Короли Эдена
Шрифт:
"Есть выжившие?" — спрашивает он, чем повергает меня в шок.
Я моргаю, не зная, правильно ли я его расслышал. "Нет. Конечно, нет".
Его взгляд возвращается к телефону. "Хорошо".
Ну что ж. Совсем не то, чего я ожидал, но я приму это.
Когда он снова поднимает голову, его застывшие глаза становятся темно-золотистого цвета. "Я удвою силы в этом районе, чтобы понять, если это проблема или единичный случай. Где это произошло?"
"Закусочная Чака", — отвечаю я.
Он кивает.
Когда Дракон выходит из себя, его зверь ужасает, но когда он такой — молчаливый, расчетливый, монстр, запертый в картонной коробке, — это пугает меня еще больше.
Зверь, которого я могу предвидеть. Я могу предугадать опасность, увернуться и сразиться. Дракон-человек всегда держится на тонкой грани сдержанности. Никогда не знаешь, когда он взорвется.
В отличие от него, я постоянно нахожусь в хаосе. Я люблю хорошую драку, чувствовать, как теплая кровь течет по моим пальцам, слышать, как моя добыча умоляет о помощи, пока я вырываю из нее жизнь.
Я садист, сукин сын.
"Ты не видел Нокса? Нам нужно поговорить", — заявляет Дракон, его голос звучит жестко и разлучает меня с моими мыслями.
Я пожимаю плечами. "Девяносто девять процентов времени он находится в своем морге, ты же знаешь. Почему?" Я пересекаю комнату и опускаюсь на диван напротив него. Я опускаю взгляд и со вздохом смотрю на пятна крови на своей рубашке, не зная, выведут ли их. Еще одна испорченная рубашка. Если я продолжу в том же духе, мне придется купить акции "Армани".
"У нас украли два контейнера с оружием в доках, которые доставили прошлой ночью".
Я поднимаю голову. "Какого хрена?" Я вскакиваю на ноги, раздражение вибрирует во мне. "Я был там и лично пересчитал запасы вместе с командой".
Дракон поднимается на ноги, не уступая мне в росте, но вдвое шире в плечах. Мы не те люди, которым стоит перечить, и прямо сейчас я чертовски взбешен новостью о краже на моей вахте. "Все запасы были учтены".
"Я не намекаю, что вы в чем-то виноваты", — твердо говорит он. "Но кто-то должен был наблюдать за тем, как наша команда получает груз. Наш склад был взломан. Есть следы взлома, и наши камеры были повреждены".
Между нами повисает тишина.
Я напрягаюсь, нахмурив брови. "Вот ублюдки". Как кто-то мог украсть прямо у нас из-под носа? "Я разберусь с этим".
Я начинаю пробираться к двери, готовый оторвать кому-нибудь голову.
"Не сейчас, Кассиус. У нас скоро ужин с "Коброй Страйк", а потом вечер аукциона лордов, и мне нужно, чтобы вы с Ноксом были моими глазами и ушами. Там будет полно главарей банд со всего побережья", — требует Дракон. "Позвони Ноксу. Он должен знать, что произошло в доках".
Проходит некоторое время, но мне удается сдержать свою ярость. Эти благоприятные ночи — самые опасные, все вооружены до зубов. Так что я согласен с Драконом насчет бдительности.
С тех пор как мы потеряли Саксона, наш мир перевернулся с ног на голову. Наша власть колеблется, наша репутация пошатнулась, а этого мы допустить не можем. Мы слишком много работали, чтобы оказаться там, где мы сейчас. Дракон — больше, чем все мы вместе взятые. Саксон был его ближайшим другом, но даже у него не было ни секунды, чтобы оплакать его смерть. Отчасти я думаю, что он и не хочет.
Что касается меня, то я завтра же займусь поисками пропавшего оружия.
Я направляюсь к двери, но прежде чем уйти, снова оглядываюсь через плечо. Дракон снова смотрит на экран своего телефона, словно пытается заставить его зазвонить.
"Дай угадаю", — начинаю я, остановившись в дверном проеме. "Еще одно сокровище?"
Он не отвечает, и в его молчании я слышу правду. Я давно понял, что Дракон из тех, кто не может заставить свой разум замолчать, поэтому он всегда в движении, его пальцы в сотне чертовых пистолетов. Он своего рода коллекционер, постоянно находит новые вещи, чтобы повесить их на свои стены. В этой комнате почти не осталось места, но он каким-то образом всегда находит место. Большинство реликвий относятся к его славным годам, прошедшим столетия назад.
Каждому свое.
Его хобби не дает нам расслабиться, и он практически каждую чертову неделю выискивает новую вещь. Но как бы странно это ни было, он — семья, как и Нокс, поэтому я всегда их прикрываю. Хотя иногда я задумываюсь, а если бы их не было в живых за то, что они меня разозлили, было бы проще. Конечно, я бы не стал… Но ведь это и есть семья, верно? Нажимать на все твои гребаные кнопки.
"Пожалуйста, пусть это не будет как в прошлый раз с той мумифицированной жрицей. Черт, я чуть не лишился всех пальцев из-за этой штуки".
"Это меч короля Артура", — прямо отвечает он.
Я вскидываю бровь. "Ни хрена себе. Он настоящий?"
Он опускает подбородок и кивает. "Итак, ты собираешься забрать Нокса?"
"Да, да", — отвечаю я, достаю из заднего кармана мобильный телефон и большими пальцами нажимаю на экран, отправляя Ноксу смс, чтобы он притащил сюда свою задницу, похожую на Hot Topic.
Не получив немедленного ответа, я нажимаю кнопку вызова. Он сразу же попадает на голосовую почту.
Я ругаюсь. Какого хрена я купил ему мобильник, если он не собирается держать его заряженным или включенным?
Телефон Дракона пищит следующим, и когда он отвечает, то поднимается на ноги и начинает вышагивать по комнате. Судя по звукам, разговор не имеет никакого отношения к Ноксу и имеет отношение к мечу.
Я поворачиваюсь на каблуках и выхожу оттуда, чтобы успеть на лифт, спускающийся в подвал. Здание высотой в двадцать шесть этажей. Скоро будет тридцать, поскольку строится наш новый пентхаус. Мы с Ноксом назвали его Башней, чтобы немного подколоть Дракона за его любовь к драконам и всем этим чопорным сказкам, которые он так ненавидит.
А теперь я собираюсь засунуть телефон Ноксу в глотку за то, что он заставил меня за ним бегать.
Я родился в мире резни, и мне потребовалось много времени, чтобы понять, что душить кого-то за то, что он просто посмотрел на меня не так, как надо, здесь, на земле, не стоит, если я не намерен стать всеобщим врагом. Некоторое время я подумывал об этом, но, поскольку теперь это был мой постоянный дом, Дракон показал мне несколько приемов, чтобы справиться с моим необузданным нравом.
На ум пришли придурки из "Черных пик" в переулке. Они не были для меня испытанием, но свою задачу выполняли. Теперь я настроен на то, чтобы наказать того, кто украл наш груз во время моего дежурства, а не ждать до завтра.