Чтение онлайн

Попав в бассейн с помощью горки, девушки обнаружили еще ряд странных вещей. Плавательные дорожки были натянуты не вдоль бассейна, а по кругу, то есть образовывали кольца, увеличивавшиеся по мере отхождения к краю. Сверху эти плавательные дорожки напоминали круглую мишень. Наверху были подвешены кольца, и молодежь забавлялась, прыгая сквозь них, как дельфины в Обычном Мире.

— Девчонки, плывите к нам!

Сьюзен обернулась на голос и увидела Питера, Джека и Дайнера, которые плавали по внутренней дорожке. Переплывая через первую дорожку самого большого диаметра, девушки обнаружили сильное теплое течение. Проплыв в следующую дорожку они удивились, поняв, что течение здесь абсолютно противоположно предыдущему, и имеет температуру намного ниже. Следующая дорожка не имела течений вовсе.

Элизабет, поддавшись уговорам безудержного любопытства, исследовала все девять дорожек. Бултыхаясь в последней, то есть центральной, она пожалела о своем присутствии в ней, так как в ней бурлил водоворот, пытаясь увлечь Элизабет с собой. Но разве можно было напугать девушку, которая безумно любила плавать? Быстро справившись с ситуацией, она, наконец-то, подплыла к ожидавшей её компании.

— Ну, как спалось на новом месте? — поинтересовался Дайнер. — Кошмары не мучили?

— Не знаю как кто, а я провела безмятежную ночь без сновидений, — тут же отозвалась Нэлл.

— Мне что-то снилось, но я затрудняюсь сейчас вспомнить что именно, — задумавшись, ответила Элизабет. — Снились мне какие-то непонятные силуэты, тени, обрывки фраз. Все смутно и неразборчиво. Единственное, что можно сказать, так это то, что сон не относится к разряду приятных. Ну, да и ладно. Ерунда все это. Кстати, Дайнер, ты не объяснишь мне непонятное поведение мебели в холле. Вчера я что-то такого не заметила.

— Конечно! Вчера перед твоим приездом их дрессировали сидеть смирно и не двигаться. Особенно для беэмсеров это было испытанием.

— Да, — продолжила Сьюзен. — Если в Обычном Мире говорят: «часы идут», и имеют ввиду то, что движется сам механизм, передвигая стрелки, то в Кровби бэмсеры правда ходят, в полном смысле этого слова. Да и вообще они ведут очень активный образ жизни. Следят за фигурой. Ходят на светские рауты.

— Судя по всему, удивляться чему-либо в этом Мире не стоит, — заметила Нэлл.

— Вы ещё многого не знаете о нашей стране и о наших обычаях, — сказал Дайнер. — Если получится, в ближайшее время я свожу вас всех на экскурсию. Правда, все будет зависеть от того, какие планы на ваш счет у мистера Ковгэнса. Кстати, через один бэмс он ждет вас у себя.

— А чему равен один ваш бэмс, если перевести его в часы? — незамедлительно поинтересовалась Нэлл.

— Примерно два с половиной часа. Значит, один час пятнадцать минут будет полбэмса, а ваши полчаса — четверть бэмса или двадцать пять миллибэмсов. В одном бэмсе сто миллибэмсов.

— Как все запутано, — удручилась Нэлл.

— Скоро ты ко всему привыкнешь и начнешь хорошо в этом ориентироваться.

— Надеюсь, — отозвалась девушка.

* * *

Поплескавшись полбэмса в бассейне, молодежь поднялась к себе на этаж, где ребята обнаружили абсолютный порядок в своих комнатах, хотя вчера во время вечеринки никто и не помышлял о соблюдении порядка.

Переодевшись, молодые люди спустились в холл и направились к парадным дверям. Путь им перебежали бэмсеры, что порадовало Сьюзен, — это была хорошая примета. Двери добрым голосом поприветствовали шестерых гостей Тэмергора и распахнулись, выпуская друзей на площадь.

Ребята сразу окунулись в атмосферу суеты, так как на площади было полно народа, и все спешили в разных направлениях.

— Говорят, что это скоро случится, — слышалось с одной стороны.

— А я слышал, что это уже произошло, — вторил первому второй голос.

— Я знаю точно, что это начнется завтра, — ответили с другой стороны.

— Откуда такие сведения? Ты, наверняка, все придумал!

— А вот и нет! Скоро сам все увидишь. Я еще никогда не ошибался.

— Но и мои сведения не раз оказывались достоверными.

— Бэмсы покажут, что будет.

— Да, да, не будем заглядывать наперед!

— В новостях расскажут.

— Угу.

Тут любопытство заставило Нэлл остановиться и дернуть за рукав Дайнера:

— О чем это они говорят?

— О Великом Смещении, — ответил парень.

— О каком таком «Смещении»?

— В нашей стране, как ты уже, наверное, заметила, — терпеливо начал объяснять парень, — все далеко не так, как у вас. Так вот, Великим Смещением у нас называют приближение городов Бронэлс и Роуган. Роуган — потерянный город. Никто и никогда не знает, где он находится. Он постоянно меняет свое местонахождение. В нем живут гномы и особо не жалуются на то, что их никто не может найти. Они добрые, но замкнутые существа. Есть один лишь путь в Роуган и он лежит через город забвения Бронэлс.

— А почему он называется «город забвения»? — вмешалась Элизабет.

— Потому, — продолжал Дайнер, — что побывавший в нем все забывает. Этот город имеет плохую славу. В него ссылают волшебников, ступивших на тропу Зла. Пожив в Бронэлсе, они забывают о своих злых наклонностях, но, правда, и все хорошее они забывают тоже.

— И что, так они и живут в Бронэлсе, ничего не помня?

— Нет, почему же? Кровби — страна Добра и всепрощения. Через месяц после ссылки их поселяют в Гротек — город познания. Там работают великие учителя, — магистры в области волшебства и великие борцы со Злом. Через полгода или же год, бывших жильцов Бронэлса отправляют обратно домой.

— В этих страшных городах, наверное, пусто и безлюдно?

— Наоборот. Они считаются самыми перенаселенными.

— В вашей стране столько преступников? — не смогла скрыть удивления Элизабет.

— Зло застит добрым людям глаза. Иногда они даже и не понимают, что приняли сторону Ибворка. Таких людей жалко. Они заслуживают понимания и заботы. Но есть и такие, которые намеренно повторяют и повторяют ошибки. Вот они и являются постоянными обитателями Бронэлса. Так и блуждают там как тени. Не помнят даже собственных имен. Это их вечная повинность, которую они обязаны нести всю оставшуюся жизнь.

— А как они между собой общаются, едят и вообще выживают?

— За ними следят Ворлы.

— Это те, которые охраняют ходы в Ибворк?

— Да. На них, Ворлов, не действуют чары Бронэлса. Это вообще удивительные существа. У них нет чувств вообще. Природой их создания в них заложено относиться с одинаковым безразличием как к жителям Ибворка, так и к жителям Кровби. Они — молчаливые бездушные существа. Но, в принципе, безобидные, если только не начинаешь противостоять их действиям.

— Ты, помнится, говорил, что они бросают бунтарей в Океан Нейтральности.