Чтение онлайн

Я перехожу на шаг только тогда, когда мы добираемся до широкой поляны с высокими деревьями по её краям. Здесь чуточку больше света, за счёт не такого плотного переплетения веток в вышине. И Летучие когтезубы предпочитают деревья пониже.

Элар вновь трогает меня за плечо и молчаливо спрашивает может ли он говорить. Я киваю.

— Туара поранила ногу, — шепчет он. — Нужна перевязка.

Я смотрю себе за плечо и вижу, как братья, подхватив женщину под руки, помогают ей добежать до нас. Одну из ног Туара держит на весу. Даже удивительно, как они смогли бежать в таком виде настолько бесшумно.

Женщина падает на широкий ствол, изгибающийся над землёй, и тихо ругается. О том, что ей больно говорит лишь выступивший на лбу и над губой пот. Ну и кровь, которая промочила шкуру ботинка.

А я предупреждала.

Здесь всё не то, чем кажется.

Ну и злиться без повода чревато последствиями.

— Прости, Ния. Я тупая ослица, — шепотом кается женщина. — Врезала ногой по этой коряге, а она пустая внутри, а края острые, что нож…

— Спорить не буду, — киваю я и иду осмотреться. — Сильно шуметь по-прежнему нельзя.

Я нахожу свою метку, касаюсь ладонью ствола в этом месте и закрываю глаза.

Призываю воздух, закручиваю небольшой поток ветерком и отправляю его вперёд. По ощущениям он обтекает мягкой волной лишь деревья да редкие голые кусты. Ничего плотнее и больше впереди нет.

Выдыхаю и возвращаюсь обратно.

Туаре успели снять ботинок и обмыть рваную рану водой.

— Подождите, — шепчу я. — Бабушка научила меня готовить одно средство.

Я шарю рукой в сумке, нахожу стекляшку с целебным порошком и присаживаюсь у ноги женщины. Она бросает опасливый взгляд на Элара, тот, похоже, кивает, и Туара молча принимает мою помощь.

Я сыплю немного порошка на рану и разрешаю:

— Перевязывайте.

Любое промедление будет нам стоить дополнительных часов пути, а я не хочу находиться с людьми дольше, чем этого требуется.

Распрямляясь, я ловлю задумчивый взгляд Сиуса, который, впрочем, он тут же отводит. Непроизвольно виду плечами и снова отхожу от людей, чтобы ждать, когда они закончат с перевязкой, в одиночестве.

Дойти до места, которое я приготовила специально для ночлега днями ранее, до ночи мы не успеваем.

Пространство вокруг постепенно светлеет. Земля и деревья остаются чёрными, а воздух, словно белеет. У нас ровно полчаса до того момента, когда поднимется плотный серый туман, в котором не видно дальше собственной руки.

За спиной снова раздаётся дружное, но тихое «ох». Я смотрю себе за плечо и сообщаю, что сейчас придётся бежать. Мне согласно кивают в ответ. А братья подхватывают женщину под мышки.

До места мы добираемся тогда, когда туман обволакивает меня по пояс. Я смотрю на вспотевшие и ошарашенные лица людей и против воли улыбаюсь. Говорила же, они поймут, когда настанет ночь.

Даю им время отдышаться, а сама лезу на дерево, в излучине которого спрятала пару одеял. Бросаю их на землю и, спустившись, тихо говорю:

— Всё, что есть.

— Мы и этому рады, Ния. Спасибо тебе.

— Ешьте, пейте и ложитесь спать. Отправимся в путь, как только туман спадёт.

Я снова забираюсь на дерево и устраиваюсь там, где раньше лежали одеяла. Осматриваюсь, не замечаю поблизости когтезубов и достаю из сумки пиану.

Через некоторое время меня снизу зовёт Элар. В густом тумане я различаю лишь его ярко-рыжую макушку.

— Ния! Разбуди меня через пару часов, я сменю тебя на карауле, — громко шепчет он.

Толку от него в таком тумане?

Я усмехаюсь и бросаю:

— Лучше выспись, как следует, Элар.

Я снова закручиваю поток ветерка и отправляю его на разведку. Убедившись, что поблизости нет крупных зверей, я закутываюсь в куртку, откидываю голову на ветку и закрываю глаза.

Долгий был день. И непростой. Но всё к лучшему. Я всё ближе и ближе к своей цели.

Просыпаюсь я резко и едва не падаю с дерева. В груди звенит тревога. Я сосредотачиваюсь и понимаю, что кто-то из людей храпит, как медведь!

Быстро и ловко спускаюсь с дерева. Сна как не было. Иду на звук. Храпит один из братьев. Наклоняюсь и тормошу его за плечо:

— Просыпайся, треклятый дурак!

Ко мне присоединяется Сиус, с бледным от страха лицом, и тоже пытается достучаться до спящего.

Но он только начинает храпеть ещё громче. И сквозь этот храп я слышу голодный рык…

Волки.

Разумеется, не простые волки, как и всё в этом ужасном лесу. Они огромные, с глазами, налитыми кровью, бешенные и бесконечно голодные.

Я удирала полдня от одного такого, и спаслась только тогда, когда забежала на болота.

Поэтому…

— Давай! — пинаю я храпящего. — Просыпайся!

— Ния? Что случилось? — появляется рядом Элар, выглядит он очень сонным.

Я упустила что-то из виду?

— Ты не слышишь его громогласный храп?! Сюда направляются волки! Если мы его сейчас же не разбудим…

— Теперь я тоже его слышу. Подвинься-ка…

Элар широко зевает, а мы с Сиусом переглядываемся. Он пожимает плечами и тихо замечает:

— Попробую разбудить остальных.

Я тоже пинаю ботинком ногу второго брата, а затем звучит громкая пощёчина. Храп смолкает. А голодный рык звучит всё ближе.

Я склоняюсь к Элару:

— Теперь разбуди остальных, потому что надо срочно отсюда бежать.

Спустя минуту я понимаю, что ничего не выйдет.

Люди никак не могут проснуться, они вялые и даже не напуганные, зевают каждую секунду. Братья снова клюют носом, Туара положила голову одному из них на плечо, а Элар отряхивается, как собака от грязи, и недоумевает:

— Не пойму, какого беса происходит…

Я беззвучно ругаюсь.

— Все лезем на дерево! Быстро!

Быстро не выходит…

Пока люди копошатся, помогая друг другу, я прислушиваюсь к звукам и тихо злюсь. Мне не нравится то, что я рискую своей жизнью из-за кучки людей. Но выбора нет. Они нужны мне живыми, чтобы я могла получить ещё один мешочек с серебром. Этого хватит на несколько месяцев путешествия в одиночестве — мне не придётся снова строить из себя проводника.

Я вижу, как в тумане у дерева исчезает последний ботинок, прячу нож обратно за пазуху и взбираюсь по широкому стволу сама.