Чтение онлайн

— На то и расчет, — ухмыльнулся я. — У него будет отличный шанс использовать свой немецкий разговорник.

— А если сдохнет раньше? — Яшка почесал в затылке, разглядывая мое кривоватое, но крепкое «шибари».

— Туда ему и дорога, — я сплюнул. — И давай отсюда убираться. Нутром чую, ничего путнего мы тут не услышим. Потопали сразу в монастырь.

— Так я ведь с самого начала это самое и думал, дядя Саша! — с готовностью отозвался Яшка. — У пьяных фрицев много чего можно подслушать, но когда ты сам средни них. А сейчас-то мы к ним никак не можем сунуться, только под окном постоять…

— Да заткнись ты уже, — фыркнул я. — Сейчас тебя вот так же свяжу и сложу под кустиком, чтобы смирно меня дождался и глупостей не наделал.

— Ты же это несерьезно, дядя Саша? — жалобно пробормотал Яшка.

— Не уверен, — отозвался я. — Твою болтовню, даже тихую, по ночи отлично слышно. Мою, впрочем, тоже. А среди фрицев наверняка полно умеющих стрелять на звук. Так что давай, Яков батькович, справляйся со своей болтливостью. Или и впрямь, давай доберемся до какого-нибудь приметного места, ты останешься, а я дальше пойду.

— Я все понял, дядя Саша, — голос Яшки дрогнул. — Клянусь быть немым, как полено.

Я фыркнул, но про буратино ничего говорить не стал. Технически он ведь тоже был поленом…

В монастырь — это я очень оптимистично заявил… За эти несколько дней здесь все здорово изменилось. И самым неприятным изменением был глухой пятиметровый забор, опутанный по верху колючей проволокой. Деревья и кусты вокруг наголо вырублены, сплошное ровное простреливаемое с вышек пространство. И никакой возможности взобраться на какую-нибудь доминирующую высоту и заглянуть внутрь. Потому что окруженный новым забором монастырь и был здесь самой главной доминирующей высотой.

— Это что же они там такое затеяли… — едва слышно прошептал Яшка и поскреб затылок. — Не подобраться никак… Может, со стороны реки?

— Бесполезняк, — я покачал головой. — Языка надо брать, вот что.

— Выманить кого-то, а потом поймать и допросить? — азартно предложил Яшка. Я многозначительно зыркнул в его сторону и он быстро зажал себе рот ладошкой. В голове вспыхивали разные дикие идеи. Найти и перерубить электрический кабель, и в наступившей темноте забраться внутрь. Прикинуться одним из военнопленных, и проникнуть на территорию с очередной сменой. Устроить какую-нибудь шумную заварушку со стороны ворот, а залезть внутрь со стороны реки, пока все заняты.

Нет, не годится так. Да и смысл? Допустим, я даже сейчас проберусь на территорию. И что тогда? Увижу стройку, рабочих, надсмотрщиков, и все они будут заняты своим делом. Сфотографировать это дело я не смогу, техники нет. Да и зачем?

Другое тут нужно. Выяснить, кто главный, разведать подробности и цели проекта. А чтобы это сделать, совсем даже необязательно сейчас искать самоубийственные способы перебраться через высоченный забор с колючкой наверху.

Штандартенфюрер Штернхоффер. Точно. Этого типа обсуждали в ночном подслушанном разговоре. В этом самом месте. Я ещё тогда подумал, что надо бы запомнить имя. И вот, пригодилось.

Я тронул Яшку за плечо и кивнул в сторону. Мол, все, миссия окончена, шагаем отсюда. Главное, выяснил — стройка идёт ударными темпами. И выяснять подробности нужно не здесь.

— В Псков нам с тобой надо, вот что, — сказал я, когда мы отошли на более или менее безопасное расстояние.

— Прямо сейчас? — удивился Яшка. — Как же мы проберемся, подземный ход ведь завален…

— Разберемся, — сквозь зубы процедил я. — Возвращаемся к машине.

Сначала мы шли молча, Яшка, чувствуется, начал уставать, сопел, тяжело дышал, пару раз шепотом выругался. Кажется, даже на немецком.

— Слушай, дядя Саша, — заговорил он, когда мы остановились на передышку. — Идея у меня есть.

— Ну? — спросил я, повернувшись к нему. Он стоял, привалившись к дереву, в темноте было видно только силуэт. И глаза поблескивали азартно.

— Деревенские же каждую неделю на толкучий рынок приезжают, — проговорил он. — Товары всякие привозят. На проверке там стоят пентюхи… Обычно. Аусвайсы… Ну, там некоторые с фотокарточками, но у тебя теперь борода отросла, а на карточке все бородатые мужики друг на друга похожи. Да и с фотокарточками…

— Ты мысль-то продолжай, — я усмехнулся. Хотя в целом понял, конечо, что он предлагает.

— Так я к чему говорю-то! — воодушевился Яшка. — Можно сейчас дернуть до Заовражино, там у меня есть парочка ребят надежных, с которыми можно что-то подобное устроить. Переоденемся, шапки нахлобучим, рожи измажем. Ну и товары какие-нибудь на телеге привезем. А?

— Под пули страшно лезть? — спросил я.

— Страшно, дядя Саша… — Яшка вздохнул. — Я же по кустам вот эдак вот — вшурх! — не умею. Как ты. Как лось оголтелый ломлюсь. Подстрелят меня, это к гадалке не ходи.

— Вообще в твоих словах есть резон, Яшка, — задумчиво проговорил я. — Ты меня извини, меня что-то очень уж зацепил этот облом с монастырем. Не подумал, что там так скоро забором все перекроют.

— Толкучий рынок, получается, послезавтра… — начал рассуждать Яшка. — Можно вернуться в лагерь, к своим, а можно сразу в Заовражино, там схоронимся на денек, а послезавтра ранним утречком…

— Тссс! — я встрепенулся и прижал палец к губам.

Яшка замер, оборвав речь на полуслове. Даже дышать перестал.

— Слышишь? — одними губами проговорил я, ткнув пальцем в ту сторону, откуда доносились голоса. Бормотание было нечетким, почти призрачным, на краю слышимости. Но это явно были человеческие голоса, а не ночные лесные шорохи.

— Иди за мной, след в след, — прошептал я Яшке на ухо и двинулся вперед.

Потянуло дымком. Голоса стали отчетливее. Один раз компания неизвестных впереди даже рассмеялась. Еще через какое-то время стало понятно, что говорят впереди не на немецком. И не на русском.

— Это пшеки что ли? — пробормотал Яшка, когда впереди раздался отчетливый возглас «Курва-мать!»

— Помолчи, — одернул я. — Тут оставайся, я поближе подберусь. Посмотрю, что за гуси к нам прилетели.

Яшка смиренно вздохнул и присел рядом с деревом. А я двинулся дальше. Сначала двигался максимально осторожно, но потом осмелел. Болтали впереди довольно громко, не стесняясь. Значит шум шагов они не услышат. Главное, без треска сломанных веток обойтись. Отблесков костра было не видно, но навыку скрытого разведения костра очень быстро и легко можно научиться, это придумали точно не в двадцать первом веке. И даже не в двадцатом.