Чтение онлайн

Я неохотно сопротивлялась, продолжая идти, ничего не соображая. Было чувство, что я то нахожусь здесь, то куда-то исчезаю, а телом своим совсем не могу управлять.

— Смотри, как тут хорошо, — низким голосом говорил он.

Эти аллеи я совсем не знала, ни разу здесь не была. Они находились за живой изгородью. Я не поняла, как мы там оказались, и почему вокруг нет ни души. Музыка доносилась откуда-то издалека, как через толщу воды.

Под ноги подвернулась лавочка, совершенно пустая, конечно. Он посадил меня к себе на колени, начал жадно шарить по моему телу, целовать влажными губами. Мне стало противно, сильно затошнило. Я ничего не могла поделать с его руками, сил не было сопротивляться.

Я заплакала, начала просить его отпустить меня. Он разорвал уже мне кофту на груди, порвал колготки, а я ничего не могла поделать, даже двинуться, оттолкнуть его.

Он сжал меня, будто тисками.

— Ну что ты, цыпочка, уже поздно, ты ведь пошла со мной, — смутно слышала я от него.

Когда он разорвал трусики и выкинул их, я почувствовала подступившую уже к горлу тошноту. Меня вырвало, я подумала, что умираю. Но его это не остановило.

Я пыталась сжать ноги, но он силой толкнул меня спиной на лавочку и развёл их. Закричала, но он зажал рот большой ладонью. Я почувствовала что-то твёрдое между ног, он начал давить, стало больно. Я села на лавочке и отодвинулась от него, у него не получилось проникнуть в меня. Он выругался.

Я закричала. Меня опять вырвало. Он слегка ослабил давление, потому что я, садясь, отстраняла его. У него ничего не получалось.

Я пыталась его оттолкнуть дальше и тут услышала родной голос Стаса. Я не верила, что мне так могло повезти.

— Эй, отпусти её, она же совершенно не хочет этого, слышишь? — грубо сказал он.

Миша прошипел «Ч-чёрт!» и отпустил. Я без сил легла на лавочку, слёзы текли градом по лицу, даже сквозь густой туман в голове я поняла, что только что меня чуть не изнасиловали.

— Не твоё дело, Стас. Ты что, её мужик?

— Не важно, я вижу, что она пьяна и не хочет тебя.

— Да пошёл ты отсюда, — он замахнулся и попытался ударить Стаса.

Я мотала головой, но всё равно не могла заставить себя чётко мыслить. Села на лавочке, прикрыв обнажённые бёдра мини-юбкой. Мои туфли были неизвестно где. Начала колотить дрожь. Я закрыла грудь руками, не чувствуя льющихся слёз по лицу. Стас, кажется, ударил моего насильника и тот ушёл, долго говоря что-то злое. Марина стояла неподалёку, потом подошла.

Стас надел на меня одной рукой свою кожаную жилетку.

— Он ничего не сделал тебе? — спросил его голос в ухо.

— Он хотел… уже… мне больно… я не хочу так, — отчетливо, наконец, сказала я.

— Ничего, я вовремя пришёл. Ты так кричала.

Он сел рядом, приобнял меня. Я положила кружащуюся голову ему на грудь.

— Мне плохо.

— Конечно. Много пить не нужно.

— Что, чуть твою помощницу не отымели? — весело спросила Марина.

— Помоги лучше отвести её в дом, — холодно сказал он.

Меня замутило опять и снова вырвало.

— Фу, вот гадость! Я пошла, подбирай этой оборванке сопли сам. Придёшь, я у себя.

Стас молча посмотрел ей вслед.

Я сидела на корточках возле лавочки, не в силах поднять головы. Мне казалось, что я куда-то плыву очень быстро.

— Аглая, подними голову, — сказал он и посадил меня опять на лавочку.

— Я… умру, — мрачно произнесла я. Язык меня почти не слушался.

— Нет, но плохо ещё будет. Пойдём, нужно спать.

Он поднял меня с лавочки, я уцепилась за него, чтобы не упасть, забыв при этом прикрывать грудь. Где-то далеко я подумала об этом с некоторым удовольствием.

— Вот тварь, — тихо произнёс Стас в адрес Миши, застегнув на моей груди свою жилетку, которая была широка мне и создавала соблазнительное декольте.

Я шла с трудом, но самостоятельно, босиком. И улыбалась. Больше ничего не помню.

Когда я проснулась, был уже почти вечер. Голова неприятно ныла, но так плохо, как накануне, уже не было.

Как мне было стыдно!

Впервые в жизни я напилась и от этого чуть не стала жертвой насилия. Конечно, виновата была я, ведь провоцировала его весь вечер.

Не знала и как буду теперь Стасу в глаза смотреть.

Проснулась я в постели совершенно голая, на полу валялась юбка, остатки кофточки и колготок. Значит, он меня раздел и положил сюда сам. Я боялась, что могла что-нибудь выкинуть, признаться ему в любви. Ну, неужели я бы этого не запомнила?

Я приняла ванну, успокоилась, выкинула все эти вещи или то, что от них осталось, но из комнаты выйти побоялась.

Как только я об этом думала, мне сразу становилось нечем дышать от волнения. К счастью, скоро забежала Кристина.

Она обвиняюще покивала мне прямо с порога.

— Эх ты, пить не умеешь, а туда же.

Я горестно вздохнула и отвела от неё глаза.

— Ну, что, легче уже?

— Да. Вернее, нет. Мне стыдно. Стас вчера спас меня от Миши.

— То есть? — удивлённо спросила она, садясь рядом со мной на постель.

— Он ничего тебе не говорил?

— Говорил, что тебе было очень плохо, он привёл тебя сюда, и ты спишь.

Я кивнула и рассказала ей, что помнила.

— Я теперь понимаю, почему тебе не легче. А Марина знает?

Я кивнула, Кристина сидела с округлёнными глазами.

— Вот это тебе повезло! Тот мог запросто… Козёл! Ну, ты и хороша, напилась, как свинья, вот и пошла за ним.

— Я знаю, я сама виновата.

— А Стас молодец, рыцарь на белом коне. Интересно, он что об этом думает.

— Что я дура, — горестно заключила я.

Кристина рассмеялась.

— Зато он видел тебя обнажённой, — подмигнула она мне.

— Да, при этом пьяной вдребезги. Не думаю, что ему нравятся пьяные женщины.

— Пьяные — нет, а вот обнажённые — точно нравятся. И он наверняка заметил, что ты не костлявый подросток, а молодая красивая девушка.

Я пожала плечами, глядя в окно. В саду опять гремела музыка, много людей гуляло, сидело на лавочках.

— Мне теперь стыдно, — я не закончила, как в дверь сильно и быстро постучали.

Мы с Кристиной переглянулись. Я потуже запахнула шёлковый халат а-ля кимоно голубого цвета и открыла дверь.

За нею стоял Стас и чуть улыбался. У меня глаза расширились, я мгновенно покраснела, в ушах зазвенело.