Чтение онлайн

— Эта кобыла?

— Нет, сэр. Мисс Пеннингтон не держит свою лошадь здесь. Вообще-то… — хозяин поскреб затылок, — никогда не видел ее на лошади. Правда, если вы заинтересовались… Дело в том, что владелец этой кобылы хочет продать ее.

Маркус задумчиво оглядел своего бывшего грума.

— Так ты знаком с моей подопечной, Джеб?

— Ну, я знаю ее, сэр! Конечно, она не заходила сюда, но я встречал ее в городе. Моя жена хорошо с ней знакома. Говорит, очень милая девушка, не задирает нос. Всегда останавливается поболтать, когда они сталкиваются в лавках.

— В лавках? — изумленно откликнулся Маркус. — Но ведь у моей кузины достаточно слуг… — Он резко оборвал себя и нахмурился.

В молчании они вышли во двор. Джеб поднял глаза на грозные темные тучи и заметил:

— Не нравится мне небо, сэр. Похоже, погода портится. Надеюсь, ваше путешествие не будет долгим.

— Я тоже на это надеюсь! — с чувством ответил Маркус, садясь рядом с грумом в двуколку. — Верну твоих гнедых, как только смогу. Еще раз благодарю!

Одолженная упряжка, конечно, не могла сравниться с серыми, но тем не менее это были крепкие, здоровые животные, и вскоре Маркус достиг тракта Бристоль — Лондон. Когда первые снежинки упали на землю, Саттон встревожено взглянул на хозяина.

— Начинается снегопад, сэр.

— Я обязательно должен найти Сару, — мрачно откликнулся Равенхерст. — Даже снежная буря не лишит меня удовольствия свернуть шею этой моей проклятой подопечной!

Сара Пеннингтон вошла в маленькую гостиную и присела на деревянную скамью с высокой спинкой в уютном уголке у камина. Простодушная жена хозяина гостиницы и слышать ничего не хотела о том, чтобы молодая леди осталась в общей столовой среди грубых, неотесанных мужланов.

— Они по-своему хорошие люди, мэм, но иногда ведут себя не совсем прилично.

Добрая женщина была так необыкновенно внимательна к оказавшейся в затруднительном положении юной «вдове», что Сара невольно улыбнулась. К счастью, природа одарила Сару Пеннингтон не только хорошеньким личиком, точеной фигуркой, веселым нравом, интеллектом и чувством юмора, но и необыкновенной сообразительностью. Предвидя, что на молодую незамужнюю даму, путешествующую в одиночестве, даже без горничной, будут смотреть косо, она решила выдать себя за вдову.

Для большей убедительности Сара, покопавшись в ридикюле, нашла и надела на палец обручальное кольцо своей матери. Созданного же ее богатым воображением мужа она быстренько отправила на шесть футов под землю, не испытав при этом ни малейших угрызений совести.

— Отвратительная погода, миссис Армстронг, — заметил вошедший в гостиницу хозяин, сваливая поленья на решетку огромного камина. — Помяните мои слова… не один неосторожный путешественник застрянет здесь до конца дня.

Воображение Сары снова пришло ей на помощь.

— Совершенно с вами согласна. Когда я прибыла в Калн, где мой брат должен был меня встретить, тучи уже сгущались. Я поступила довольно глупо, не оставшись там, но на почтовой станции было так многолюдно, так шумно, что у меня разболелась голова, и я решила подышать свежим воздухом. — Обветренное грубоватое лицо хозяина выразило сочувствие, и Сара поняла, что предложенное ею объяснение, приукрашенное печальным вздохом, прозвучало очень убедительно. — Я так рада, что заметила с дороги дымок, вьющийся из ваших труб, и решила заглянуть сюда, в «Приют путешественников», а не возвращаться на почтовую станцию в Калн.

— Вы говорите о «Белом олене», мэм?

— Э… да, о нем.

— Вы там оставили свой багаж? — спросил хозяин, ясно помня, что юная дама прибыла всего лишь с маленьким деревянным ящиком и довольно старым, потрепанным саквояжем.

— Нет, я отправила сундук с вещами раньше, — сочиняла Сара на ходу. — Я гостила у друзей всего в нескольких милях отсюда. Подумала, обойдусь тем, что оставила в саквояже, но боюсь, не предусмотрела ухудшения погоды и возможных задержек в пути.

— Не переживайте, мэм! Моя хозяйка снабдит вас… э… всеми необходимыми мелочами. И не волнуйтесь за брата. Уверен, он не станет путешествовать в такой день. Как только погода улучшится, я отвезу вас в Калн в моей старой двуколке. Несомненно, мы найдем вашего брата на почтовой станции.

Сара поблагодарила доброго хозяина. В глубине ее аквамариновых глаз мелькнуло сожаление. Как же она ненавидит ложь, а приходится лгать этим милым людям! Но разве у нее есть выбор?

Уставившись на потрескивающие поленья, Сара стала вспоминать события своей жизни, которые и привели к ее теперешнему — и, надо признаться, очень затруднительному — положению.

Ее отец, отважный человек, капитан королевского военного флота, отдал жизнь за короля и отечество во время битвы на Ниле [3] . Как ни печально, но Сара лишь смутно помнила его — ведь она была совсем маленькой, когда отца не стало. Ей было почти пятнадцать, когда судьба нанесла еще один удар — лишила ее любимой мамы.

Сдерживая слезы, девушка начала вспоминать свое безоблачное детство: прелестный отцовский дом около Плимута; счастливые времена, когда она гостила в Равенхерсте, в прекрасном особняке посреди обширных парков в графстве Оксфордшир. У нее была такая добрая крестная мать! Но вот сына ее она совершенно не помнила.

Когда они с мамой гостили в Равенхерсте, Маркус учился в Итоне, а позднее — в Оксфорде. У нее осталось лишь смутное воспоминание о том дне, когда он появился в Плимуте — вскоре после смерти ее матери. Тогда она побоялась даже поднять глаза на высокого незнакомца, в руках которого оказалось ее будущее благополучие, и не отрывала взгляда от его до блеска начищенных высоких сапог.

Идея о монастырской школе в Бате не показалась ей отвратительной, ничего страшного не видела она и в опеке его кузины, оказавшейся доброй душой, хотя и несколько странной и подверженной приступам черной меланхолии, особенно когда дела шли не так, как ей хотелось бы. Девочка сожалела лишь о том, что ее разлучили с любимой гувернанткой.

— Нет, моя дорогая, — ласково, но решительно ответила тогда Марта Трент в ответ на мольбы Сары остаться вместе. — Твой опекун прав. Тебе лучше учиться в школе и общаться с девушками твоего возраста, но мне тогда нечего будет делать в твоем новом доме. Я уверена, что кузина мистера Равенхерста прекрасно позаботится о тебе.

Сара даже нахмурилась — так отчетливо всплыли в памяти слова Марты. Да, надо отдать должное ее опекуну: он проявил некоторое благородство по отношению к ее любимой гувернантке, предоставив той возможность не спешить с выбором нового места. Все говорили, что Маркус Равенхерст очень богатый человек, однако этот богач не считал возможным посылать ей, Саре, хоть немного денег на необходимые мелочи. Конечно, платья, выбираемые для нее миссис Фэйрчайлд, были вполне приличными, но, Господи, какими же унылыми и немодными! В отличие от ровесниц Саре не разрешалось посещать городские балы, и ее редко отпускали на вечера в частных домах. Она бывала по-настоящему счастлива лишь во время ежегодных приездов миссис Стэнтон с Клариссой в Бат, когда она гостила в их доме в Девоншире. Но те блаженные летние месяцы пролетали так быстро!..