Чтение онлайн

В какой-то момент я вдруг представила себя в его объятиях, и эта картинка пришлась мне по душе. А если я выпью еще, то. вполне вероятно начну представлять свою голову лежащей на его широкой груди.

Точно пора завязывать с алкоголем.

Кларк же напоминал самую знаменитую лысину Голливуда — Вина Дизеля, правда за его брутальностью скрывалась взрывная смесь из шуток на любой жизненный случай и чрезмерной дурашливости. Когда он внезапно подхватил меня на руки и прыгнул вместе со мной в воду, я поняла, что от этого парня можно ожидать чего угодно.

Ну а Хьюго — этакий Эдвард Каллен, правда, после пяти лет, проведенных в спортзале: такой же тихий и спокойный. Его пшеничные волосы уложены на пробор, никаких тату и намеков на «плохого парня».

Если бы голосом можно было пользоваться как оружием, то его сексуальный баритон точно бы сразил меня с первого слова. И, да, Хьюго чертовски обаятелен.

Поэтому я нисколечко не удивилась, когда Саманта рассказала, что его миссия такая же, как и у меня: поймать объекта в сети и заснять на камеру факт измены. Но он по женской части, понятное дело. Хотя... Вот засада... Я это не уточняла...

«Это Америка, детка! Смотри, как бы Хьюго не оттаскал тебя за хвост в борьбе за мужское внимание», — шутливо рассмеялся внутренний голос.

Но мысли о том, что Хьюго «заднеприводный», испарились, когда он шлепнул меня по заднице во время медляка.

Ровно в полночь Саманта собрала нас всех на верхней палубе и в мою честь запустили офигительный салют. Под яркие вспышки ребята подкидывали меня на руках и поздравляли с вступлением в их команду.

Под утро все куда-то исчезли, а я сидела на белом кожаном диване, который занимал почти всю верхнюю палубу, и, укутавшись в плед, смотрела в предрассветное небо.

Текила, которой я догонялась в одиночку, разбудила во мне сентиментальную Лину, которой безумно хотелось поговорить с мамой обо всем, что творилось вокруг.

— Эй, эй, тебе уже хватит, — и крепкая татуированная рука забрала из моих рук бутылку с текилой и *«лошадку».

Крис опустился на диван рядом со мной.

— Отмечаешь «Жизнь по контракту»? — улыбнулся он и, взяв со стола вазу с клубникой, расслабленно откинулся на спинку дивана.

— Да, — пожала плечами я.

— И что же толкнуло на такую работёнку? — закинув ягоду в рот, спросил он.

— Устала выживать там, откуда я родом.

— ВЫЖИВАЛА она. — рассмеялся Крис и помотал головой. — Интересно, интересно.

— он скрестил на груди руки и состроил серьезное лицо. — Что же заставило такую няшку выживать в суровой реальности? Парень бросил? Достали предки? Или в целом — жизнь дерьмо?

Какого черта этот гавнюк выражается о моей жизни таким насмешливым тоном? Ох, зря он затронул эту тему. Я развернулась к нему и, краснея от злости, выпалила:

— Да что ты вообще знаешь о моей жизни? Такие как ты, грёбаные мажоры, живущие в Майами, даже не подозревают о том, что кроме уток, на которых охотятся, существуют еще и утки с вонючей мочой, с которыми я возилась, чтобы заработать на жизнь! — я почувствовала, как глаза защипало от слез, но продолжила, не сбавляя громкость:

— Знал бы ты, каково это жить вот с ЭТИМ! — я ткнула пальцем в шрам. — Каково чувствовать себя отбросом общества и умолять, чтобы взяли на работу уборщицей в убогую забегаловку, учитывая, что я закончила школу с ОТЛИЧИЕМ! — и пока я вытирала мокрое лицо, эхо повторило последнее слово. — Уж простите, мистер Смазливые Ямочки, но с высоты вашего птичьего полета сложно понять, как живет средний класс. В то время как кто-то горбатится, чтобы вечером поесть, вы набиваете в желудки лобстеры, а на тела — идиотские птицы! — я кивнула на очертания орла на его предплечье. — И ты наверняка не знаешь, что такое терять родных и собирать по кусочкам разрушенный мир. — Я резко замолчала, заметив, как Крис изменился лице.

Кажется, я задела какие-то очень хрупкие струны его души.

Сведя брови к переносице и испепеляя меня взглядом, он сжал кулаки и сморщил губы, еще секунда и он точно либо покроет меня отборным матом, либо выбросит за борт.

Но вместо этого он плеснул воды в стакан и сунул его мне, злобно бросив:

— Охладись!

После чего он встал с дивана и отправился к носу палубы. А из каюты вышел зевающий Кларк.

— Что за шум? «Наташа» рассердила нашего Криса? — Он взял мой стакан и жадными глотками выпил из него всю воду. — Про птицу, ты, конечно, сильно. Пехотинцы это бы «оценили», — он показал в воздухе кавычки и присев рядом, что-то быстро набрал в своем мобильнике, затем развернул мне экран, где был изображен орел, сидящий на земном шаре, вокруг которого обвивается якорь. Сверху стояла аббревиатура из четырех букв «U.S.M.C»

— «Корпус морской пехоты США», — пояснил Кларк.

А ниже надпись: «Semper fidelis», переводилась «Всегда верен».

И тут мои представления Криса с винтовкой и в камуфляже стали еще ярче.

Кларк снова что-то загуглил и развернул мне экран, показав еще одно изображение: меч, на рукоятке которого висела военная каска, и вокруг него обвивалась надпись: «i am my brother's keeper», означающая: «Я сторож своему брату».

— Такое тату у него на другой руке, а вот здесь, — он указал на каску, — Выведены четыре имени: двух его боевых товарищей и двух родных братьев, — впервые я увидела Кларка очень серьезным: — Он потерял их во время операции по освобождению беженцев, — Кларк встал с дивана, убрал мобильник в карман шортов и, кивнув на мой шрам, добавил:

— У него такими вся спина покрыта.

Ком в горле не давал произнести ни слова. Из глаз вырвались слезы, а в памяти всплыли слова, которыми я в него швырялась. Пьяная дура!

***

Широкая спина, обтянутая черной футболкой, загораживала весь вид на небольшие белые волны. Крис казался спокойным, умиротворенным, но почему-то внутри было чувство, что если из воды внезапно выпрыгнет акула, то он справится с ней в два счета.

Я встала рядом с ним, и, положив руки на железную перекладину, заговорила первой:

— Прости... И за птицу, и за то, что посчитала тебя мажором.

— Вижу, остыла? — Крис ухмыльнулся. — И ты извини. Думал, ты отчаянная искательница приключений на свою задницу.

Я прочла имена, выведенные тонким курсивом: Пит, Сэм, Луи, Джон.

— С Джоном и Питом мы познакомились в университете, — заметив мой интерес к его тату, вдруг начал рассказывать Крис. — Они были такими же, как я — одержимыми идеей пойти в Корпус морской пехоты. А Луи и Сэм были моими старшими братьями, моими наставниками и примером во всем.

Крис снял с запястья часы и подал их мне.

— Я подарил их Луи незадолго до его последнего боя...

На крышке виднелась гравировка, которая переводилась как «Братская любовь крепче скалы».

Ветер сдул с моих плеч плед, я на секунду потеряла равновесие и. часы выскользнули в воду.

*Узкий стакан с массивным дном, предназначенный специально для текилы.

Я лежала поперек огромной мягкой кровати.