Чтение онлайн

Также подоспело отделение Быков.

– Кто из вас вызвал гром?
– вежливо спросил сержант, посмотрев на звёздное небо.
– Люди пугаются, когда гром гремит без грозы.

– Я приказал открыть ворота храма, - объяснил первосвященник, расправляя плечи.
– Но не для того, чтобы остановиться здесь и поболтать, сержант. Но раз вы уже здесь, можете быть полезными. Успокойте людей и позаботьтесь о том, чтобы никто, кроме нас, не входил в храм.

– Да, сэр!
– сказал сержант, низко кланяясь перед священником.

Мы последовали за братом Джоном внутрь. На пороге нам навстречу повеял затхлых, прохладный воздух, смешанный с запахом старого ладана. Я прикоснулся к рукоятке Искоренителя Душ, и у меня появилось представление о зале перед нами, но в тот же момент первосвященник сделал жест рукой, и вокруг возник рассеянный свет, мягкий и без теней, но достаточно яркий, чтобы можно было видеть.

Внутри этого храма всё было выдержано скромнее, чем в храме Сольтара. Большой зал с центральным закрытым куполом, окружённый могучими стенами. В решётке, высеченной из камня, над нашими головами покоились огромные глыбы кварца, сверкающие на свету.

Как и в храмах его детей-богов, статуя всеотца стояла на островке со рвом, который когда-то был наполнен святой водой. Здесь тоже была лестница, у которой не хватало последней ступеньки, а перед лестницей находился большой алтарный камень из розового кварца. В дальней стене была видна тяжёлая дверь с золотой отделкой.

Но статуя бога заставила меня внезапно забыть об окружении.

Существовали религии, которым нравилось изображать своих богов выше, чем они были на самом деле, но это было не в нашем стиле. Астарта, Сольтар и Борон были вырезаны из камня не выше натуральной величины, но это были боги людей. А вот всеотец очевидно нет.

И я сомневался в том, что это вообще была работа каменщика…

По форме бог напоминал нас, людей - или мы его. Он стоял перед нами на двух ногах, благородное лицо смотрело поверх наших голов через высокий прём ворот на площадь. В высоту он имел добрых восемь шагов, стоял в расслабленной позе, опираясь одной рукой на тяжёлый посох из тёмного дерева и, казалось, слегка улыбался, в то время как его золотистые глаза были наполнены внутренним светом. Но эти глаза были странными и имели вертикальные зрачки.

Черты лица своей чёткостью напоминали лица эльфов: высокие скулы, узкий рот, за которым угадывались острые зубы. Основание шеи, а также лёгкий наклон головы, были очень похожи на то, что часто демонстрировала Зокора, когда вопросительно смотрела на кого-то…

Здесь пред нами стоял родоначальник эльфов, но он не был эльфом.

Бог был обнажён, его половой орган не менее явный, чем остальные части тела. И в то время, как у нас, людей, была гладкая кожа, бог был покрыт чешуёй с тёмно-синими, бирюзовыми и золотистыми крапинками, которые мерцали на свету так, словно двигались.

Не похоже, чтобы это была статуя, скорее сам бог. В восприятии Искоренителя Душ он был наполнен слабым свечением, которое хоть и исходило от статуи, но наполняло светом всё вокруг неё.

На руках и ногах было по шесть пальцев, ногти напоминали когти рептилии, только как у кошек, они втягивались и поблёскивали, словно тёмная сталь. То, каким он казался странным и в то же время знакомым, пугало меня и внушало благоверный трепет.

– Боги, - выдохнул я.
– Кто… что он такое?

– Бог первых существ, которые появились в этом мире, - прошептал первосвященник. Его голос в этих старых стенах разнёсся далеко, все хорошо его услышали.
– Старше, чем титаны, жившие первыми. Многое в древних писаниях указывает на то, что он принадлежит к расе драконов.

– Драконов?
– тихо переспросила Серафина.
– Я думала…

– Видимо, существовали разные виды, - объяснил первосвященник.
– Такие, что обладали интеллектом и другие, больше похожие на животных, но все они владели магией, а некоторым приписывали способность менять свою форму. Возможно, здесь он предстал перед нами в своём человеческом обличии.

Я подошёл к статуе, и чем ближе подходил, тем яснее Искоренитель Душ демонстрировал мне величие этого существа.

– О, - прошептал я, потому что, когда посмотрел наверх, бог моргнул веком, появившимся с боку, а во второй раз веком, как у человека.

– Он… он… - Голос отказал мне.

– Да, - сказал первосвященник.
– Но давайте не будем нарушать его покой. Время для его пробуждения ещё не пришло… Следуйте за мной.

С панцирем, нечеловеческим ростом, когтями, способными разорвать на куски, существо должно было наполнить меня страхом, но я почувствовал скорее ауру благожелательного терпения. Он ждал…

Я осмелился посмотреть на него в последний раз, затем быстро отвёл взгляд и последовал за первосвященником, который провёл нас к двери за алтарём. Я почти ожидал, что бог повернётся, чтобы проследить за нами взглядом, но он этого не сделал. Он спал с открытыми глазами и видел каждого из нас.

Что, если имелась в виду буквальная дочь дракона? Тогда это не могла быть Лиандра… Однако Астарта была его дочерью.

На тёмной родине Зокры Соланте была богиней воительниц, но у нас, людей, она олицетворяла возвышенные идеалы. В то время как её братья наносили раны, Астарта заботилась о прощении и исцелении всех страданий. Она была самой миролюбивой из всех богов, и всё же тёмная Соланте была её аспектом. Это ей предстояло убить императора-некроманта? Но тогда Коларону не было бы надобности из-за этого пророчества порабощать всех приближающихся к нему женщин.

Тотже тяжёлый ключ, который открыл нам ворота старого храма, подошёл и к тяжёлой двери за алтарным камнем.

Асела притихла после того, как увидела стоящего бога, и я вполне мог её понять. Это был бог собственной персоной, отец богов. Если бы кто осмелился, мог бы подняться по лестнице и прикоснуться к нему. Это была не какая-то фигура из света, обитающая где-то на небосводе, а присутствующее здесь существо, в которого не было надобности верить. Было достаточно увидеть его. А что насчёт его детей? Были ли они просто идеей, верой или существовали, как и он? Можно ли их было увидеть, прикоснуться к ним? Если он стоял там и действительно был богом, тогда из этого следовало, что Сольтар тоже существовал в такой форме? Видели ли их перед собой священнические резчики по камню, которые в своём трансе постоянно придавали нашим богам одни и те же черты лица, когда работали резцами?

Даже незаметно жили среди нас, как говорилось в некоторых писаниях? Сидел ли Сольтар где-то в таверне и наблюдал за жизнью вокруг, видел страдания и тревогу, беды и радость жизни, которой повелевал? Правда ли пришёл однажды человек к племени людей с горящей ветвью в руках и словами, развеявшими страх перед ночью и темнотой?

Мы молча последовали за первосвященником в тёмный коридор, который вёл к какой-то жути. Потому что за затхлостью и старыми благовониями я заметил запах, который чувствовал слишком часто, чтобы ошибиться: старую смерть.