Командир района
Шрифт:
— Саша, с турели, которой на дому, я только мощным зарядом смогу добить, — предупредил наш стрелок за турелью. — И при попадании в колеса там все нахрен разнесет, включая кабину и водителя. Ты уверен, что хочешь этого?
— Да блин! Нет, конечно, — помотал я головой. Несмотря ни на что, я пока не был готов убивать людей, пусть даже воров. Ведь, понимаю, что пока не удостоверюсь, что там «плохие» люди, так категорично решать вопрос не буду. Да и вообще — нужно сначала сообщить приехавшим, что там все мое, а потом уже выгонять, а то там же не написано, что это мое.
— Ну вот, так что буксир ближе подгоните и все, будет не так мощно, смогу осторожно работать, — продолжал Коля. — Правда, там обзор будет совсем не большой.
— Ясно, понял. Ну, в случае чего, пусть Миша попробует колеса прострелить.
— Хорошо.
Дальнейший путь проделали до заводского пирса почти в тишине и молчании. Ну как в тишине… Я, конечно, ругался, но, в основном, в своей голове, так как понимал, что Родион и правда делает все возможное. Но, в конце концов, за почти пятнадцать минут дотелепали до пирса и остановились. Турель смотрела прямо на территорию завода сквозь решетчатый забор.
— Они нас заметили, — указал рулевой на людей за забором, которые смотрели в нашу сторону.
— Знаю, — кивнул я. — Не переживай. В случае чего Коля с нашим снайпером их тут постреляют раньше, чем они нас.
Надеюсь, по крайней мере на это. Но, конечно, в слух об это я не сказал. Нужно верить в команду. Но, на всякий случай, бронежилет снимать не буду.
— Родион, мы сейчас с Вовой на берег сойдем, а ты отойди метров немного в море, чтобы пока мы будем в отдалении, никому не пришла в голову глупая мысль тебя захватить. Турель-турелью, но лучше не искушать противника.
— Хорошо, осторожней там.
— Конечно, постараемся, — сказал я, выпрыгивая на твердую землю, Вика выпрыгнула за мной следом.
— Что делаем, босс? — спросил наш Рэмбо, также не отстающий от нас. — Мне прикрывать или идем вместе?
— Пока пойдем вместе. В случае чего, падай за ближайшим препятствием и вали всех.
— Понял, — кивнул парень.
— Всё, пойдемте побеседуем с захватчиками нашего добра, — махнул я рукой, и мы втроем пошли в сторону ворот, ведущих с этой стороны на завод.
— Стой, стрелять буду! — раздался с той стороны голос одного из мужиков, когда нам осталось порядка пяти метров до входа. Из-за того, что забор представлял из себя обычную сетку рабицу, что мы их, что они нас видели прекрасно. Разве что несколько из них тут же зашли за имеющиеся техногенные укрытия.
— Стою! — крикнул я в ответ.
— Стреляю! — раздался голос шутника. Мда, юмористы.
— Слышь, клоун, старшего позови, — скомандовал я ему.
— Чего? А пулю тебе в лобешник не пустить?
— Кончай болтать, достал уже, — поморщился я.- Старшего зови, или умрешь сам.
Блефовал ли я? Ну, если только немного. В данный момент с противоположного берега турелью был сформирован максимальный по силе заряд и после его выпуска, в случае чего, говорун будет дезинтегрирован несмотря на то, что он прятался за кучей сложенных плит. Автомат, конечно, не пробьет, поэтому он такой и смелый.
— Подождите немного, — почему-то юморист решил не продолжать нагнетать обстановку. — Сейчас доложат начальству.
Интересно, чем вызвана его такая вот внезапно проявившаяся покладистость?
— Заходите, — раздался через минуту голос все того же наглого.
— Вова, остаешься здесь, засядь где-нибудь, да в случае кипиша подключайся, — сказал я, повернувшись к штурмовику.
— Понял, — кивнул тот, даже не став возмущаться, чем очень меня порадовал.
— Эй, все трое заходите, — крикнул говорливый, увидев, что Вова остается.
— Обойдешься, вдвоем зайдем, — ответил я ему, подходя к калитке около ворот. И снова молчаливое согласие с моим решением. Приятно.
Мы зашли и под настороженными взглядами, а также под прицелом нескольких человек, пошли в сторону, куда нам указали рукой. А именно- в сторону стоявшего автобуса. Блин, уже хуже. Не хочу разговаривать внутри помещений, либо автотранспортных средств. А эта техника, как я понял, выбрана временной базой. Не, нам такого не надо. Тут если турель бахнет в этот автобус, пока будем в нем — хана всем, без шансов на выживание. Да и прикрывающий нас Мишка вряд ли сквозь задернутые занавески на окнах заметит, когда нас там начнут убивать. Я, конечно, пытаюсь быть смелым, но это не значит, что безрассудный. Поэтому, несмотря на то, что стоявший рядом со входом вооруженный мужик кивнул в сторону входа в автобус, типа заходи, не бойся, выходи не плачь. Не, спасибо. В ответ на его приглашение я просто покачал головой, типа не пойду. Охранник нахмурился.
— Заходите, вас там примут. — соизволил он сказать голосом, видимо, подумав, что я тупой и молчаливого его приглашения не понял.
— Не, спасибо, — повторил я уже тоже голосом. — Пускай сами выходят.
В ответ на это он удивленно поднял бровь. Ну а чего хотел, ожидал, что под твою дудку плясать будем?
— Не смотри на меня так. Старшего давай зови.
Охранник хмыкнул, кивнул, зашел в автобус. Вот сразу бы так, а то начали тут, блин, командовать.
Через минуту охранник вышел и кивнул на нас вышедшему следом за ним пухлому мужику. Ну да, так бы он сам хрен догадался, кто именно его позвал.
— Добрый день. Что не заходите? — посмотрев на нас, и задержавшись дольше положенного взглядом на Виктории, спросил он.
— Да нам и тут неплохо. Боюсь, знаете ли, замкнутых пространств.
— Ну-ну, — хмыкнул он. — Ладно, наш рекрутер нынче не с нами, так что придется мне с вами поговорить. Анкету заполнить сможете? Ручки есть, или выдать?
— Анкету? Ручки? Рекрутер? О чем вы, дядя? — не понял я.
— М-м-м, будет сложней, чем я думал, — покачал тот головой. — Ладно, сколько вас?
— Не мало.
— Не мало? — переспросил тот. — А ты забавный. Вооружение? Транспорт? Мне сказали, что на буксире приплыли. Даже хорошо, что управлять кто-то умеет, будете полезны.
— Слушай, с чего вопросы? — никак не мог понять я. — Ты вообще кто, дядя?
— Я? — удивился он. — Я Михаил Петрович.
— Ну вот, а я Саша, можно без отчества. И что тебе нужно здесь, Михаил Петрович?
— Слушай, Саня-Санёк, если ты таким борзым тоном решил, что это увеличит твои шансы начать работать на меня, типа ты такой охрененно-самостоятельный, то ты очень ошибаешься.