Контрреволюция
Шрифт:
Однако достижение общего благоденствия, которого он искренне желал, он полагал возможным достичь без немедленной перестройки всего общественного уклада, без революции, а постепенно, путем установления парламентского режима, который, по его мнению, был способен шаг за шагом разрешить все наболевшие вопросы в русской жизни: аграрный, рабочий, национальный и прочие.
Меня несколько удивило, когда я узнал, что в своих воспоминаниях он написал, что «приветствовал революцию». Мне хорошо памятна наша беседа с ним за три недели до начала Февральской революции. В январе 1917 года на одном из заседаний Особого совещания по обороне было решено обратиться с письмом к царю с тем, чтобы обрисовать ему исключительно тяжелое положение в стране как в политическом, так и в экономическом отношениях и побудить к уступкам прогрессивному блоку. Составление письма было поручено комиссии в составе членов Государственного совета В. И. Гурко [61] , барона Меллер-Закомельского [62] и членов Государственной думы Шингарева и меня. 4 февраля мы собрались в помещении Земгора [63] для обсуждения проекта письма.
61
Гурко Василий Иосифович (1864–1937) – генерал от кавалерии, весной 1917 года – командующий войсками Западного фронта. Безуспешно пытался восстановить в войсках дисциплину, упавшую после революционных событий. После обнародования в приказе по армии и флоту «Декларации прав военнослужащих» написал в рапорте Верховному главнокомандующему и министру – председателю Временного правительства, что «снимает с себя всякую ответственность за благополучное ведение дела». За что указом Временного правительства от 22 мая 1917 года был смещен с должности. С 23 мая 1917 года состоял в распоряжении Верховного главнокомандующего. В августе – сентябре 1917 года по постановлению Временного правительства находился в заключении в течение месяца в Трубецком бастионе Петропавловской крепости. Выслан за границу. Умер в эмиграции в Италии.
62
Меллер-Закомельский Александр Николаевич (1844–1928) – барон, генерал от инфантерии, член Государственного совета, в декабре 1917 года декретом СНК уволен от службы.
63
Земгор – общественная организация, оказывавшая содействие правительству в мобилизации промышленности на нужды фронта. Создан Земским союзом и Союзом городов в июле 1915 года, после поражения российской армии в Галиции весной 1915 года в ходе Первой мировой войны. Находился в Москве, имел исполнительные отделы в Петрограде и Одессе.
Шингарев стал рассказывать о развивающемся движении на заводах Петрограда и с тревогой предсказывал неизбежность революции.
На мой невольный вопрос: «Что же нас может спасти?» Шингарев развел руками и проникновенно произнес: «Только чудо…»
Поскольку он ждал «чуда», чтобы избавить нас от революции, вряд ли можно допустить, что он действительно приветствовал революцию.
Шингарев был одним из лучших ораторов Государственной думы и специализировался на бюджетных вопросах. Во время войны он был избран председателем Комиссии по военным и морским делам. Заседания он вел в качестве председателя прекрасно, но знания дела у него, конечно, не было. Надо сказать, что в Государственной думе при выборах председателей комиссий часто руководствовались политическими соображениями, а не оценивали знание дела кандидатом.
После революции Шингарев был избран членом Учредительного собрания. Вскоре после роспуска Собрания он заболел и был помещен в больницу. Там он был убит несколькими матросами, которые усмотрели в нем не скромного земского врача, а представителя ненавистной буржуазии, пробравшегося в Учредительное собрание.
Насколько серьезен отказ Милюкова, я не знал, но относительно Гучкова полагал, что он недолго будет упорствовать в своем нежелании принимать портфель. Между тем мне необходимо переговорить с ним относительно передачи ему председательствования в Военной комиссии Временного комитета Государственной думы.
Эта организация при создании Военного министерства не только была больше не нужна, но могла оказаться вредной. Возникшая в процессе революционных событий, она в эти дни приобрела известный авторитет, в нее входили некоторые члены Совета рабочих депутатов, и наличие ее в дальнейшем могло повести к трениям между Военным министерством и ею, даже к нежелательному двоевластию. Попросту упразднить эту революционную организацию было в тот момент нежелательно, так как, конечно, повлекло бы за собой протесты и конфликты. В силу этого я полагал, что военный министр должен занять кресло председателя Военной комиссии и в дальнейшем понемногу свести ее значение и деятельность на нет.
Мне сказали, что Гучков находится в Главном штабе [64] , и я направился туда. Гучкова я в штабе не нашел, но штабные офицеры попросили меня переговорить по прямому проводу с генералом Алексеевым [65] , который из Ставки вызывал военного министра, а Гучкова нигде не могут найти. Алексееву нужно было договориться с новым военным министром относительно их дальнейшей совместной работы, и он возмущался тем, что наши политические дрязги не позволяют установить должный порядок в сношениях в столь тревожное и ответственное время. Конечно, я заменить министра не мог и обещал только немедленно отыскать его, с тем чтобы он установил связь со Ставкой.
64
Главный штаб – одно из главных управлений Военного министерства Российской империи.
65
Алексеев Михаил Васильевич (1857–1918) – генерал от инфантерии, генерал-адъютант, начальник штаба Верховного главнокомандующего, создатель и Верховный руководитель Добровольческой армии.
Гучкова я встретил часа через два. Свой отказ вступать во Временное правительство он уже взял обратно, но производил впечатление человека, совершенно подавленного обстоятельствами, без веры в успех предстоящего ему дела.
Конец ознакомительного фрагмента.