Чтение онлайн

«Какие глупости она говорит! – возмущённо подумала про себя Ребекка. – Как можно выучить язык, читая текст, который не понимаешь? Бедные ребята».

– А теперь, – на выдохе проговорила госпожа Франко. – К вам подойдут наши няни и запишут ваши имена, возраст и пару слов о вашем прошлом. А я пока что удаляюсь.

И затем уже на кастельском языке добавила:

– До свидания!

Толпа детей будто бы ожила. Послышался робкий шёпот, лёгкий топот, словно они переминались с ноги на ногу, и взволнованные вздохи. Лишь Ребекка стояла неподвижно. Её сковал страх. Она понимала, что ей срочно надо переговорить с этой женщиной, но что сказать и как это преподнести, девочка не имела никакого понятия. И поэтому стояла, словно оцепеневшая и не имевшая возможности пошевелить ни пальцем. И вдруг она почувствовала какой-то импульс, словно тело само, отдельно от неё ринулось вперёд. Ребекка выскочила из ряда с возгласом:

– Подождите!

Госпожа Франко не успела удалиться и с недоумением обернулась на нарушительницу покоя. Девочка, желая наладить с суровой женщиной доверительные отношения, заговорила на кастельском языке:

– Извините! Я должна сообщить кое-что очень важное!

Женщина, видимо, изумилась тому, что девочка чисто говорила на кастельском, что даже не успела возмутиться её наглости.

– Я должна сказать, что попала сюда по ошибке, – затараторила Ребекка. – Я должна была сесть на другой корабль, где мне был бы оказан должный уход. Но там была такая жуткая толпа! Стали стрелять, корабль пытались потопить, и моя гувернантка посадила меня на ближайшее судно. Поэтому я прошу помочь мне. Я принцесса Брессонии – Ребекка Клаудия Уайт Уэсли Кэтберри Джонсуинстонская.

– Принцесса, говоришь? – спросила госпожа Франко, оглядывая девочку с ног до головы.

– Да! – выпалила та. – И я прошу помочь мне запросить аудиенцию у короля Кастельи.

– А я тогда графиня Таркийская, – ответила госпожа Франко, усмехаясь краем губ. – И завтра я отправляюсь на бал к королю, где непременно поговорю с ним о вас.

– Правда? – спросила Ребекка, чувствуя себя на грани.

– Разумеется, нет! – вдруг рявкнула госпожа Франко. – Если вам, юная барышня, вздумалось хитростью пробиться в люди, то не питайте больших надежд. Не знаю, сами вы это придумали, или вам это подсказали родители напоследок, но идея совершенно глупая. Я рекомендую встать в строй, пока вы не наговорили лишнего и не настроили меня против себя. И знайте, что использовать в своих целях смерть короля Брессонии – недостойно!

– Смерть? – дрожащим голосом спросила Ребекка. У неё затряслись ноги.

– Насколько известно, король и всё правительство остались на острове, чтобы помочь людям спастись, – резким тоном отвечала Маргарет Поло Франко. – Не буду говорить, что это совершенно глупая затея, но так и есть. А раз они там остались, то смерть из-за извержения вулкана была неизбежна.

– Но они могли успеть отплыть, – хрипло пролепетала Ребекка.

– Тогда тем более вам не имеет смысла врать, – отчеканила госпожа Франко. – Вы отнимаете моё время, барышня! Встаньте в строй, пока я не задала вам в наказание за нарушение дисциплины рассказывать наизусть две главы из Книги Господней.

– Но я же знаю кастельский! – воскликнула Ребекка в отчаянии.

– Тогда вам не составит труда выучить все три главы. До свидания, юная барышня. Встретимся с вами в воскресенье!

И госпожа Франко развернулась и быстрым шагом поспешила ко входу в приют. От одной её походки платье развевалось, словно на ветру у моря.

Ребекка обернулась к толпящимся возле нянек детям, которые называли свои имена и показывали пальцами возраст. Девочка почувствовала, как у неё защипало в уголках глаз. Ей хотелось упасть на траву и горько зарыдать. Но она стояла прямо, упорно не замечая покатившейся по щеке слезинки, как вдруг плывущим взглядом увидела того самого учителя с добродушным взглядом. Эстебан Гарсия-Фернандес смотрел на неё в упор и в задумчивости кусал нижнюю губу. Казалось, он сделал шаг вперёд, но в тот момент к Ребекке подошла одна из нянек.

– Имя, Фамилия, возраст, – проговорила она.

– Ребекка Клаудия Уайт Уэсли Кэтберри Джонсуинстонская, – гордо, стараясь не шмыгать носом, произнесла принцесса. – Десять лет.

Няня только занесла перо над книгой, но тут же остановилась и поморщилась.

– Будешь Бекки Джонс, – проворчала она, что-то записала и отошла в сторону.

Девочка вздохнула с облегчением и хотела было метнуться к Эстебану Гарсии- Фернандесу, чтобы попросить поддержки хотя бы у него, но не увидела ни одного учителя в округе. Все куда-то ушли.

Ребекка, с того момента раз и навсегда ставшая Бекки Джонс, почувствовала, как к горлу подступил ком, а глаза защипало от слёз.

***

Последующая неделя была самой трудной в жизни Бекки. Даже дни, когда она плыла на корабле, спасаясь от вулкана, не были такими тяжёлыми, потому что она просто-напросто их не помнила. А вот в приюте пришлось приспосабливаться, привыкать к новому образу жизни, учиться общаться с новыми для себя людьми и как-то выживать в, как оказалось, суровом мире.

С самого начала Бекки поняла, что находиться в этом месте ей будет крайне тяжело. В первые дни девочки особо не разговаривали друг с другом, потому что пытались прийти в себя и как-то осознать произошедшее с ними горе. Потеря родителей и дома заставила их на какое-то время замкнуться в себе. Но учителя не стали ждать, пока дети свыкнутся с мыслью о своих потерях. Уроки начались на следующий же день после знакомства с Маргарет Поло Франко.

И весь день девочек учили вышивать. Их усадили в хорошо освещённую комнату с огромными окнами, каждая заняла либо скрипучий стул, либо место на длинной лавке, и получила по две катушки с нитками разных цветов, иглу и ткань, натянутую на деревянный круг. Девочки сидели и под монотонное тихое бормотание пожилой, полностью седой учительницы шили добрых шесть часов с перерывом на обед. Бекки тогда возненавидела всё: иголку, которую втыкала то вниз, то вверх, нитки, которые никак не попадали в ушко, узелки, которые завязывались криво или то и дело развязывались. Она умудрилась уколоться всего несколько раз, а бусинки крови выступили всего дважды, но пальцы всё равно болели и казались опухшими из-за долгого монотонного движения.

Бекки было скучно. Она ненавидела сидеть на месте, ей нравилось проводить время активно, двигаться, куда-то стремиться, мчаться к приключениям. А однообразное шитьё её утомляло. Она видела, что многим девочкам это дело понравилось, и они увлечённо вышивали цветочки и даже пробовали что-то новое, о чём ещё не успела пробубнить учительница. Но Бекки не могла усидеть на месте, вечно отвлекалась, елозила на неудобной лавке и порой даже не смотрела на узор, который вышивала. А в голове представлялось, как сейчас мальчишки изучают отличия разных мачт, парусов, как им показывают на маленьких корабликах, как они устроены. И ведёт у них весёлый и добрый учитель, отчего уроки становятся похожи на игру. А у неё вела нудная старуха, голос которой звучал так монотонно и тихо, что Бекки несколько раз едва не уронила голову на грудь. А слушать учительницу даже через силу было невозможно, потому что едва ли можно было понять логическую цепочку её рассуждений, которые перепрыгивали с одной мысли на другую. И то, для кого она говорила, если из девочек никто, кроме одной, не знал кастельский язык?

Нет, Бекки точно не хотела провести так следующие восемь лет своей жизни. Если бы она занялась корабельным делом, то ей, во-первых, это бы нравилось, а, во-вторых, она бы смогла уплыть на поиски отца.

Как только эта мысль созрела в голове, Бекки так и подскочила на месте, словно её ткнули иголкой. Найти отца! Ведь если ей никто не поверит, что она принцесса, то она обречена жить в приюте. Что, если отец будет искать её повсюду, но не подумает об этом злачном месте? Тогда не найдёт дочь никогда. Но она, она сможет оплыть весь белый свет, лишь бы найти его.

Бекки снова почувствовала, что ей хочется куда-то бежать и что-то делать. Она просто обязана была проговорить с госпожой Франко и упросить перевести её в группу к мальчикам.

Это и занимало мысли принцессы всю неделю, пока она ждала воскресенья – единственного дня, когда она могла встретиться с Маргарет Поло Франко.

Но к этой встрече предстояло ещё подготовиться.

Через пару дней девочки стали мало-помалу знакомиться. В основном, они вели разговоры в спальне. А уж когда няньки принесли им Книги Господни, то это вызвало бурные обсуждения. Все злились и негодовали, как можно выучить незнакомый язык по книге, которую даже прочитать не можешь? И вот тогда Бекки почувствовала, что может всех спасти. Она с быстротой кошки запрыгнула на прикроватную тумбочку, встала ровно, уперев руки в бока, и громко провозгласила: