Чтение онлайн

Лондонцы, и первый среди них – король, обожали театр. Сразу после реставрации Карл дал патенты Томасу Килгрю на создание Королевской труппы и сэру Уильяму Давенанту – на создание Герцогской труппы. Пуританская эпоха Кромвеля как будто еще обострила вкус лондонцев к зрелищам: на любом представлении, будь то постановка классической пьесы или комедии, мелодрамы или фарса, театры были битком набиты.

Войдя в королевскую ложу, Мариза была ослеплена великолепием Карла в наряде из красного бархата, и графини Каслмейн, увешанной жемчугами и бриллиантами, сверкавшими на платье из золотой и серебряной парчи.

Зрители приветствовали короля громкими криками. Даже мужчины, обхаживавшие за кулисами актрис, ринулись в зал, чтобы присоединиться к восторгам остальной публики.

Карл был очень доволен тем, как его принимают лондонцы, и время от времени махал рукой зрителям. Графиня Каслмейн, на долю которой досталась часть приветствий, тоже милостиво и довольно улыбалась. На Маризу она сначала не обращала внимания, решив, что простушка из провинции не может с ней конкурировать» Простота и сдержанность не могли иметь успеха при дворе короля, придворные которого, вернувшись к лондонскому двору, веселились вовсю и избрали своим девизом: «Живем один раз». Но Барбара Палмер не могла удержаться, чтобы не дать волю острому язычку. Отметив, что Мариза подъехала к театру и вышла из кареты одна, язвительно спросила:

– Где же ваш муж, леди Дерран? Видно, так утомлен, что не может встать с брачной постели? Вы его совсем вымотали!

Короля позабавили колкости его веселой любовницы, но он все – таки мягко упрекнул Барбару:

– Нам не следует залезать в чужие постели, Барб. Некрасиво разыгрывать шпионов, если речь идет о любовных делах.

– Бог мой, – воскликнула Барбара, – да об этом весь Лондон толкует. Конечно, леди Дерран не обидится на меня, она же знает, что мы ей друзья и не разболтаем секреты ее спальни. – Барбара скользнула рукой по пышным, по моде, штанам Карла» и прижав ноготок к бархату, незаметно царапнула его ляжку. – Ведь наша добрая леди Дерран, конечно, не будет такой нескромной, как леди Макдональд, которая когда-то разболтала свои любовные секреты всему Лондону.

– Какое отношение ко мне имеет эта леди Макдональд и ее любовные секреты? – Мариза решила не давать спуску Барбаре, хоть и чувствовала, что та ее провоцирует.

Барбара улыбнулась, словно кошка, лизнувшая сливки.

– О, когда леди Макдональд переспала с вашим супругом, она повсюду расхваливала его достоинства:

любовное искусство, размеры… кхм… Она назвала его несравненным. – Барбара искоса поглядела на своего любовника. – Конечно, если бы она могла сравнить его с Вашим Величеством, она бы так не сказала.

Пальцы Маризы вцепились в веер. Она охотно вцепилась бы с такой же силой в лицо леди Каслмейн.

– Конечно, – сказала Барбара, пожав плечами, – после этого несчастья… Говорят, что в таких случаях мужские качества снижаются.

Мариза со скучающим лицом раскрыла веер, делая вид, что разговор ей надоел. Она не покажет этой злобной кошке Каслмейн, как та ее разъярила.

– Я полагаю, что никакие дворцовые сплетни не заставят меня самое злословить о своем муже. Быть по сему.

Карл довольно хохотнул. Как бы он ни любил свою злоязычную Барб, совсем неплохо, если иногда она встречает достойную соперницу.

– Теперь Мариза спокойно сидела на виду в королевской ложе, дожидаясь своего мужа, который отказался ехать в театр вместе с ней в присланной королем карете и сказал, что приедет позже верхом.

Мариза рассеянно смотрела на сцену, занятая мыслями о том, как закончился вчерашний вечер. После сладкого пирога со стола убрали, и мужчины, извинившись, оставили ее вдвоем с Брайенной. Скоро она пошла в спальню и легла, велев запереть двери. Проснувшись, она обнаружила, что ее муж уехал неизвестно куда и вторую ночь провел вне дома. Выкупавшись и причесавшись, Мариза занялась делами: она проверила счета, полученные ею от королевского поставщика, продавшего ей двух белых жеребцов. Потом лакей принес ей письмо от бабушки. Она отложила его и закончила разборку деловых бумаг. Одна из них была посланием от архитектора, предлагавшего восстановить один из замков. Мариза посмотрела расчеты – цифры были огромные.

Потом она пошла в столовую и вместе с Брайенной съела холодный завтрак и, наконец, начала читать письмо бабушки. Старая женщина требовала сообщить ей все подробности о свадьбе, о муже. Но что могла написать ей Мариза? Что ее выдали замуж за шотландца с изуродованным лицом, который отказался сделать ее своей фактической женой. Отверг ее. Бабушка возмутится, она так чувствительна к любой обиде, нанесенной ее семье, и уж особенно – любимой внучке.

Взрыв смеха в зрительном зале вернул Маризу к действительности. Она поднесла к носу надушенный платочек, пытаясь перешибить густой запах скученной в тесном зале толпы. На сцене развивалось действие комедии с переодеваниями. Главную роль играл любимый актер короля Джон Лейси, трюкач и балагур. Но сегодня внимание публики было сосредоточено на артистке, переодетой в мальчика. Белая рубашка едва сходилась на ее высокой груди, а штаны тесно обтягивали ляжки и круглые ягодицы, так что в роли мальчика она выглядела довольно комично.

Мариза поглядела на соседние ложи – многие кавалеры находились в них с бойкими девицами, которые явно не были их законными женами, а один увлеченно ласкал обнаженные груди своей соседки.

За спиной Маризы открылась дверь, и в королевскую ложу вошел ее муж. В соседних ложах сразу начали шептаться и переглядываться.

Кэм был в белой рубашке и черном камзоле. Сняв шляпу с пером, он поклонился, извиняясь за опоздание.

– Ты уже прощен, садись, – весело сказал король, показывая на кресло рядом с Маризой. – Вот что ты пропустил: мы только что видели на сцене миссис Чамберс, одетую мальчиком. – Карл окинул взглядом обеих женщин, находящихся в королевской ложе.

– Вот уж из них ни одна не похожа на мальчишку! – захохотал король.

«В самом деле, – подумал Кэм, – трудно представит себе более женственные создания. Барбара – воплощение роскошной женственности. А у Маризы, хоть он только раз видел ее обнаженной, такая красивая высокая грудь… Бедра, правда, узкие, но очень изящные…» Она почувствовала его взгляд, и их глаза встретились. «В ее взгляде, – снова заметил он, – нет ни ужаса, ни отвращения, как во взглядах некоторых женщин из соседних лож». Он криво усмехнулся, – они смотрят на него так, словно уверены, что под блестящей кожей его туфель скрываются копыта дьявола. «Ну и ладно, – вздохнул он, – быть по сему. Пускай считают дьяволом».

Мариза вернулась к себе домой на Стрэнд после окончания спектакля, вежливо отклонив приглашение короля разделить ужин с ним и Барбарой.

Она оглянулась, спускаясь с лестницы, – ее муж стоял рядом с королем и Барбарой, и все трое весело смеялись какой-то шутке. Кэмерон смеялся звучно и весело, и Мариза, выходя из театра, почувствовала себя словно бы отлученной от их дружного кружка.

Дома она сняла теплый плащ из ирландской шерсти и отдала его Чарити..

Наверху ее встретила миссис Четем и спросила, накрывать ли сразу ужин.

– А где моя кузина? – спросила Мариза.

– Она лежит в постели, к ужину не выйдет.

– Она заболела? – забеспокоилась Мариза.

– Нет, просто у нее месячные. Мариза знала, что у кузины эти дни проходят очень болезненно.

– Тогда я зайду к ней, – сказала она экономке, – а потом распоряжусь насчет ужина. Сейчас муж вернется, спросите его, будет ли он ужинать дома.

Она тихонько поскреблась в дверь Брайенны. Как она могла забыть, что в эти дни кузина нездорова? Ведь она всегда старалась помочь ей, особенно в первые дни. Мариза неслышно подошла в шлепанцах к кровати.