Чтение онлайн

— В жертву принести хотите? — уточнила Ангелина спокойно.

— В брачную, разве что, — Нории снова оторвал виноградину, снова начал катать ее в пальцах. — Твоя кровь уникальна, и брак с тобой позволит нашему роду возродиться и даст мне силы для оживления всех Городов. Ну конечно. Еще один жених, на этот раз с крыльями.

— Если я откажусь, вы меня отпустите? Он покачал головой.

— Нет. Можно было и не спрашивать.

— Подумай хорошо. Мой род такой же древний, как твой. Мы дети Белого целителя жизни и Синей Богини. Такой брак не будет для тебя бесчестьем. Ты будешь жить в почете и уважении, и я никогда тебя не обижу. Мой народ будет поклоняться тебе, как богине, и имя твое будет в легендах, как нашей спасительницы.

— Нет, — ответила она в тон ему. — У меня в моей стране обязательства. Меня ждут и наверняка ищут. И рано или поздно найдут.

Разве вам нужна еще одна война? А с вашим богатством вы вполне осилите систему ирригации. Пустыню можно озеленить и без меня. Я могу стать посредником между вами и другими странами, предоставить вам технологии, инженеров, медиков.

— Стена есть не только у Рудлога, — сообщил он, хмурясь. — Никто не войдет сюда с недобрыми намерениями. Ирригацией не возродишь драконий род. Нам нужна ты.

— Нет, — повторила она твердо. — У меня в Рудлоге сестра, на которую возложена корона и которая без моей помощи не справится. У меня там родные, отец. Я не брошу их.

— Ты изменишь решение, — пророкотал он уверенно.

— Нет, — произнесла она в третий раз. — Не изменю.

Камера была маленькой, и, хотя небольшое окошко, огороженное снаружи внушительной решеткой, открывалось, Светлане было душно. И страшно. Нет, не было ни мрачных стен, ни сырости с плесенью, ни останков несчастных узников — светлая теплая комнатушечка с узкой койкой, удобствами в углу, крепким сбитым столом и двумя стульями и мощной железной дверью с гремящими засовами. И ей оставили ее одежду, и даже сумочку, предварительно обыскав. Но стены давили, и хотелось есть — время было уже сильно послеобеденное, и плакать, но голова уже болела от рыданий, а легче не становилось. Ее привели сюда с утра, предъявили обвинение, и строгий судья выбрал мерой пресечения арест до конца следствия. Самое поганое, что против нее свидетельствовали ее же коллеги. Рассказали, как обнималась-целовалась с драконом, как ночевала у него, как возила гостей куда скажут. С одной стороны, она девчонок, кидавших на нее виноватые взгляды, понимала — они тоже были напуганы. С другой — было мерзко, будто они покупали свою свободу ценой ее. Светлана поднялась, прислонилась горящим лбом к прохладному стеклу. За окном была свобода, там где-то были ее славные родители, ее квартирка, за аренду которой нужно заплатить послезавтра, иначе хозяйка выселит. Хотя, скорее всего, в квартире уже идет обыск, а она-то там была всего несколько раз с момента появления в ее жизни красноволосых — поменять вещи, проверить почту. Где-то там, за окном, далеко на юге был и Четери, который обещал, что вернется. И ей очень хотелось в это верить. И не верилось. Стекло запотело от ее дыхания, и она прикоснулась к нему губами, а потом долго рассматривала отпечаток. Самые обычные губы самой обычной девушки. Зачем она ему? Правильно, незачем. Дверь загрохотала, и в комнату один за другим вошли несколько человек, вежливо здороваясь. Последним зашел смуглый мужчина в возрасте, осмотрел помещение и аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Светлана Николаевна, присаживайтесь, пожалуйста, — сказал он с еле заметным мягким акцентом, и даже попытался улыбнуться, но у него не получилось. Света послушно села на один из тяжелых стульев, смуглолицый расположился напротив, а остальные — на ее койке, так, что она постоянно чувствовала их взгляды сбоку.

— Итак, — продолжил главный, — меня зовут Майло Тандаджи, и я веду ваше дело.

— Очень приятно, — пробормотала Светлана, улыбаясь, хотя приятно не было, от этого Тандаджи ее пробирала дрожь. Но профессиональная привычка — улыбаться и быть вежливой, сработала и сейчас.

— И очень надеюсь на добровольное и полноценное сотрудничество, — добавил следователь невозмутимо. — В ваших интересах рассказать нам все, что вы знаете о трех мужчинах, с которыми вы провели последние дни. Похищен член королевской семьи, куда ее могли унести — неизвестно. Цели похитителя — неизвестны. Возможно, они известны вам? И он замолчал, видимо, ожидая, что она начнет рассказ. И она молчала, не зная, что говорить.

— Давайте я вам помогу, — произнес следователь, видимо, поняв, что молчанием ответа не добьешься. — Когда вы познакомились?

— Две недели назад. Они заселились в нашу гостиницу.

— Вам не показались они странными?

— Немного, но я решила, что они издалека.

— Что показалось странным? Света наморщила лоб.

— Акцент, произношение слов немного старомодное будто.

— Как их зовут?

— Я полных имен не знаю, но в базе гостиницы они должны быть.

— Они рассказывали, откуда они?

— Нет, — Света покачала головой под внимательным взглядом Тандаджи, — не рассказывали.

— Они делились своими планами?

— Нет. Я ничего не знала. Тандаджи хмыкнул, сложил руки замком.

— Вы имели с одним из них интимные отношения, проводили почти все свободное время в их обществе, но при этом ничего не слышали и ничего не знаете? Света покраснела, прямо запылала вся. Вот тебе и добрый следователь, недаром ее от него трясет.

— Мы не много разговаривали, — наконец, произнесла она. И, усмехнувшись, надеясь, что получилось порочно, как у бывалой, добавила: — Не до разговоров было.

— Понятно, — сухо констатировал следователь. Кивнул одному из сидящих на койке, тот протянул ему какую-то папку.

— Светлана Николаевна, — проговорил смуглолицый, глядя в папку. — Как вы объясните тот факт, что с четвертого дня вашего знакомства вы немногим больше недели посещали государственную библиотеку, отдел прессы, и просматривали газеты и журналы, относящиеся к периоду семилетней давности? Света сжала руки на юбке.

— И при этом делали копии с запрошенных материалов, например, копию статьи «Таинственное исчезновение темных принцесс» … Он произнес название статьи нараспев, глядя на нее блестящими черными глазами.

— Ну и что? — голос жалко дрожал. — Мне заплатили за это, я и делала. Откуда я знала, зачем им это нужно?

— Знали, Светлана Николаевна, знали, — невозмутимо покачал головой Тандаджи. — Только зачем-то отказываетесь говорить, помогать нам. Вот скажите мне, вы ведь тоже женщина, неужели вам не было жалко похищенную? Быть может, информация, которую вы скрываете, может спасти ей жизнь. А вы покрываете знакомых, которые бросили вас на растерзание спецслужбам. Думаете, они не понимали, что вас будут допрашивать?

— Да не знаю я ничего, — не удержалась, всхлипнула. Стало стыдно.

По поводу принцессы она не задумывалась, все мысли были о другом.

Пока Ее Высочество не вернулась, она и не верила, если честно, что поиски увенчаются успехом. Да и не казалось, что драконы причинят Ее Высочеству вред. А по поводу заботы о ней… Светлана прекрасно понимала, что об этом они думали меньше всего.

— Понятно, — холодно повторил смуглолицый. — Сотрудничать отказываетесь. Марио, ты что-нибудь узнал? Света повернула голову и увидела, как один из сидевших на койке, молодой человек с круглым лицом, покачал головой.

— На ней ментальный блок. Непрошибаемый. Ничего не считывается, ни воспоминания, ни даже эмоции. Единственное могу сказать — врет. И боится. Так сильно, что блок не спасает. Конечно, она боялась. Кто бы не боялся?

— Вот и наш менталист говорит, что врете, Светлана Николаевна. И кто вам поставил блок? Тоже не знаете? Она отрицательно покачала головой, уже ненавидя этот тягучий голос и пугающие ее глаза.

— Что же нам с вами делать? Не пытать же, в самом деле? Он произнес это будто в шутку, но в глазах его девушка видела готовность и пытать, и ломать, и допрашивать дальше. Заплакала от страха и жалости к себе, еще и желудок заурчал, видимо, окончательно проголодавшись от нервов.