Чтение онлайн

Дыхание Маюми перехватило, когда она поняла, что может видеть… все. Его щупальца были широко разведены, но они ничего от нее не скрывали. Губы ее лона были раскрыты, чтобы вместить его; розовые и припухшие, они обнимали основание его фиолетового ствола. Она была наполнена им до краев.

Ее бедра были широко разведены, подъемы стоп упирались в его меховые ляжки, открывая вид на то, что он был такой же нагой, как и она. В ложбинке между её грудей лежала его покрытая шерстью рука, по которой тянулась россыпь мелких, ящероподобных шипов.

И Маюми увидела, что она… крошечная по сравнению с ним. Макушка ее головы находилась чуть ниже его ключиц из-за того, как прогнулось ее тело, встречая его. Он был громаден вокруг нее. Его мускулистые плечи и бицепсы выступали далеко за пределы ее собственных, а бедра были такими же мощными.

Он опустил свое кошачье лицо-череп к ее лицу, чтобы лизнуть ее щеку сзади. Хотя его светящиеся, неземные сферы были ярко-зелеными до этого, теперь они стали фиолетовыми, выдавая его желание.

Поскольку она не ответила ему, он начал медленно выходить. Это было намеренно. Должно быть, учитывая, как далеко он отошел назад, показывая ей каждый дюйм, который он дал ей, пока она не увидела расширенный ободок головки его члена, выходящий из нее. Большая толщина раздвинула ее губы еще шире.

Ее и без того розовое лицо, разгоряченное возбуждением, потемнело. Смотреть, как он это делает, было для неё мучительно сладко — её тело отзывалось новой волной влажности, несмотря на то что его собственная уже щедро смазывала её. Она ожидала, что он войдет обратно так же медленно. Вместо этого он вогнал себя быстро и жестко, используя все три свои конечности, чтобы безжалостно дернуть ее вниз.

— Ну?

— Да! — закричала она, не только чтобы ответить ему, но и чтобы подстегнуть его. — Я так сильно хотела твой член внутри себя.

Его мурлыканье возобновилось, и Маюми отдалась этому, ему, наблюдая, как он начал делать глубокие, короткие толчки.

— Еще. Трахни меня. Дай мне это. Пожалуйста, просто используй мою киску. Мне плевать как.

— Держись за мой рог, — скомандовал он.

Маюми подняла обе руки, но он отбил левую концом своей морды, чтобы она не схватила поврежденную сторону его лица. Правой она ухватилась за изгиб его закрученного бараньего рога, а левой вцепилась в длинный мех на его плече и груди.

Она прислонила голову к нему, когда он начал быстро толкаться, входя и выходя из нее так стремительно, что она почти потеряла его из виду. Его рука ушла с ее горла, но ее цепкие пальцы удерживали ее прижатой к нему, пока он ласкал обе ее груди своей грубой ладонью.

Его большой палец играл с одним отвердевшим соском, дергая его вверх-вниз, прежде чем перейти к другому. Затем он оглаживал обе груди всей ладонью, когти скользили по коже, даря острое, но приятное ощущение.

— Стони имя, которое ты мне дала, Маюми. Скажи мне, кто внутри тебя.

Ее голова откинулась, глаза расфокусировались, пока не зацепились за что-то странное сбоку. Она видела, где он порезал ее — маленькие потеки крови, но раны исчезли, словно он мгновенно исцелил ее. Но не это привлекло ее внимание.

Нет, это был движущийся бугор, который она могла видеть на своем животе. Изнутри его член толкал ее плоть вперед, и она точно знала, где находится головка, когда она скользила взад-вперед — а также несколько дюймов вниз по его толщине. Она наблюдала, как он движется мимо ее пупка, в то же время чувствуя, как он толкается там.

Она была слишком мала для него, даже несмотря на то, что он изменил ее, и ее тело делало все возможное, чтобы вместить его невозможный размер.

— Фа… — простонала она, чувствуя, что теряет контроль, впитывая все это через зеркало. — Фа…

— Это не мое имя, — он поддержал ее голову, снова обхватив челюсть снизу, когда, должно быть, понял, что она бессильно падает вперед. — Или это новое имя для меня? — глубоко усмехнулся он. — То, которое ты будешь давать мне, когда я внутри тебя, трахаю тебя?

Он начал вбиваться сильнее, быстрее; его рука на ее бедре двигала ее вверх-вниз в такт его толчкам. Он не был нежен. Это было жестко, и жар вокруг и внутри нее сводил с ума. Его запах лемонграсса и лайма заставил ее веки затрепетать. Он полностью лишил ее сил, опустошив разум.

Ее голова упала набок в его ладонь. Она не поняла, в какой момент начала кончать вокруг его члена, но ее тело полностью обмякло, в то время как киска напряглась и забилась в спазмах, а бедра задергались в такт. Ее крик был таким сильным, что стал беззвучным; легкие свело от ошеломляющей мощи оргазма.

Она получала то, что ей было нужно, чего она всегда хотела. Чтобы что-то нечеловеческое, сильное и дикое вбивалось в нее. Она никогда не была так возбуждена, и жар стал еще сильнее, когда она увидела, как ее соки начинают стекать по его вжатым в нее мешочкам.

Несколько капель упали на пол.

— Вот так, продолжай смотреть, как я трахаю тебя. Хорошая маленькая человечка, — простонал он, запрокинув голову к потолку. — Кончи вокруг меня, для меня, — он тяжело содрогнулся, отчего она затряслась в его объятиях. — Блять, это так чертовски приятно, пахнет так чертовски хорошо, — его челюсти разошлись, он тяжело дышал, и язык высовывался между клыками на каждом выдохе. — Я почти чувствую вкус.

Женщина, смотревшая на нее из зеркала, казалась такой потерянной, что она едва узнавала в ней себя. Это было нуждающееся создание с ошалелым, затуманенным взглядом.

Маюми не могла перестать смотреть на нее… и на него. Это было так чертовски эротично, и она знала, что никогда не забудет этот момент. Он навсегда, непристойно и глубоко, отпечатается в ее мозгу.

— Фа… — безнадежно простонала она, желая произнести его имя полностью. Она больше не могла произнести ничего, кроме одного слога.

Хватка на ее бедрах усилилась, когда он опустил голову. Он убрал руку с ее челюсти, медленно позволяя подбородку упасть, и обхватил ладонью ее киску и свой член, входящий и выходящий из нее.

— Я сейчас кончу в тебя, — его слова начались с рычания, но закончились стоном. Его член раздулся внутри нее, заставляя ее чувствовать себя еще более наполненной. — Я заполню эту киску своим семенем, помечу ее своим запахом, — ее брови сошлись на переносице — это было ее единственным сопротивлением. Словно почувствовав это, он добавил: — Не волнуйся, я не могу сделать тебя беременной. Но моя эссенция останется внутри тебя, Маюми. Я хочу, чтобы твое тело впитало столько, сколько сможет, и удержало это для меня.