Чтение онлайн

Я истерично замотала головой, отгоняя прочь нахлынувшие не к месту воспоминания только что погибших людей.

Я услышала надрывающий стон боли и хрипловатый крик. Беккендорф! Он жив!..

Мысль о Пожирателе беспокойным волчком завертелась в моей голове.

Я, сохраняя осторожность, терпя саднящую глубокую боль в спине и содранных в кровь локтях, я перебралась к столику и бросив взгляд вниз, на коридор вагона, увидела Беккендорфа.

— По… мги… — с трудом, выплевывая кровь через разбитые губы, прохрипел Нестор.

До меня не сразу дошел смысл его просьбы, поскольку я не могла отвести шокированного взгляда от огромного треугольного обломка металлической отделки потолка, который вонзился в грудь Беккендорфа.

Темная кровь багровой звездой «разгоралась» на теле Нестора, пропитывая одежду и стекая в разные стороны по поверхности окна и стене коридора.

— Помо… ги… — прохрипел ещё раз раненный Бекендорф.

Я обладала скудными познаниями в медицине по сравнению с любым студентом медвуза, но даже я понимала — ему не выжить. Этот кусок металла почти разрезал его пополам.

Я с трудом оторвала взгляд от ужасающей раны на теле Пожирателя и посмотрела в его глаза. Я всхлипнула, когда увидела в глазах жестокого и гадкого человека настоящие, неподдельные страх и слёзы. Он боялся, как и все другие люди. И он не хотел умирать, как и все другие люди в мире. Он был беспомощен и осознавал это, но ещё не понимал, что уже почти покойник.

Нестор Беккендорф, подобно утопающему, отчаянно хватался за жизнь сопротивляясь скорой гибели.

Его жалостливый беспомощный взгляд заплаканных глаз и понимание, какую боль он сейчас испытывает вызвали у меня истерическое состояние. Я задрожала всем телом, чувствуя, как теплые соленые слёзы потекли по моим щекам.

Да, Беккендорф сволочь и скотина, каких поискать в наше мире. Хуже того, он самый настоящий подонок!.. Но я ни в коем случае не желала ему смерти, тем более вот такой.

— Пож-ж…с-ста… — на губах Беккендорфа лопнул кровавый пузырь.

— Подожди… сейчас… — я поняла, что должна сделать хоть что-то, хотя бы просто попытаться, это гораздо лучше, чем просто наблюдать, как он умирает.

Нельзя стоять и наблюдать чужую боль или чужую смерть, и не попытаться помочь хоть чем-то хот как-то. Даже если я уверена, что ему не выжить, я обязана что-то предпринять!

Стараясь не упасть, я с величайшей осторожностью спустилась вниз к Нестору. Я присела на стене с дверью купе, которая теперь лежала горизонтально. Теперь нас разделяло не больше полутора метров. Ещё немного и… И что? Чем я собираюсь ему помочь?

Я нервно сглотнула, вдруг осознав, что и правда совершенно не знаю, что собираюсь предпринять. Я могла бы спуститься вниз, но… Но Нестор лежал на треснувшем окне поезда и любое увеличение веса повлекло бы его обрушение. Да и что потом? Я бы всё равно не смогла его оттащить в сторону — сейчас, я уже видела, что осколок потолка не просто пронзил тело Нестора, он ещё и фактически пригвоздил его к окну. И я ничего, вообще ничего не могла сейчас сделать, чтобы, хоть как-то, чёрт возьми, спасти его!

От понимания этого меня охватил новый приступ рыданий.

— Нестор… — всхлипнув, прошептала я. — Я не могу… не могу… я не знаю… ты… я не знаю, что делать! Прости! Прости! Прости!!!

Я замотала головой, истерично зажмурив глаза.

— Прости! — прошептала я с горьким сожалением. — Прости… я не знаю…

— Я… умираю?.. — прошептал он с трудом и вдруг испытал явное облегчение, от того, что сказал это вслух.

— Да, — кивнула я глядя на него, сквозь влажный туман слёз. — Прости…

— То… чшо… ты… сказала… — прохрипел он. — Откуда?..

— Откуда? — переспросила я и он на миг закрыл глаза вместо кивка головой.

Я вздохнула, вытерла слёзы с щек и прошептала.

— Я… Нестор, я… я могу видеть… гораздо… гораздо больше, чем другие люди…

Нестор смотрел на меня слегка затуманенным взором.

— Об… сни…

— Объяснить? — слова Нестора звучали едва слышно и мне приходилось напрягать слух, чтобы услышать, что он говорит. — Я… Ну, это трудно… В общем я вижу… я могу видеть воспоминания… Понимаешь?

Пожиратель медленно закрыл глаза, на мгновение мне показалось, что он их уже не откроет, но тут он вновь взглянул на меня.

— Мжш…

— Что? Могу? Что могу? — беспокойно переспросила я.

— Рказть… — выдавили губы Нестора.

— Что именно? — спросила я, нервно сглотнув.

— Что-то… — он подавился, выплюнул очередной сгусток крови и с усилием вымолвил. — Что-то… хшее..

— Что? Хорошее? — быстро спросила я. — Ты хочешь услышать про что-то хорошее в своей жизни? Да? Что-то, что ты уже не помнишь?..

Нестор закрыл глаза. Ну, конечно. Даже таком чудовищу, как Пожиратель хочется узнать, что в его жизни было что-то прекрасное, светлое и доброе. Хоть что-то, пусть даже крупица. Хотя бы тщедушный, но заметный лучик света, забитый и погасший где-то в глубине зачерствевшей души и охолодевшего сердца.

Хоть что-то…

— Твоя мама… — проговорила я. — Ты ведь не всегда жил со совей теткой и старшими двоюродными сестрами… Ты какое-то время жил с мамой… Ты не помнишь?

Он едва смог шевельнуть головой.

— Когда у твоей матери не было… не было ночной смены… Она всегда читала тебе… Одной из твоих любимых книжек были сказки братьев Гримм. Помнишь? Такая яркая книжка с золотой надписью и Бременскими музыкантами внизу, под надписью…

Я улыбнулась и добавила:

— Собаки и ослу ты закрасил глаза зеленым фломастером, а коту фиолетовым… Помнишь?

Я увидела расширились его глаза и как он взволнованно дёрнулся. Он даже на секунду приподнял голову. И тут же стекло под ним угрожающе затрещало, по его поверхности стремительно расползлись новые трещины.

— Тебе нельзя двигаться… Нельзя!..

— Ты… — выдавил он. — Как… как ты…

— Не знаю, — ответила я то же, что и всем тем людям, кто задавал мне этот вопрос. — Правда, не знаю…

— Ясно… — тут он вдруг поднял правую руку и с видимым трудом засунул её под полу пиджака.

Стекло под ним вновь затрещало.

— Не двигайся ты! — взмолилась я. — Пожалуйста…

Я резко замолчала увидев, что он вынул из-под пиджака крохотный серебристый предмет. Это был миниатюрный флеш-накопитель.