весь подземный мир, все ходы и выходы, — сказал Рыг.

— Конечно, знаю! Ведь это моё царство! — раздался зычный голос за спиной, вибрируя в тихом пространстве.

На том самом балконе стояла высокая рогатая баба, покрытая густой косматой шерстью, с выпученными злыми глазами, козлиными ногами, обвешенная золотыми цепями и с мощным посохом в руках.

— Вагахке, — выдохнул Рыг. — Бегите! Я задержу её!

— А ты смотрю, выучил моё имя, — расхохоталась она, — так пусть оно навечно застынет на твоих губах, вонючий нойда!

Раздался громкий удар посохом, от которого под ногами задрожала земля.

Рыг поклонился священному огню, и вошёл в него.

— Великие предки, призываю вас на защиту! Священный огонь Великой матери Земли, помоги! Защити! Кав-рай, покровитель шаманов, взываю к тебе! Рухтнас, защитник саамов, взываю к тебе! — пронзительно звучал его голос, и я увидел, как высоко и широко вспыхнуло пламя, образуя щит против монстра.

Вагахке рассвирепела, пытаясь пробиться, но только обжигалась и дымилась её шерсть.

— Я вырву твою печёнку, поганый нойда! Повешу на твоих же кишках за ноги! — орала бывшая дочь Солнца, терпя неудачу, пятясь назад ко входу.

— Тебе здесь не место, проклятая! Убирайся! — голос Рыга звучал хором, что пробирало до мозга костей. Этот хор был наполнен тысячей могучих голосов.

— Ты пожалеешь, — Вагахке злобно шипела, забиваясь обратно в тоннель.

Забыв о прежних переживаниях, я всецело был поглощён поисками волшебного ларца. Рыг ментально и буквально пинал меня, заставляя думать, ведь, по его мнению, все знания сокрыты в моём подсознании. И он был прав, но у меня дырявая память, которая помнила только всякую хрень. Напрягая извилины, я усердно думал, пока мы быстро передвигались под ледяным небом астрального Сейдозера.

Рыг впитал в себя часть священного огня, и мы шли под защитным куполом. Но, он предупредил, что это ненадолго, и как только купол начнёт уменьшаться, то время у нас будет критически мало.

— Ну же, Егор! Давай! — требовал Миха, наблюдая за тем, как над нашими головами, по бокам скалы, над синим куполом защитного пламени, роятся толпы мохнорылых, что выжидающе сверкают глазами, когда защита ослабнет.

Хозяйки их не было видно. Видать пошла лечить свой подгоревший зад.

— По-о-р-р-рочная девка! — гавкали они сверху, бесконечно гогоча. — Смер-р-рть в утр-ро-о-бе!

— Не слушай их, — сказал я Вере, видя, как она сжалась, ссутулилась, закрывая руками живот.

Она затравленно посмотрела на меня, и внезапно расплакалась.

— Я больше не могу, — простонала она. — Почему я здесь? За что?

— Мы выберемся. Обещаю тебе. Всё будет хорошо, — осторожно коснувшись её плеча, промолвил я, и Вера уткнулась лбом в мою грудь, сотрясаясь в рыданиях.

— Всё будет хорошо… прости меня, моя хорошая, прости… — искренне шептал я жене, прижимая к себе самое дорогое в жизни, ощущая, как с моего сознания спадает завеса обиды и ревности. Я ни на мгновение не переставал её любить.

— Егор. Время, — сухо напомнил о Рыг.

— Туда, — указал я рукой вперёд, — вон за тот поворот, к треугольному зданию.

— Так это же пирамида, — тихо сказала Вера. — Может там усыпальница предков? Я видела похожий образ у огненного фонтана.

— Вот сейчас и узнаем, — прошептал я, поцеловав жену в макушку.

Приближаясь к желанному месту, пространство начало искажаться. Воздух рябил, как шипящий экран старого телевизора.

— Что происходит? — я оглянулся на Рыга.

— Ябме-акка, — голосом, будто нам конец, промолвил шаман.

— Что? — ощущая, как стынет в жилах кровь, обнимал Веру.

— Мать мёртвых, — прошептал Рыг с неприкрытым ужасом в глазах.

— Мы на границе Нымьп-алмма.

— Где?

— Другой мир. Ямье мырра… мы на пороге царства мёртвых, — прошептал он.

— Сделай что-нибудь, прошу, — жалобно пискнула Катя, вжимаясь в мужа от страха.

Пространство вокруг полностью поглотила давящая, шипящая завеса. Казалось, что она желает нас растворить, и единственное, что её останавливает, так это купол священного огня. Стоило только понадеяться на его защиту, как вдруг сквозь синее пламя в наше пространство начал проникать шипящий силуэт руки.

— Не двигайтесь. Не сопротивляйтесь. Это бесполезно, — каменным голосом сказал Рыг, безотрывно следя стеклянным взглядом за потусторонней рукой.

Мы замерли, наблюдая за тем, что будет дальше.

Потусторонняя рука просунулась по локоть внутрь нашего круга и, указав на меня указательным пальцем, поманила к себе.

— Что мне делать? — прошептал я.

— Иди. Это мать мёртвых. Ей нельзя противостоять. Просто невозможно, — ответил Рыг, глядя на её руку немигающим взглядом.

— Что ей надо?

— Не заставляй её ждать, — повернув ко мне голову, рявкнул Рыг. — Не гневи богиню. Если зовёт, значит иди.

Делать нечего. Мать мёртвых значит. Ага. Сейчас, скажу ей: «Здравствуйте, я Егор. Видели, какая у меня рука? Я типа избранный, не убивайте, пожалуйста, отпустите с миром. Фу-у-ух».

Из шипящего пространства рука изменила жест, развернув ладонь в пригласительном виде. Мол, типа, давай, хватайся дружок, не бойся. Так мило, что я сейчас обоссусь. Не скрою, как мне страшно сейчас. Сделав шаг вперёд на негнущихся ногах, я повернул окаменевшую шею, чтобы посмотреть на Веру. Она наблюдала за происходящим стеклянным взглядом.

Рука требовательно взмахнула ладонью в воздухе, мол, ты охренел, так заставлять меня ждать?!

Иду, богиня. Мать мёртвых.

Соприкоснувшись с её рукой, я понял, что жизнь — это самый ценный дар на свете. Жаль, что понимаешь это только тогда, когда смерть дышит тебе в лицо. Меня пронзило таким колючим, пронзительным холодом, а затем полностью втянуло в глухое, пустое пространство.

Я не понимал, жив я или мёртв. Есть у меня глаза или нет. Вижу я или эта тьма и есть конец.

— Ты ищешь золотую маску? — внезапно раздался в этом вакууме низкий трехуровневый голос. Он звучал зычно, будто одновременно в унисон говорило три собеседника.