Чтение онлайн

— Я же сказал тебе, что у меня есть только идентификационный номер партии. Проект ва'Дорв8.3.

— Что ж, это уже чересчур. Знаешь что? Даже Дракула — более подходящее имя. А как насчет Влада? Влад Цепеш?

— Я буду использовать это имя. Звучит устрашающе.

Да, я должна была догадаться, что он выберет это.

— Хорошо, Влад, если мы друзья, могу я попросить тебя пообещать, что ты не убьешь меня? — Когда он замолкает дольше, чем я бы хотела, я обращаю на это внимание. — Немедленный ответ был бы лучше, чем тот, над которым тебе нужно подумать. Просто говорю.

Он фыркает, забавляясь.

— Я не хочу тебя убивать. Ты первая, кто разговаривает со мной как с нормальным человеком, а не как с ошибкой.

Тогда я заговорю ему все уши, как Шехерезада в «Тысяче и одной ночи».

— Я рада, что мы пришли к соглашению. И, кстати, о соглашениях… — я обвожу рукой окрестности. — У меня плохое зрение. Можем ли мы включить хотя бы один источник света, или тебе обязательно нужна полная темнота?

— Я знаю, что в прошлом у них было определенное освещение, которое не причиняло мне вреда, но то, которое использовала ты, было болезненным. — Он останавливается и похлопывает меня по руке. — Ты эксперт по чесночному монстру. Ты мне скажи.

— Вампир, — снова поправляю я. — И, насколько я знаю, на вампиров влиял только солнечный свет. Естественный солнечный свет.

— Я никогда не видел солнца. Я был только на этой станции.

Это кажется мне грустным.

— Ты никогда не был на планете? Тебе бы там понравилось. Погода каждый день разная, и дует легкий ветерок. Воздух свежий и не пахнет старыми носками, как здесь, на станции. А ночное небо просто великолепное. — На меня накатывает волна тоски по дому. Я не видела солнца и не чувствовала дуновения ветерка с тех пор, как меня приобрел Насит.

— На станции действительно плохо пахнет, — признает он. — Я думал, что это мой запах.

Я усмехаюсь.

— Нет, я тоже чувствую этот запах. Это из-за рециркуляторов воздуха или чего-то в этом роде. От них всегда пахнет плесенью. И я хочу взглянуть на тебя, Влад. Посмотрим, есть ли у тебя другие типичные вампирские черты. — Посмотрим, с чем я имею дело. Посмотрим, есть ли у тебя выражение лица хладнокровного убийцы. Посмотрим, смотришь ли ты на меня как на человека или как на гамбургер. — Давай.

— Куда мы идем? — Если он и возражает против того, что я беру ситуацию под свой контроль, он этого не показывает.

— В другую комнату, где есть освещение, потому что ты выключил его тут. Все в порядке, я тебя не осуждаю.

— Похоже, что так оно и есть. — Его забавляет мой тон, и я испытываю облегчение от того, что он по-прежнему довольно сдержанно относится ко всей этой ситуации. Он не ведет себя как сумасшедший кровососущий монстр, так что это хороший знак.

— Пойдем в холл, — говорю я и протягиваю руку, потому что там кромешная тьма и я окружена битым стеклом и искореженным металлом. — Ты можешь вести меня.

— Ты слишком властная для домашнего животного, — бормочет он. Однако вместо того, чтобы взять меня за руку и вывести из комнаты, он подхватывает меня за талию и несет. Я сдерживаю вскрик, мои руки автоматически обхватывают его плечи.

На нем нет рубашки. Мои руки касаются густых волос на груди, скользят по твердым, как камень, мышцам рук и ощущают тепло. От него пахнет кровью и чем-то еще, и мне интересно, что же он за инопланетянин. Пришельцы месакки, которые управляют этой станцией, все голубые, высокие и худощавые, и я не думаю, что у них есть волосы на груди, как у него. Большинство клонов, которых создает Насит, представляют собой смесь нескольких типов инопланетян — он называет их сплайсами — и все они перемешаны в каком-то ДНК-бульоне. Мне любопытно посмотреть, насколько по-человечески — или нечеловечески — выглядит этот Влад.

Мгновение спустя он опускает меня на землю.

— Ты стоишь перед дверью в лабораторию. Она закрылась за тобой, когда я выдернул панель. Ты можешь пройти в коридор и изменить настройки освещения.

Я протягиваю руку и касаюсь холодного металла, кивая, когда нащупываю шов двери передо мной. Верно. Я уже бывала тут раньше.

— Мне неприятно сообщать плохие новости, но я не могу открыть эту дверь вручную, и у меня нет личного кабинета, чтобы получить доступ к системе.

Влад фыркает.

— У вас, пуделей, такие маленькие ручки. — Он делает шаг вперед, отодвигает меня в сторону — это что, хвост? — и слегка приоткрывает дверь. Свет очерчивает линию на его лице, подчеркивая темно-синюю кожу, крупный нос и угловатые черты. Его глаза потрясающе красные, цвета крови. Затем он снова отступает в тень, лишая меня большего.

Не совсем человек, но и не совсем месакка. Хм.

— Тебе не было больно от этого света? — спрашиваю я, раздвигая двери чуть шире. Теперь, когда он вручную сорвал с них пломбу, я могу распахнуть двери настолько, чтобы протиснуться в коридор. Я выхожу, отряхиваю пыль с платья и поворачиваюсь к дверям лаборатории. Я ничего не вижу внутри. Там просто темнота.

— Было неудобно, но не жгло. — Темнота немного расступается, и я представляю себе инопланетного вампира, расхаживающего с другой стороны.

Я подхожу к дверной панели со своей стороны.

— Тогда это хорошее начало. Давай посмотрим, смогу ли я что-то еще отрегулировать. — Я пытаюсь, но сообщение «Нет персонального доступа» продолжает мигать. — Я не могу. Система не распознает меня.

— Тогда как же нам попасть внутрь?

— Если только у тебя где-нибудь нет отрубленной руки, мы не сможем.

Он делает паузу.

— Я думаю, что, возможно, оторвал палец, когда напал на них. Это подойдет?

Он серьезно? Я не знаю, в ужасе я или в восторге.

— Твой палец?

Он усмехается.

— Как будто я настолько слаб. Это один из них.

— Давай его.

Пять минут спустя я держу в руках окровавленный, отрубленный палец с посиневшей кожей и, стараясь не испытывать отвращения, прижимаю его кончик к экрану. На экране появляется имя и анкета одного из ассистентов Назита, и я приступаю к работе.

— Ты знаешь, что делаешь? — спрашивает он из соседней комнаты.

— Да, знаю. Несмотря на мой нынешний статус пуделя, до этого у меня была приличная хозяйка. Это была пожилая дама из месакк, у которой было плохое зрение, и она поручала мне заниматься всеми ее приборами, а также научила читать и писать. Я неплохо разбираюсь в их оборудовании… до тех пор, пока у меня есть профиль для доступа к вещам, — я осторожно откладываю палец в сторону на случай, если он мне понадобится позже, и рассматриваю панель передо мной. Появляется мигающее красным сообщение об ошибке, но я не обращаю на это внимания и просматриваю меню опций в поисках команд для освещения. Я нахожу элементы управления окружающей средой, прокручивая список опций. В самом низу списка настроек яркости есть пользовательская настройка, и я выбираю ее. Освещение в зале немедленно меняется, становясь неестественным и слегка розоватым.