Чтение онлайн

Дрон был профессионалом, и у него в крови было собирать и анализировать информацию в любое время суток, независимо от физического состояния или душевных переживаний. Так и сейчас основной его целью было определить, для чего обустраивается в этом районе Метис. Каковы его планы? Кто он? Сколько всего человек в подчинении? Интересовало настроение боевиков и даже здоровье каждого. Дрон уже знал, что худощавый, со шрамом на лице Бахарсотом, в свои двадцать выглядевший на все пятьдесят, загибается от язвы желудка. Судя по тому, что каждый день утром и в обед давали мясо и зелень, у Метиса была отлажена связь с селами. Кто-то занимался обеспечением продовольствия.

Это утро ничем не отличалось от предыдущих. Как и прежде, Василия разбудили голоса проснувшихся бандитов. Потом дверь так называемого карцера открылась и ему сунули кусок хлеба, на котором лежало немного баранины и зелени. Начав есть, он вдруг подумал, что его борода приобрела приличную длину. Конечно, до Карима или Метиса ему далеко, но с полярником тягаться можно. В тот же момент в голову пришла очередная идея, как весело провести сегодняшний день. Хотя так, как Дрон придумал, шутить с боевиками опасно, но Василий просто уже не мог отказать себе в удовольствии повеселиться.

– Все, выходим! – приказал Метис.

Забряцало оружие, заскрипели нары, зашаркали подошвы армейских ботинок по земляному полу.

– Спецназ, работать! – Карим открыл дверь и посторонился.

Ощупывая нижнюю часть лица, Василий, испуганно таращась, выбрался из своего закутка.

– Что, крыса укусила? – спросил стоявший рядом Хусейн.

– Много говорите! – рявкнул продолжавший сидеть за столом Метис.

При свете керосиновой лампы он выглядел зловеще. Круглое лицо, обрамленное густой растительностью, словно светилось изнутри, а вместо глаз черные провалы.

– Мне бы бритву, – подходя ближе к Метису, проговорил Василий.

– Иди работать! – Карим грубо толкнул Дрона в спину.

– Нет, ну пожалуйста! – Василий умоляюще посмотрел на Метиса.

– Он что, с ума сошел? – глядя то на Дрона, то на его провожатых, удивленно спросил Метис. – Какая бритва? Ты издеваешься, да?!

– Надо! – выдохнул Василий.

Удар сзади в бок заставил его слегка согнуться. Однако Дрон не сделал и шага в сторону выхода.

– Не понял! – лицо Метиса вытянулось от удивления. – Здесь нет утреннего смотра. Иди, какой есть.

– Может, в лесу женщину нашел? – Хусейн подмигнул Кариму. – Красивым хочет быть. А вот у нас наоборот, – он осекся под тяжелым взглядом Метиса.

– Бритву не дадите, работать не пойду. Убивай! – процедил сквозь зубы Василий, мысленно обозвав себя мазохистом.

– Ты хочешь напасть на нас? – Метис, не сводя взгляда с Дрона, предостерегающе вытянул руку в сторону Карима и Хусейна, по-видимому, решивших разобраться с бунтарем.

– Нет, – замотал головой Дрон. – Но я видел, у вас есть опасные и такие бритвы. Дайте любую. Я в два раза больше работать буду! Бегом, если хотите.

– Бегом не надо, – на всякий случай заметил стоявший сбоку от Дрона Хусейн. Его не прельщала такая перспектива. Ведь если подопечный будет перемещаться быстрее, то и ему, соответственно, придется не отставать.

Между тем Метис был заинтригован. Он еще не видел таким своего пленника, и Василий заметил, что чеченца озадачило его поведение.

– Скажешь зачем – дам, – неожиданно сдался он.

Василий потупился. Воцарилась гнетущая тишина.

– Он издевается! – неожиданно вскипел Карим. – Метис, разве ты не видишь!

– Хорошо, – Василий изобразил на лице скорбь, – у меня нет выхода. Но с этого момента я стану предателем своего народа.

– У нас не народы воюют, – напомнил Метис.

– Поможешь потом уйти в Грузию и дашь немного денег?

– За что? – глаза чеченца поползли на лоб.

– Хочешь, Метис, я и так узнаю у неверного, зачем ему бритва? – позади Василия хрустнул суставами пальцев Карим.

– Я могу наврать. Дашь слово, буду говорить. Нет – убивайте.

– Я ни при каких обстоятельствах не отпущу тебя из отряда, – решительно заговорил Метис. – Но если ты прольешь свет на что-то очень важное и я пойму, что возвращение твое обратно будет иметь большие проблемы, просто станешь моджахедом.

– Дело в том, что из Москвы вылетела не одна, а две группы спецназа, – выдержав небольшую паузу, глухим голосом заговорил Дрон, отведя взгляд в сторону. – Первая – это та, что в Дагестане выполняла задачу. Вторая – просто сопровождала важный груз. Что-нибудь слышали о генетическом оружии?

Метис лишь сделал странное движение головой, что можно было расценивать и как утверждение, и как отрицание.

– В двух словах, – Дрон с шумом перевел дыхание. – На земле существует много рас: негроидная, монголоидная…

– Короче, негры, монголы – и что? – не вытерпел Метис.

– Все национальности имеют как внешние, так и внутренние особенности. Вернее, внешние – они от внутренних и зависят. Еще в восьмидесятых годах было разработано оружие, которое может уничтожать людей выборочно. Распыляют это вещество над Москвой, к примеру, и все китайцы умирают, а остальным хоть бы хны.

– Понятно, – наконец выдавил из себя Метис. – А при чем тут бритва?

– В Чечне сколько лет война идет? – Дрон развел руками. – Ничего ведь не помогает! Вот и решили применить такой подход к одной национальности. Только принцип не совсем в генетике, а в особенностях волосяного покрова лица у мужчин. Вычислили состав препарата, который может воздействовать на бородатого чеченца, а это, как правило, поголовно все боевики. В бородах скапливается вещество профаноцин. В общем, сейчас по квадратам над лесными и горными районами республики будет производиться распыление этой гадости. Все, кто с бородами, после опрыскивания не проживут и месяца. Сначала станут чувствовать усталость. Потеряют аппетит. Потом умрут. И еще, – воодушевленный тем, что аудитория из трех отморозков открыв рты слушает его грамотное вранье, Дрон поднял палец вверх. – В применении этого оружия есть и гуманизм. Оно не коснется детей и женщин. Им можно в нем плавать. Кстати, не действует на седые бороды. В них профаноцина нет.

На этот раз тишина была гробовой. Дрону даже стало страшновато. Ему стало казаться, что он попал в зал восковых фигур. Метис, не шелохнувшись, просидел целую минуту, затем произнес что-то нечленораздельное.

– Что? – спросил Карим на чеченском.

– Если это так, то чего тебе бояться? – неожиданно сощурился Метис. – Ты же сам говоришь – это только бородатых чеченцев коснется. Но ты-то русский!

«Да, слегка перегнул палку», – подумал Дрон, но тут же нашелся:

– Оружие несовершенно. Мало ли…

Все еще находясь под впечатлением разговора с Филипповым, который выловил в реке какую-то чеченку и теперь торопит возвращаться, Джин сунул станцию в нагрудный карман и направился обратно к машинам. Странно, но Антона словно подменили. Проблемы поиска Дрона, взятые в плен еще трое бандитов стали чем-то второстепенным. Какой груз обнаружили у женщины?

Спрятанный в треснувший и потертый корпус обыкновенной портативной станции спутниковый телефон имел большие ограничения и не обеспечивал конфиденциальности разговора. Оттого обходились общими фразами, намеками.