Чтение онлайн

— Кто будет охранять входную дверь в Ваше отсутствие? — Спросила я. Я не хотела, чтобы он был здесь, со мной. — Мой мальчик теперь может просто зайти.

Он кивнул головой вправо. Я посмотрела сквозь все еще открытые двери лифта и увидела двух других мужчин в форме охранников, направляющихся к передней части здания, чтобы сменить его. Я их не узнала. Внутри меня взвыли предупреждающие сирены. Я была дружелюбна по натуре и задавала много вопросов. Я могла бы не только рассказать вам о каждом человеке, работавшем в службе безопасности «Магнолии», но и о том, кто из них был женат, и кому не нравились родственники жены. Я могла бы подкупить одного нового охранника. Но трое? Сразу после того, как узнала, что здесь, возможно, происходит что-то незаконное? И с внезапно пропавшей доктором Перес? Нет. Было слишком много совпадений.

Последней загвоздкой в этом дерьмовом сэндвиче было то, что униформа охранников им не подходила. У каждого другого охранника, с которым я разговаривала в прошлом, была своя форма. Меньший из двух мужчин, направлявшихся в вестибюль, пошевелился, его слишком узкий рукав рубашки верблюжьего цвета приподнялся ровно настолько, чтобы был виден темный порез на руке. Я сосредоточилась на нем, нахмурившись. Это был нижний край татуировки. Я не могла разглядеть большую его часть, ровно настолько, чтобы заметить, что он квадратный. Почти как… как игральная карта.

О Боже.

Его рукав снова сдвинулся, медленно приподнимаясь, и я втянула воздух. Маленькая буква «Дж» выглядывала из нижнего правого угла.

Блядь. Это было намного хуже, чем я могла себе представить.

Главные соперники «Королей», «Джокеры», широко использовали игральные карты в своем клубе. Эмблемой банды была одна, в центре которой рельефно выделялся типичный джокер. У охранника была татуировка Джокера. Я хотела ошибиться. Я хотела, чтобы это было что угодно, только не то, чем оно было на самом деле, но я уже видела одну из этих татуировок раньше, и она запечатлелась в моей памяти.

Двери лифта начали закрываться. Джейкоб сказал, что у некоторых из «Джокеров» были родственники в «Магнолии». Видели ли эти байкеры возможность, когда навещали их? Способ пронести наркотики в Керни через дом престарелых и выставить «Королей» слабаками?

Несмотря на то, что большая часть меня отчаянно хотела выбраться из лифта, я осталась на месте. Я должна была добраться до бабушки. Здесь происходило что-то серьезно неправильное, и будь я проклята, если она окажется втянутой в это. Этот охранник был одержим идеей остаться со мной, и, если я выйду, он просто поднимется за мной на другом лифте или последует за мной вверх по лестнице, и любая задержка может дать кому-то еще время добраться до бабушки раньше меня.

Я скользнула в угол, когда двери закрылись, образовав пространство между мной и охранником. Мое сердце бешено колотилось о грудную клетку. Я была заперта в крошечном замкнутом пространстве с мужчиной, который не только думал, что Джейкоб мой парень, но и, возможно, состоял в конкурирующей банде. Я слышала всевозможные ужасные истории о насилии, совершенном против друзей и членов семьи «Королей» в качестве мести или предупреждения, и когда он повернулся ко мне, я забеспокоилась, что буду следующей.

— Джейкоб Ларсон, да? — сказал он.

Я не произносила при нем полного имени Джейкоба, но он это знал. Черт, я действительно не хотела быть права насчет него.

— А что с ним? — спросила я.

— Просто интересно, что ты нашла в этом парне.

Я пожала плечами. Может быть, если бы я сделала вид, что, между нами, ничего не происходит, я бы не считалась настолько важной, чтобы причинять мне боль или домогаться.

— Кто сказал, что я что-то нашла в этом парне?

Охранник посмотрел на меня, ухмыляясь.

— Ты назвала его своим парнем.

Я выдержала его пристальный взгляд.

— Это было только для того, чтобы провести его сюда.

Улыбка исчезла с его лица, сменившись холодным, бесстрастным выражением, от которого волосы у меня на затылке встали дыбом.

— Значит, ты лгала?

Я отбросила все притворства и позволила своему собственному безумию проявиться. Я столкнулась лицом к лицу с российской ракетой класса «земля-воздух» и выжила, чтобы рассказать об этом. Я потратила четыре года своей жизни, летая с лучшими, обрушивая смерть и разрушения с гребаного неба. Один мудак в лифте для меня ничего не значил.

— Да, — сказала я.

Мы двинулись одновременно. Я скользнула влево, когда он рванулся вперед, и вместо того, чтобы ударить его кулаком в лицо, я уклонилась от него. Он не ожидал этого и, прежде чем смог остановить себя, врезался костяшками пальцев прямо в неумолимую стальную стенку лифта.

Особенность ежедневных тренировок по рукопашному бою в течение многих лет подряд заключается в том, что вы хорошо разбираетесь в людях. Этот парень, может, и был крупным, но он не был так хорошо обучен, как я. Я поняла это прямо перед тем, как он бросился на меня, когда он опустил правое плечо, готовясь нанести удар.

Я не лгала Джейкобу. Я была жестоким бойцом. Большую часть времени я держала свой темперамент на коротком поводке, но, когда кто-то пытался причинить мне боль, я давала ему волю, и все эти месяцы сдерживаемая ярость обычно с ревом вырывалась наружу.

Мужчина взвыл, когда его кулак ударился о стену, звук его боли эхом разнесся вокруг нас в замкнутом пространстве. Я проскользнула мимо него к двери, которые были у него за спиной. У меня была доля секунды, чтобы принять решение, прежде чем он пришел в себя. По умолчанию такой большой мясистый ублюдок, как он, мог выдержать удар лучше, чем большинство других. Если бы он увидел приближающийся удар и согнулся как раз перед тем, как он попал, было бы мало надежды нанести ему какой-либо реальный ущерб. Вся эта мускулатура будет действовать как амортизатор. Я должна ударить его туда, где у него было меньше всего мышц. Его суставы. Его лицо. Места, где кожа прилегает к кости с очень небольшим количеством мышц или хрящей между ними. Это мои лучшие шансы, если я хочу выбраться отсюда невредимой.

Я оперлась на правую ногу, поблагодарив Бога за то, что она выдержала, и ударила его левой. Сильно. Моя нога ударила его сзади по колену. Его нога подогнулась вперед, и благодаря неожиданному перемещению он рухнул боком к стене. Он ухватился за поручень и попытался подтянуться, но я нанесла ему удар ногой по ребрам. Он качнулся ко мне, инстинктивно пытаясь заслонить их от нового удара. Это был любительский ход, доказательство того, что он не привык к такого рода боям без правил. Я шагнула вперед и ударила его коленом в лицо, представляя, как моя нога пробивает ему череп, так что я бью со всей силой, на какую только способна. Я почувствовала, как хрустнула кость при ударе, и когда он опрокинулся навзничь, из его разбитого носа хлынула кровь.

Ошеломленный, он отскочил от пола и больше не вставал. Не прошло и пяти секунд с тех пор, как он впервые замахнулся на меня. Я все еще была быстрой.

Прикури, Джейкоб.

Над головой звякнул колокольчик, и двери скользнули в сторону. Внизу были металлодетекторы, так что я не захватила с собой пистолет. Ни за что на свете я не оставила бы этому парню свое оружие, чтобы он мог выстрелить мне в спину, когда придет в сознание. Я вытащила его из кобуры, прежде чем перешагнуть через него. Пистолет отправился в мою сумочку, и я вытащила телефон, и бегом направилась в бабушкину комнату. Боль пронзила мою больную ногу от бедра до лодыжки, но я проигнорировала ее.