Когда закончится август
Шрифт:
Она ничего не поняла. — Еще три недели? Я больше не выдержу ни секунды.
Она выглядела ошеломленной. Значит, нас было двое.
Хизер шагнула ко мне. — Никогда еще мне не было так больно, как сейчас, когда я хочу тебя и не могу получить, пытаясь скрыть от тебя свои чувства. Я больше не хочу так страдать. Меня не волнует ни следующая неделя, ни три недели, ни следующий год. Все, что меня волнует-это сейчас. Я чертовски хорошо знаю, что произойдет между нами, если ты останешься. Именно поэтому я и не хочу, чтобы ты уезжал.
Блять. Так много мыслей крутилось в моей голове. Я воспользовался моментом, чтобы увидеть ее, эту красивую молодую женщину, которая хотела испытать себя со мной. И я ничего не хотел, кроме как быть с ней. Если я сейчас отвернусь, буду ли я всю оставшуюся жизнь с сожалением оглядываться назад? Будет ли преследовать меня — тот момент, когда у меня появилась возможность для чего-то, что я хочу, но я отбросил это? Тот момент, когда я помешал нам обоим испытать то, чего мы так сильно хотели?
Моя голова боролась с сердцем и телом — двое против одного. Каждой частичкой своей души я знал, что если сейчас подойду к ней, все будет кончено. И победила бы не моя голова.
Боль в ее глазах не была похожа ни на что, что я когда-либо видел, даже когда ее отец выбил почву у неё из под ног.
Впервые я осознал, что могу причинить ей еще большую боль, отказывая ей. Или, может быть, это именно то, во что я хотел верить.
Может быть, это то, во что я должен был верить, потому что пути назад не было.
Мой разум опустел, когда физическая потребность взяла верх. Я больше не отличал добро от зла. У меня больше не было чувства времени. Я просто нуждался в ней.
— Иди сюда.
— Ты собираешься отослать меня?
— Нет. Я не собираюсь этого делать.
Она подошла ко мне и упала в мои объятия. Я крепко обнял ее.
Впервые я позволил себе вдохнуть ее, обнять так, как мне хотелось, не сопротивляясь.
Мне пришел конец.
Глава девятнадцатая
Хизер Когда он поднял меня на руки и прижался губами к моим губам, я подумала о том, сколько раз я представляла, как он делает именно это. Чувствуя себя невесомой, я обвила ногами его тело, держась за него изо всех сил.
Не уходи. Пожалуйста, не уходи. В своей жизни я была только с одним человеком, и он был мальчишкой во всех смыслах — умственно и физически. Ноа был мужчиной, более зрелым телом, и умом. То, что я оказалась рядом с ним, вызвало во мне небывалые ощущения. Его огромные размеры сделали меня беспомощной, и я никогда не была так счастлива. Я хотела, чтобы он владел каждым моим дюймом.
Я надеялась, что не опозорю себя, страстно целуя его, пробуя на вкус — в общем, занимаясь сексом с ним. Мне было так хорошо, когда этот мужчина обнимал меня и целовал изо всех сил, ощущая, как тепло его дыхания наполняет меня. Я чувствовала себя неуправляемой — как дикая кошка.
Двигая бедрами, я потерлась о массивную выпуклость в его джинсах, его тепло ощущалось между моих ног. Осознание того, что я сделала его таким твердым, доставляло мне огромное удовлетворение. Мне нужно было, чтобы он вошел в меня.
— Не надо ненавидеть меня за мою слабость, — простонал он сквозь наш поцелуй.
— Я возненавижу тебя, если ты остановишься.
Он улыбнулся мне. Слава Богу, мы с тобой на одной волне. — Я никогда не хотел ничего так, как хочу тебя, Хизер. Ты сводишь меня с ума, черт возьми.
Я даже не могла дождаться, когда он разденет меня. Я оторвалась от нашего поцелуя достаточно надолго, чтобы снять рубашку через голову и бросить ее на землю. Глядя ему в глаза, я расстегнула лифчик и позволила ему упасть к нашим ногам.
Его дыхание было затруднено, когда он в течение нескольких секунд рассматривал мои обнаженные груди, прежде чем накрыть их ртом.
Влага его языка и жар его дыхания на моих сосках практически довели меня до оргазма. Я чувствовала, как пульсирует мой клитор, когда Ноа сосал так сильно, что мне хотелось кричать. Это было так больно.
Раньше он обращался со мной как с маленькой девочкой, но сегодня он обращался со мной как с женщиной, и я была благодарна ему за это. Может, у меня и не было такого опыта, но я знала, что могу взять все, что он может дать. Мое тело было готово. Я готовилась к этому моменту с того самого момента, как впервые увидела его.
Он нежно взял мой сосок зубами. — Такая, такая красивая… Я сильнее прижала его голову к себе, проводя ногтями по волосам, пока он сосал мою шею. Я знала, что завтра на мне будут отметины, но мне было все равно. Изголодавшись по его вкусу, я снова прильнула к его губам. Я все ждала, что он будет командовать, скажет мне притормозить, отругает за нетерпение. Но он этого не сделал.
Ноа был так же потерян в этом, как и я.
Он подвел нас к стене и прислонил меня к ней. Он понятия не имел, сколько раз я фантазировала об этом.
Наш поцелуй стал еще более интенсивным, и я хотела, чтобы он задрал мою юбку и трахнул меня прямо здесь. Вместо этого он внезапно опустил меня на землю. Испугавшись, что он передумал, я схватила его за рубашку и притянула к себе. Он сопротивлялся.
Он видел страх в моих глазах.
— Не волнуйся, детка. Я никуда не уйду, ясно? Но мне нужно остановиться на секунду.
Мое сердце бешено колотилось. Почему он остановился? — Мне нужно запереть дверь, — сказал он, прежде чем обхватить мое лицо руками и притянуть к себе для ободряющего поцелуя. — Мы не можем допустить, чтобы кто-то вошел.
Облегчение нахлынуло на меня. Я прислонилась к стене, когда он подошел к входной двери и повернул засов. Он задернул шторы.
Затем он подошел к своему рюкзаку и достал оттуда что-то — полоску презервативов. Он бросил их на тумбочку и вернулся ко мне.
— Я хочу посмотреть на тебя, — прохрипел он, скользя рукой вниз по моей груди к животу.
Он потянул за пуговицу моей джинсовой юбки и расстегнул ее. Он тянул ее вниз, пока она не упала. Я скинула туфли. Оставшись в одних трусиках, я смотрела, как он таращится на меня остекленевшими глазами.