Чтение онлайн

– То нет, конечно!.. Ха-ха! Ведь женщина нагая - это страшно, можно и рассудок потерять.

– Ты издеваешься?

– Нет, пока!..

– Как это - пока? Ой!..
– в траву упали возле родничка, который струйкой тоненькой, казалось, пытался к звёздам улететь, но на землю падал. Надя упала так, что струйка упала ей прямо на живот. Завизжала, как ужаленная, соскочила - вода была холодной.

– Вот, теперь только начинаю, - засмеялся Слава, глядя на пляшущую Надю.
– Иди, попей. Чуть не рассчитал, хотел, чтоб струйка в ротик маленький попала.

– Ошибся-а?.. Я тебе припомню.

– Как?

Она воды ладошками набрала и обрызгала его. Слава не отскочил, напротив, обрадовался, как ребёнок. Подошёл, тоже попил.

– Пошли в твои хоромы.

– Пошли, мне поговорить с тобой о многом надо.

И они, обнявшись, направились к землянке. Она спросила:

– Ты меня зачем всё время раздеваешь, мне же...

– Я то причём? Ты же сама!.. Да и рядом со мной стыдно одетой то ходить. Да и мне с тобой одетой стыдно. Вот!..

– Наглец!..

Когда зашли в землянку, он лампу откуда-то достал, зажёг фитиль, сверху водрузил колпак стеклянный. Стало светло. Хотел заговорить, но она его опередила.

– Как хорошо то мне. Мне ни когда так не было. Всё думала, что счастье женское в богатстве, в муже хозяйственном, но недалёком. Лишь бы работящим был, добротным, в делах хозяйственных умелым. Чтобы было что поесть, попить и спать на чём, и чё одеть. Даже интересно - голышом хожу полдня уже и вовсе не страдаю, а дома по три раза в день могла переодеться. И зачем? Ты какой то не такой. Я думала, что нищий, а ты богаче оказался всех и щедрым.

– Щедрый от избытка я, да и...

– Ты то имеешь, чего я не видела нигде, не сознавала. Как ты столько накопил? Где драгоценности нашёл, чтобы за всё расплатиться?

– Наденька, - обнял её, - Ведь всю вселенную господь даёт нам даром. Лишь хочет он - любите всё и всех, и радость разольётся лиры эхом, и счастьем зазвонят колокола.

– Поэт! Откуда взялся и где раньше был? Я столько потеряла лет.

– Остановись Надежда, с Навной посоветуйся - она в тебе. Со мною крах и Навна знает это. А Навнушка, скажи.

– Но обречён против идущий!..
– Навна ответила ему.
– С тобою лучше вовсе не встречаться, а если встретился, то нет назад дороги. Ты раскалываешь сзади землю, отсекаешь все пути.

– Назад нельзя-а!..

– Слава!.. Что это со мной опять? Чё то говорю не то тебе, - спросила Надя.

– Ты Наденька не бойся и не суетись - это в тебе Навна иногда со мною говорит. Ты просто слушай и внимай.

– Ладно! Мне нравится, только боюсь с ума сойти... когда не знаешь, есно. А щас знаю и хорошо. Да и правда - как мене назад то... ведь нет пути назад.

– А вперёд? Ведь я в Хазарию пойду. Ты чё со мной?

– Да!

– Я там могу погибнуть, умереть, да так скорей всего и будет.

– И я-а!.. Жить всё равно не буду. Зря не утонула-а! Не любишь ты меня, как я не догадалась сразу... играешь просто. Зачем спас меня?
– заплакала вдруг Надя. Её начало трясти, как в лихорадке.

Опешил Слава.

– Навнушка душа! Ты чё? Не плачь - я же хотел, как лучше для тебя. Люблю! Люблю, конечно! Посмотри мене в глаза, увидишь, что не обманываю я, не умею даже.

– ------------------------------

Слава с Надей отдыхали от нежных ласк друг друга. Надя сказала:

– Почему не понимают люди, что жизнь прекрасна?

– Наверно потому, что не хотят творить. Лучше жить спокойно по программе, что кто-то начертал, чем самому творить, - ответил Слава.

– Я многое не понимаю у тебя, да и тебя не понимаю иногда, но почему-то радостно. Вот Егора понимаю хорошо, и жизнь постыла.

– Наденька! Родная - ты просто опьянела от любви, но приходит утро и похмелье... гм-м... Тяжко с похмелья то бывает иногда, особенно, когда нет, даже воды напиться, что б жажду утолить.

– Почему пытаешься меня оставить здесь, неужто хочешь уничтожить? Ведь понимаешь, что не смогу, как раньше жить, не смогу существовать. Нет, не останусь - с тобою буду, даже если только день один остался.

Слава-Яросвет подумал чуть:

– Не, не день - побольше.

Надя засмеялась, навалилась сверху.

– Какой ты интересный всё же.

– Это почему?

– Бога не боишься и о смерти говоришь, как будто сходить куда собрался - без страха, без эмоций.

– А ты не так?

– Не-е...
– подумала, - чуть страшно всё равно.

Слава было рот открыл...

– ...Но жить ещё страшнее, особенно той жизнью, что жила.

– Э-эх!.. Пусти, пойду, проветрюсь.

– И я с тобой.

– Нет! Мне надо одному.

– Ты чё - стесняешься? Я в другую сторону пойду.

– Я о другом. Узнать мне надо кое-что.

– Ты чё - уходишь что ли?

– Надя-а!.. Хочу встретиться с Лилит - я позову, она сама придёт.

– Как это... и зачем?..
– смотрела на него с испугом.

– Навну спроси в себе! Объясни ей Навна, - сам встал и вышел, Надя следом.

– Я с тобой, зови, может в тело Надино придти захочет, да и не видела её давно, а сколько вместе пережили.

– Не выдержит тело богиню, да буйную такую?..

– Зови! Или давай я позову.

– Чё спорите? Вроде не торговцы, а спорите, как на базаре, - раздался женский голос.

– Лилит?..

– Спорят, спорят - спать с дикарём мешают, - на Яросвета посмотрела.
– Ни чё! Только худой немного, а так... ты везде прекрасен, и Навна хороша, просто прелесть. Ну как себя не похвалить, собой не полюбоваться.

– Погоди, Лилит.

– Да знаю я всё, что хочешь ты узнать, а сам то чё не можешь?

– Могу, но рано мне пока показывать себя, есть дела ещё.

– Ха-ха! Показывать себя! Ты показал уже...

– Как это?

– Придурок, есно. Чё по полю с Наденькой катался?..

– Траву косили.

Лилит расхохоталась весело:

– Только?.. Может, сеял что?

– Не-ет вроде... ух ты-ы... и что теперь?
– подошёл к Лилит: - Не тяни, то прогоню и сам узнаю.

Лилит вздохнула: