Чтение онлайн

Я ответил зверю зловещей усмешкой.

— Нравится, Адриан? — раздался голос откуда-то из динамиков. Он был холодным, почти насмешливым, и я сразу узнал его.

— Ферос… — вздохнул я и отступил. Стоило мне отвернуться, как монстр оскалился и взбесился, обрушив всю свою силу на стекло. Удар был настолько мощным, что преграда затрещала, но выдержала. Чудовище продолжало биться, его алые глаза горели ненавистью, а из пасти капала едкая слюна, оставляющая дымящиеся следы на полу. Но магии от неё при этом не исходило. — И давно ты за мной следишь?

— Почти с самого начала, — ответил старый друг. — Не ожидал, что ты сможешь последовать за мной в это место. Использовал божественные силы?

Я не ответил, лишь окинул лабораторное помещение хмурым взглядом.

— Где ты сейчас?

— На самом верху. Не волнуйся, я никуда не уйду. В этот раз.

Эти слова разили насмешкой и угрозой. Голос звучал так, словно Ферос уже знал, чем всё закончится, и это настораживало, ведь он прекрасно знает, какой силой я обладаю.

Динамики замолчали, но эхо его слов ещё долго висело в воздухе. Я стоял перед клеткой, глядя на монстра, который продолжал биться о стекло, и понимал, что это только начало. Где-то в этом комплексе Ферос готовил что-то гораздо более страшное, и я должен остановить его.

— Идем, — бросил я Архитектору не оборачиваясь.

В конце концов мы вышли к крупному лифту, двери которого гостеприимно раскрылись перед нами. Он был огромным, с зеркальными стенами и сенсорной панелью управления, на которой крутился тот же символ, что и на лабораторных халатах местных ученых. Внутри было достаточно места, чтобы вместить десяток человек, но сейчас лифт был пуст. Стоило ступить внутрь, как двери закрылись, и лифт самостоятельно начал движение, отдавая в ноги легкой вибрацией.

Проехали мы недолго, несмотря на то, что это место довольно большое. Лифт привел нас в просторный зал со стеклянной крышей, видимо, именно его края были видны мне снизу, на том мостике внизу комплекса. Но нет, «залом со стеклянной крышей» называть было бы неправильно, скорее уж это был стеклянный купол.

Но вот предназначение этого места пока для меня оставалось некоторой загадкой. Слишком много пустого пространства.

— Адриан! — весело воскликнул Ферос раскинув руки в стороны. Всё тот же деловой костюм, длинные прилизанные волосы, колючий взгляд.

— Где великий князь? — спросил я, поглядывая по сторонам и выискивая опасность. На первый взгляд кроме Фероса тут больше никого не было: ни монстров, ни заложника, не ученых.

— Там, где он сможет послужить великой цели, — все так же улыбаясь, продолжил мужчина.

— И какой же?

— Изменить мир, разумеется. Всё так, как я тебе говорил в прошлый раз, Адриан. Мы проиграли войну, искажение не остановить, глубинное искажение рано или поздно поглотит и исказит всё, так может… не стоит этому мешать?

— Да ты совсем обезумел, — покачал я головой, и в моей руке возник сияющий меч, сотканный из чистого Света. Мой старый друг даже бровью не повел на это проявление агрессии, лишь досадливо покачал головой. — И что скажет Королева ночи, когда узнает, что ты встал на сторону врага?

— Она уже сама перешла на эту сторону, — он лишь развел руками, и для меня внезапно всё встало на свои места. Почему Ферос якшается с избранными? Да потому что Королева ночи не против, но это казалось ещё более безумным.

— С какой стати ей переходить на сторону избранных?

— Потому что она заражена, — внезапно сказал Архитектор и теперь не улыбался. Напротив, сейчас, видимый лишь мне, он выглядел обеспокоенным и напряженным.

Заражена?!

Это казалось немыслимым. Божественные владыки не могут быть заражены, это ведь фундаментальный закон мироздания.

— Разве? — Архитектор, слыша мои мысли оторвал взгляд от Фероса и посмотрел на меня. — Ты забываешь обо мне, Адриан. Я когда-то был божественным владыкой, по крайней мере, прежнее тело, затем я слился с Познанием, породив новое существо — Архитектора, но чтобы управлять искажением, мне нужно было стать его частью.

— Ты заразил себя глубинным искажением, — прошептал я, глядя на Архитектора.

Я ведь раньше об этом совершенно не думал, но это было очевидным. Будучи божественным владыкой, он заразил себя глубинным искажением, а следовательно, это может сработать и с другими владыками.

— С кем ты разговариваешь, Адриан? — кажется, впервые с момента, как я вышел из лифта, Ферос перестал улыбаться.

Но я уже оторвал взгляд от своего призрачного спутника и посмотрел на мужчину, проигнорировав его вопрос.

— Королева ночи заражена?! Она стала избранной?!

— Божественной избранной, — рассмеялся он. — Первой, но скоро к нам присоединятся и другие. Например…

— … Сокрушитель тверди, — закончил я за него, чувствуя, как у меня кровь стынет в жилах от этого. Его же ранил избранный, сумевший пробраться в цитадель, и с того момента он стал вести себя очень странно. Жрал мелких божков, заперся в своей обители и не впускал туда даже любимую дочь.

Солнечная Кошка в смертельной опасности!

— Всё гораздо хуже, Адриан. Твоя божественная сила завязана на её контракте. Если Сокрушитель тверди что-то с ней сделает, ты станешь намного слабее, даже с Искрой созидания. Ты, конечно, можешь воспользоваться моей силой, но в таком случае…

Нет!

Я мысленно ответил, и Архитектор понимающе улыбнулся и кивнул, даже не попытавшись меня переубедить.

Но это значит, что мне нельзя тут задерживаться. Нужно быстро разобраться с Феросом, утопить это место в вулкане, после чего отправляться в Вангарат, цитадель Сокрушителя тверди. Заодно попытался сосредоточиться на Эйрин, воззвать к ней с помощью связующего нас контракта. Она ведь тоже богиня, должна суметь почувствовать, как в тот раз, когда решила узнать, чем я занят.

«Эйрин, пожалуйста, ты должна прийти сюда», — словно мантру повторял я, но не ощущал никакого возмущения пространства.

Феррос тем временем шагнул вперед и опустился на одно колено, касаясь пола. Его поверхность ещё во время выхода показалась мне странной, и теперь стало понятно, почему. Множество шестигранных ячеек, из которых он состоял практически полностью, из матово-белых стали становиться прозрачными, открывая вид на ещё одно огромное помещение под нами. И в этом помещении было нечто огромное, аморфное, состоящие сплошь из глубинного искажения, один вид которого вызвал у меня легкий приступ тошноты.