Чтение онлайн

Вместо этого по приказу одного человека мы бросили зеленую Алма — Ату и отправились, как первоцелинники, осваивать непригодные для жизни акмолинские кварталы.

ЗАЧЕМ?

Официальная пропаганда пыталась выдать свои беспомощные объяснения.

Нам пытались рассказать, что так мы увозим столицу в безопасное место, подальше от китайской границы. Разумеется, никто в коридорах власти всерьез «китайскую угрозу» не рассматривал.

Нам доказывали, что все страны на планете стараются разместить столицу поближе к центру, подальше от враждебных границ. Глобус, правда, дает другую информацию, но когда пропаганду это беспокоило. Но если бы и так, с нашими бескрайними территориями такая практика все равно теряет всякий смысл: какой–нибудь Амстердам отстоит от немецкой границы примерно также, как наш пограничный поселок «Дружба» от соседнего Китая.

Еще одна версия — землетрясения.

Еще одна — что нужно укреплять русскоговорящий север, который якобы может отколоться и прибиться к России.

Когда сказать нечего, говорят много: лист официальных объяснений состоял из нескольких десятков пунктов. Назарбаев дал команду поддерживать переезд. И понеслось: благодарная интеллигенция, депутаты, журналисты, различные эксперты обосновывали целесообразность перевода столицы. Разумеется, эти объяснения никого не убеждали — ни в самой стране, ни за рубежом. Сколько раз я встречался с иностранными коллегами, друзьями и знакомыми, столько раз мне задавали этот вопрос: что же на самом деле произошло? Ведь есть какая–то реальная причина, которая заставила вас перевезти столицу в такое неподходящее место?

Такая причина есть, и я ее знаю.

Но сначала стоит сказать о том, что нас погнало в Астану. Нас заслал туда страх.

Мы все боялись проявить свое неповиновение перед человеком, который набирал все больше и больше власти. Уже тогда, в 1994-м году, когда президент впервые высказал странную идею с переездом, было понятно, что стоять на пути паровоза — себе дороже. Хотя тогда еще сложно было представить, какая судьба ждет будущих оппонентов нашего демократического режима.

Тогда еще можно было обсуждать и спорить. Сегодня в это уже сложно поверить, но когда–то президенту Назарбаеву приходилось убеждать парламент и тратить на это дни и недели.

Как вспоминает сам президент:

«В 1994 году именно б июля в Алма — Ате Верховный Совет Республики Казахстан принял решение о переносе столицы в Акмолу. Об истории переноса столицы много написано. Мне было нелегко убедить в этом наших парламентариев. Как вы помните, мы тогда переживали трудные времена, не выплачивались своевременно пенсии и зарплаты. И после длительных переговоров и встреч именно б июля я вновь поставил этот вопрос перед депутатами Парламента.

Обсуждение длилось целый день, к исходу которого один из депутатов сказал: «Давайте не будем огорчать Президента в день его рождения и сегодня примем это решение, а перенос столицы наверняка произойдет еще нескоро, лет через 50».

(Пресс–конференция президента по случаю дня столицы, 2007 год. Источник: официальный сайт президента

Вот так у нас принимаются исторические решения: чтобы не огорчать президента в день его рождения. Вот так была решена судьба сотен тысяч людей и десятков миллиардов долларов.

И все–таки те первые годы независимости вспоминаются уже с ностальгией: тогда у нас еще существовало подобие настоящего разделения властей. Каждый депутат представлял свой избирательный округ, мы знали имена своих представителей, законодательное собрание обсуждало законы, прежде чем их принять. В парламент могли еще «просочиться» независимые депутаты, чьи кандидатуры не были одобрены президентом и его аппаратом.

Кто мог представить, что через десять лет все скатится к однопартийному парламенту, выполняющему функцию рядового отдела из администрации президента. Сейчас все было бы значительно проще: руководитель президентской администрации позвонил бы спикеру Парламента и сказал тому, что нужно проголосовать за переезд. И депутаты (все как один члены «Нур — Отана») единогласно проголосовали бы за пять минут.

А теперь — к главному. Я обещал рассказать о причине, которая заставила президента оставить свежеотстроен–ный президентский комплекс на улице Фурманова в Алма — Ате (в здании, которое задумывалось сначала как Музей Владимира Ленина) и отправиться на берега Ишима.

Он просто боялся народных демонстраций. Ему нужна была неприступная крепость, вдали от людей. И прежде всего — вдали от либеральной и свободолюбивой Алма — Аты.

Прежде всего ему хотелось уехать отсюда.

Вопрос куда был вторым, но не менее важным. Глава нации искал место, которое в силу своей удаленности представляло бы собой естественную крепость, которая отгородила бы его от народа Казахстана. Неприютная Акмола, заброшенная в центр Казахстана и защищенная Ишимом, оказалась идеальным местом.

Это для нас выбор казался странным. Но если знать реальные критерии поиска — согласитесь, он вполне логичен. Президент не искал землю обетованную для нас. Он создавал фортификационное сооружение для своего Президентского Дворца.

Интересно, что его гнал в эти степи тот же СТРАХ, который привел сюда и нас. Просто мы боялись его, а он боялся нас, свой собственный народ. Такова участь любого диктатора: всю жизнь проводить в убеждении, что облагодетельствованный народ его действительно любит и боготворит — и в то же время, на всякий случай, отгораживаться от любящего народа все новыми слоями охраны.

Мобуту Сесе Секо плавал по реке Заир на корабле, который служил заодно президентской резиденцией — так заирскому лидеру спалось спокойнее: от народа его отделяли волны великой реки. У нас нет великих рек, зато есть великие просторы. Вот ими и решил воспользоваться наш лидер.

Одно дело сидеть в своем кабинете в центре Алма — Аты, этого непослушного и так и оставшегося чужим и непонятным президенту города. Причем сидеть в ста метрах от проезжей улицы, когда от людского потока тебя отделяет только хилый слой охранников. В любой момент эту улицу могут запрудить десятки тысяч недовольных, и никакие танки подогнать не успеешь.

И совсем другая картина, когда отдаешь приказы с безопасного расстояния, когда тебя отделяют от сограждан река, бескрайние степи и бойцы внутренних войск МВД, Спецназа КНБ «Арыстан» и, конечно, удивительно разросшаяся до 10 тысяч служба охраны самого президента. Вот это уже настоящая безопасность.

Надо признать, что Крестный Тесть выбрал идеальное место для осуществления своего замысла. Акмолинск — городок захолустный, вскоре каждый второй здесь будет чиновник (или член семьи чиновника) — а эта публика революционным настроениям обычно не подвержена. Но даже если кому на правобережье вздумается уличные собрания устраивать, то достаточно перекрыть мосты — и тогда до левого берега недовольным придется вплавь добираться.

А если река скована льдом, то здесь уже Генерал Мороз надежную охрану дает: когда за окном минус тридцать, да еще шквальный ветер, лучше глушить недовольство водкой на кухне, чем идти на улицу митинговать.

Но в Астане живет от силы четыре процента всего населения страны. И живут если не с комфортом, то в относительном достатке. А на остальные девяносто шесть процентов можно уже внимания не обращать — до Астаны они не доберутся. Потому что идти придется по трассе из Караганды, а ее полиции отрезать еще легче, чем мост перекрыть.