Чтение онлайн

— А что ты можешь сказать о «Гадине»? — спросил мистер Ковгэнс.

— Как раз таки это менее загадочный момент во всем предсказании, — произнесла Эрна. — «Гадиной» в Книге названа Элизабет, ведь именно она и представляет главную опасность для Грэкхэма. Итак, теперь, я думаю вам все ясно. Элизабет найдет Джека, поцелует его и он придет в себя.

Девушка стояла как завороженная. Крайне необычное толкование предсказаний, но как логично!

— Где мне искать его?

— И об этом спрашивает человек, который самостоятельно нашел Книги?! — справедливо возмутился мистер Ковгэнс.

— Но сэр, Джек может умереть! Надо послать Огненную Собаку на его поиски! Необходимо спешить! Сейчас дорога каждая минута!

— Тогда не теряй времени и отправляйся на его поиски.

— Я…

— Ты еще здесь? — перебил её профессор. Его взгляд поверх очков говорил красноречивее всех слов.

Элизабет поспешно направилась к выходу.

— Да, чуть было не забыл тебе сказать, не бери с собой никого. Пусть это будет нашим маленьким секретом, — совет профессора, скорее всего, можно было расценить как приказ, но Элизабет поняла, что это способ оградить её от необдуманных поступков.

— Как скажете, профессор, — печально ответила девушка.

Мистер Ковгэнс шел позади девушки, когда они возвращались обратно по извилистым потайным коридорам Тэмерона. Шли они в абсолютном молчании, никто не проронил ни слова. Элизабет была полностью погружена в свои мысли, а мистер Ковгэнс, понимая, что Лиз надо сосредоточиться и все обдумать, вежливо молчал.

Выйдя из покоев мистера Ковгэнса, девушка спиной прислонилась к стене, и плечи ее затряслись от плача. Она скользнула вниз вдоль стены и осталась сидеть на корточках, спрятав лицо в ладонях и не желая сдерживать слез.

Глава 33

Когда все плохо, помни, что будет еще хуже

— Здесь темно, как в крысиной норе, — сказала в темноте Элизабет.

— Что б ты еще понимала в крысиных норах, — проворчала в ответ Лори. — И вообще, чего ты хотела, чтоб в подвале было освещение?

— Да пожалуй, не мешало бы пару лампочек или же факелов.

— А на что тебе волшебный карандаш? — удивился маленький белый зверёк.

— Я так занята поисками, что об этом и не вспомнила, — ответила Элизабет, и, вскинув карандаш, произнесла: — Оголап!

Карандаш немедленно засветился мягким зеленоватым светом, озаряя стены подвального помещения. От него отходили многочисленные коридоры и терялись в глубинах подземного мира Тэмерона. Здесь было сухо, тепло и чисто. Стены, как и во всем замке, были расписаны фресками. Элизабет и Лори уже изрядно устали, блуждая по круглым подземным комнатам и коридорам, соединяющих их.

— И как же определиться, где тот простенок, где находится Джек? — задала вопрос Элизабет скорее сама себе, чем Лори. — Наверху хоть ясно, там либо ванная, либо шкаф, а здесь вообще ничего непонятно. Да и вообще неизвестно, как эти простенки сообщаются с верхними, ведь между ними — Сад!

— Я была внутри и с уверенностью могу сказать, что Сад им не помеха. Для простенков его как будто и нет, — отозвалась Лори.

— Лори, солнце мое, может, ты пролезешь везде, и все посмотришь? — умоляющим голосом попросила Элизабет свою мышку.

— Если учесть, что я единственная мышь в Тэмероне, то с уверенностью можно сказать, что норок здесь быть не может, а пока я прогрызу ходы, Великое Смещение уже наступит. Так что я думаю, что стоит подумать о другом плане.

— Почему ты меня всегда огорчаешь? — Элизабет устало прислонилась спиной к стене.

— Просто в отличие от тебя, я не питаю никаких иллюзий.

— И за что я люблю тебя, такую вредину? — сама себя не понимала девушка.

— Просто, видимо, ты понимаешь, что я всегда права.

— Всегда? Ну ты даешь! — от такой наглости Элизабет чуть не потеряла дар речи.

Они замолчали и двинулись дальше по веренице залов и комнат, но, обходя подвал во второй раз, они так ничего и не нашли, что могло бы указывать на присутствие Джека. Элизабет в беспомощности сделала даже попытку пробить стену ногой, но от этого лишь нога разболелась. Стоя, облокотившись о стену, девушка потерла ушибленную ногу. Внезапно её внимание привлекла фреска с изображением полупрозрачного существа.

— Как ты думаешь, что это может быть? — спросила она у мышки.

— Похоже на дух или привидение. Разве толком поймешь все эти рисунки?

— А как бы ты могла изобразить Мысли Обитателей Замка?

— Да как же их изобразишь? Они же не имеют оболочки. Их нельзя увидеть и нельзя запечатлеть, — разумно ответила мышка, и устало зевнула.

— А как можно изобразить духов?

— Тоже никак. И вообще, чего ты ко мне пристала?! Я же не Пикассо, чтобы изображать то, да это!

— Вот он и ответ!

— Ты случаем не заболела? — не на шутку встревожилась Лори. — Я не вижу ответа в своих словах. Когда вернемся, тебе непременно надо будет показаться врачу.

— Лори, миленькая, ты даже не представляешь, как помогла мне! Когда я спросила «Что это на фреске», ты ответила: «Дух», а когда я спросила, как можно изобразить духов, ты ответила что это просто невозможно. Вот теперь ты понимаешь, что Мысли Обитателей Замка тоже могут быть изображены полупрозрачными силуэтами!

— Подожди. Неужели ты хочешь сказать, что это изображение символизирует Мысли Обитателей Замка?

— Конечно, Лори! Конечно!

— Ну ладно, хорошо. Но что нам это дает?

— Помнишь, Дайнер говорил, что фрески записывают все события, происшедшие в замке? Значит где-то должно быть запечатлено, как Мысли похищают Джека!

— Верно! Вот видишь, общение с умной волшебной мышью тебе, явно, идет на пользу, — при этом Лори важно прошлась перед Лиз, демонстрируя себя, гордо выгнув спинку и дерзко подергивая хвостиком.

Но Элизабет уже не слушала самовлюбленную врединку, она внимательно вглядывалась в изображения на стене. Девушка медленно переходила от одной стены к другой, всматриваясь во фрески. Это не то, это опять не то, а это… а это что-то довольно-таки интересное. Как же это все понять?