Чтение онлайн

Прежде чем она успела открыть свой большой рот, чтобы заговорить, он спросил:

— Могу я помыть тебя?

Он чувствовал себя в воде немного комфортнее, чем обычно, возможно, из-за постоянного пребывания в ней. Хоть она и не хотела секса, он всё равно хотел прикасаться к ней — может быть, даже сделать ей приятно.

Когда она мыла его, это доставляло удовольствие. Он хотел успокоить её так же.

Маюми схватила свой стакан и допила остатки. Затем она взяла флакон с мылом и протянула ему, что он воспринял как её согласие.

Она попыталась дать ему одну руку, но Фавн взял обе её ладони в свои, втянув все когти. Её губы скривились в сторону, когда он растирал своими длинными и большими пальцами её изящные, маленькие ладошки, массируя их большими пальцами с тыльной стороны.

Несмотря на её силу, он знал, что одно неверное движение может сломать её хрупкие человеческие кости. Он был нежен, когда поднимался вверх по её предплечьям и пытался массировать их так же, как она делала это ему.

Иногда Маюми царапала его мех, словно хотела добраться до корней. В другие разы она глубоко вонзала большие и остальные пальцы в его мышцы. Он повторял её движения по памяти и ослаблял нажим всякий раз, когда её темные брови дергались.

Поскольку он не доверял себе, он сдвинул бедра и усадил её на колени, развернув спиной к себе. Он хотел видеть, что делает, пока мыл её спину.

Прикосновения Фавна были легкими, когда он обхватил её бедра и вдавил подушечки больших пальцев в мышцы вдоль позвоночника. Он делал маленькие круги, точно так же, как она делала ему несколько раз.

Он замер, когда она тихонько мяукнула, пока не подалась навстречу его рукам, требуя большего.

— Там на самом деле очень зажато, — прокомментировала она, когда он был чуть ниже её лопаток.

Зажато? Она просто ощущалась мягкой повсюду.

Он понял, что не тот человек, который может знать, что чувствуется правильно, а что нет в человеческом теле.

Она поерзала назад по его ногам, раздвинув свои, и уперлась руками в его сведенные колени. Она смотрела поверх верхушек деревьев, вглядываясь в небо. Он откинул её густые шелковистые волосы через одно плечо, когда начал подниматься выше. Она издала еще один тихий звук, который издавала только тогда, когда ей было хорошо. Он не мог остановить свой член, который дергался каждый раз, когда она это делала.

Теперь он начинал напрягаться, так как был твердым так долго и без прикосновений. К счастью, вода поддерживала его влажным. Иначе он не думал, что смог бы быть здесь и делать это с ней прямо сейчас.

Как только он собирался добраться до её плеч и шеи, он провел кончиками пальцев вниз по её спине и начал снизу снова. Он был в восторге, когда она его не остановила.

В конце концов, он должен был её мыть.

— Ты когда-нибудь был на море, Фавн? — спросила она с придыханием.

— Почему ты спрашиваешь? — он не был уверен, почему она хочет это знать.

— Потому что тебя очень трудно узнать получше. Ты сказал, что бродил по всему миру. Я хотела узнать, видел ли ты море.

— Да, я видел его. Я обошел почти всю сушу по кругу.

— Но, полагаю, не южные пляжи?

Он наклонил голову. Он был удивлен, что она это знает.

— Нет. Сумеречному Страннику очень трудно попасть туда.

— Демоны тоже не особо могут туда попасть, — сказала она, и он мог поклясться, что слышал, как её губы скривились в усмешке. — У нас, на севере, самая укрепленная гильдия Убийц Демонов, но на юге больше людей. Они отвоевывают землю и море у Демонов, так что я представляю, что добраться туда было бы трудно и для твоего вида.

— Там мало деревьев, чтобы Демоны могли прятаться от солнца, и это далеко от Покрова, — ответил он.

— Я просила перевести меня туда на какое-то время. Думаю, я одна из редких людей, кто побывал почти везде. Где ты жил? Мм… твоя пещера, я имею в виду. До того, как её украли Демоны.

— На западе, кажется. Недалеко от моей пещеры была деревня, которая сгорела. Это было много лет назад… но я наблюдал из леса, как большое количество Демонов воспользовалось её горящими стенами.

Маюми напряглась и оглянулась через плечо.

— Ты говоришь о Лисайд Тауне?

Фавн пожал плечами в ответ.

— Откуда мне знать, как называется человеческий город?

— Там был большой колокол в центре?

— Да. Он меня раздражал. Я мог слышать его даже из Покрова, поэтому и пошел туда, когда он не переставал звонить.

Она прикрыла губы костяшкой указательного пальца.

— Лисайд сгорел около ста лет назад.

— Я… получил много человечности той ночью.

В конце концов, запах крови и горящей плоти лишил его рассудка. Он провел дни, сражаясь с Демонами и пытаясь добраться до любого человека, который, к несчастью, оказался в ловушке под обломками домов.

— Почему ты хотела отправиться к морю? — спросил Фавн, начиная чувствовать себя некомфортно, делясь этими воспоминаниями — особенно учитывая, что они были туманными, как и большинство приступов жажды крови или ярости.

Он мог только представить, как он выглядел для других. Бездумный, ревущий зверь посреди разрушенного, горящего города, наводненного Демонами, окруженный звуками криков и звоном этого проклятого колокола, пока Демон не свалил его.

Затем внезапная тишина, оставляющая только звук потрескивающего, умирающего огня и нюхающих, ищущих кровожадных тварей.

— Я хотела узнать больше о тебе, а не наоборот.

Маюми тихо застонала, когда он наконец начал разминать большими пальцами верхушки её плеч и боковые стороны шеи. Он использовал мыло, чтобы сделать движения более скользкими, так же как использовал его, чтобы помыть её.

— У меня не так много историй, Маюми. Я провел большую часть своей жизни, скитаясь по тому, что осталось от этого мира.

— Что ты искал?

— Всё, — признался он. — И ничего. Я просто не знал, что еще делать. Я чувствовал себя потерянным.

Я всегда искал… Так почему я остановился, когда нашел её? Именно той ночью, когда он нашел Маюми, он перестал бродить и начал из любопытства посещать дома, учиться и даже пытался подружиться с Демонами.

В тот момент, когда этот маленький ребенок потянулся к нему и попросил не оставлять её снова… Фавн наконец перестал что-то искать.

— Ладно, — вздохнула она. — Семья моего отца всегда жила в этом доме, поэтому я хотела увидеть, где родилась моя мать.

— Она была не отсюда?