Чтение онлайн

Потому что вот он — Фавн, пробирающийся сквозь деревья в своей монструозной форме на четвереньках прямо к ней. Он шел быстро, но не бежал, словно знал, что она не успела уйти далеко.

Её глубокие следы делали это очевидным, если не свежий запах.

Маюми ни о ком не заботилась. Именно поэтому она не понимала того вихря эмоций, что обрушился на неё в этот миг.

Будь она проклята, если выберет облегчение. Она отказывалась чувствовать облегчение при виде этого дурацкого кошачьего черепа, или закрученных бараньих рогов, или таять под взглядом этих кружащихся неземных, нечестиво светящихся желтых сфер.

Нет, она сосредоточилась на других, более негативных эмоциях.

Ладно, может, она еще не переварила тот факт, что он просто взял и ушел, не сказав ни слова о том, почему уходит и вернется ли. И ради чего? Чтобы просто вернуться через полторы недели?

Она натянула тетиву согнутыми пальцами, натягивая лук. Её мстительная, злая, оскорбленная женская натура хотела выпустить стрелу прямо ему в грудь. Логическая часть подсказала, что это приведет к смертельной схватке с ним — и, скорее всего, она проиграет.

Черт возьми! Она ослабила натяжение лука и тут же развернулась, чтобы продолжить путь в город. Её походка стала быстрее, чем раньше. А еще менее бдительной и неровной. Ладно… может, она просто топала!

Она надеялась, что он не ждет от неё радуги и бабочек, потому что он получит нечто прямо противоположное.

Кровь кипела от ярости, разочарования и досады, накопившихся почти за две недели, когда у неё не было другой цели для разрядки, кроме собственного тела. Она упорно тренировалась, чтобы разогнать это чувство изнутри.

Теперь из-за него пульс подскочил, а щеки обдало жаром. Кислота в желудке жгла так, будто она вот-вот брызнет ядом, стоит ей открыть рот.

Крышка бутылки, в которую обычно были запрятаны её эмоции, отвинтилась ровно настолько, чтобы она почувствовала, как они медленно переливаются через край. Не к добру это.

— Маюми? — услышала она прямо за спиной; его многочисленные шаги лап и рук громко хрустели по снегу. — Куда ты идешь?

— Я не думала, что ты собираешься возвращаться, — бросила она, стараясь не звучать слишком язвительно, несмотря на явный яд в голосе.

Она пыталась спрятать эмоции, запихнуть их обратно на законное место. Задушить их, если получится, потому что они никогда не приносили ей пользы.

— Почему я должен был не вернуться? — в его голосе слышалось явное замешательство. — Я сказал, что буду защищать тебя.

— Ха! — Маюми качнула гововой, пытаясь справиться со сбитым дыханием. — Нельзя защищать меня, если тебя здесь нет, верно?

— Ты… злишься на меня? — и снова она не услышала ничего, кроме непонимания.

— Нет. Я на тебя не злюсь.

Она была в бешенстве! Но если он не понимал, в чем виноват, то не было смысла вымещать это на нем. Она просто задвинула это в категорию «слишком сложно», как поступала с большинством людей.

— Куда ты идешь? В город? Если так, я пойду с тобой.

Её глаза сузились, глядя на деревья и белую пелену впереди, простиравшуюся до самого горизонта. Даже если я скажу «нет», он всё равно потащится следом.

Дыхание становилось всё более частым, скорость, с которой она топала, изматывала сильнее, чем спокойная ходьба. Она изнуряла себя без нужды, лишь бы создать дистанцию между ними. Это казалось невозможным — он не только легко поспевал за ней, но и вышел вперед, чтобы идти рядом.

— Я иду в Аванпост Кольта. Мне нужны припасы.

Она подумывала повесить лук обратно на плечо, но ей хотелось держать его в руках на случай, если он попытается к ней прикоснуться — тогда она его им огреет. Она злорадно ухмыльнулась. Будет больно.

— Хочешь, я понесу тебя на спине? — в поле её зрения его кошачий череп повернулся к ней, скорее всего, чтобы оценить её реакцию. — Так будет быстрее и легче для тебя.

Да, она бы очень этого хотела. Она надеялась проехаться на нем, как на могучем жеребце, до города и обратно еще до того, как он ушел. Она даже потирала руки, злорадно хихикая и представляя, как наберет кучу припасов, потому что он сможет их дотащить.

— Нет, я в порядке. Мне не нужна твоя помощь, — Маюми заводилась всё сильнее с каждой секундой от этого его постоянного желания услужить. Она чувствовала себя стервой, и вполне заслуженно, а его доброта уже начинала действовать на нервы. — Просто… отстань, Фавн. У меня паршивое настроение.

Он прибавил шагу и теперь оказался чуть впереди, так что ей волей-неволей пришлось его видеть, хотя сейчас это было последнее, чего ей хотелось. Она не желала смотреть на эту большую, красивую костяную башку.

Он наклонил голову, изучая её.

— Что-то случилось, пока меня не было?

Маюми ждала каких-то извинений, которые обычно сопровождают такие слова. Какого-то жалкого объяснения, почему он ушел. Тишина.

Прошло несколько ударов сердца, но он молчал.

— К черту всё, — пробормотала она себе под нос, а затем громко заявила: — Знаешь что? Ладно, я злюсь на тебя.

Желтое свечение его сфер потемнело, выражая любопытство.

— Почему?

— Потому что ты просто взял и свалил, Фавн! Не сказав ни почему, ни на сколько!

Он на мгновение отстал, но тут же нагнал её.

— Но теперь-то я здесь. Почему это должно иметь значение?

Это всё равно что с деревом разговаривать!

Она знала, что он Сумеречный Странник, но он сам говорил, что долго наблюдал за людьми. Возможно, она его переоценивала, но ей казалось, что он должен быть хоть капельку понятливее.

— Уйти сразу после того, что мы сделали вместе — это то, что большинство людей назвали бы «трахнул и бросил». Или «секс на одну ночь», если угодно, — её щеки раздулись от досады из-за того, что приходится это объяснять. — В большинстве случаев человек после такого не возвращается. А тот, кого оставили, чувствует себя паршиво. Часто кажется, что тебя просто использовали.

Маюми понимала, что чья бы корова мычала, что она сама та еще лицемерка, но она поверить не могла, что какой-то гребаный Сумеречный Странник так с ней поступил! Мужчины-люди — это понятно. Это сплошь и рядом. Но он?

Когда он признался, что для него всё это впервые, и когда он кончал на пол, пока она трахала его морду… она надеялась, что после этого он будет у неё в руках. Что у неё будет любопытный, нуждающийся, возбужденный Сумеречный Странник для игр.

А не то, что она проснется одна, гадая, куда он, черт возьми, делся.