Чтение онлайн

Я неоднократно предпринимал попытки разобраться со своим внутренним миром, намереваясь самостоятельно построить его здание гармоничным и целостным. Но однажды пришел к выводу, что без наставника, которому бы полностью доверял, сделать это попросту невозможно.

Встретив Ираиду, я не на шутку задумался. Порой трудно поверить в предоставленный судьбой шанс. "Неужели надо было проехать чуть ли ни через всю страну. – размышлял я, – Бросить всё и умотать на самый что ни на есть край света, ради того, чтобы наконец заняться настоящим делом – создать самого себя и остановить бегство не пойми чего, неизвестно куда?

А ни выдумка ли это, ни прихоть ли моя? Может надо, всего навсего, вытереть детские сопли и быть настоящим мужиком: непреклонно достигая поставленной цели, стойко перенося все тяготы и лишения – как учили в армии?" А есть ли у меня такая цель? А была ли она, хоть когда-нибудь? Кажется, когда-то давно, что-то маячило впереди и мелькало перед распахнутым настежь, только что народившимся сознанием.

Солнечный человек.

Я про настоящую цель, которая многого стоит. Дело всей жизни. Или вроде того. А у скольких такая есть? Образование, работа, семья, разумеется, это не пустяки, но это как бы само собой, из разряда "всё включено", то есть стандартные настройки от производителя. И далее: квартира, машина, отдых за границей…

Иногда параметры сбиваются и человек не хочет элементарного. Или он кому-то назло противоречит обычному ходу вещей? Или реально не может, но делает вид, что ему всё равно? Ибо так устроен мир, где социальная пирамида тот же естественный отбор. И худшее из зол то, что в силу ряда биологических причин, отсутствие здоровья, способностей и крутых родственников, тебе не дано подняться на верх, а ты еще не понял этого.

А если понял, то, что остается – спиться или уверовать в сказочку про добро с избитым лицом? Не то и не другое? Тогда терпения тебе и удачи, авось повезет и ты наконец примирившись с собственной ничтожностью, сносно устроишься в жизни. В какую-нибудь артель, таких же небритых и в меру пьющих работяг. И обязательно гараж, отдушина или хобби, чтобы хоть изредка встречаться с полузабытой детско-юношеской мечтой, тет-а тет с которой забываешь про навязчивую идею, что живешь чьей-то чужой жизнью, – и можешь спокойно побыть собой.

– У тебя нет терпения. – резюмировала наставница, когда я наконец согласился стать ее учеником и попробовал испытать на себе, предложенный ею трюк.

Надо поймать Солнце на нужной высоте, лучше утром и стать к нему спиной так, чтобы отбрасываемая телом тень лежала прямо перед тобой и по длине приблизительно соответствовала твоему росту. Минут пять, ни о чем не думая, смотреть на нее, в область шеи, потом закрыть глаза.

– Что ты видишь? – спросила женщина.

Необычная строгость ее голоса развеселила и отвлекла от задания. Захотелось непременно посмотреть на нее – как она выглядит в роли учителя. Она стояла чуть поодаль, сзади, по всей видимости проделывая тоже самое. По южному щедрое светом Солнце было за нами. Жмурясь от его ослепительного сияния, лицо женщины я не разглядел. Под властью давлеющего над зрением светила взгляд опустился вниз. Ираида, расставив ноги медитировала и Солнце (О, божественный искуситель!) бесстыже просвечивало сквозь ее платье, облепившего женский стан, под напором бежавшего навстречу нам ветерка.

– Светлое пульсирующее пятно. – проглатывая возбуждение, поделился я.

– Не то. Смотри еще на тень. – не поднимая век, приказала она.

– Ладно. – согласился я и нехотя отвернулся.

– Закрывай глаза. Что сейчас видишь?

– Вначале было тело из света. Потом оно стало вращаться и превратилось в облако или во что-то облакообразное, из довольно плотной субстанции, с дырой посередине. Или норой. Только что оттуда вылез здоровенный черный паук. Кажется он там живет.

– Ни каких пауков и черных пятен! Ты должен четко видеть светящегося человека. Это твое солнечное тело, дальше будем работать с ним.

Мы сделали еще несколько подходов. Добиться нужного образа у меня не получалось. Я терял терпение и нервничал. Паук, слава богу, исчез, но вместо него внутренний экран заполнило женское лицо. С каждой новой попыткой оно всё навязчивее и отчетливее прорисовывалось, я уже ничего не мог изменить, честно говоря и не особо хотел, с любопытством разглядывая, невесть откуда взявшийся три д портрет прелестной незнакомки.

– Можешь открыть глаза. На сегодня достаточно. – командирским голосом наставница вдруг оборвала тщательное описание увиденного.

Ираида покачивала головой и как-то неопределенно улыбалась. Я не понимал, разочаровалась ли она в моих талантах или всё-таки довольна первым шагом свежевыпеченного адепта. Выстрелив озорным прищуром голубых глаз она сказала:

– Теперь мы хотя бы знаем , что за паук поселился в твоем сердце.

Мертвая мечта.

Я не разделял её оптимизма. Наличие насекомого в таком важном органе удручало и шокировало. В голове лихорадочно циклился вопрос: " Что за паук? Что за паук?"

– Эээй, Дима! – голос Ираиды почти вернул меня в реальность.

– А что за паук? – поспешил я спросить уже у нее.

Женщина смеялась:

– Понимаешь, у каждого свой основной орган мышления. Отсюда, у кого тараканы в голове, а у кого шило в заднице.

И глядя мне прямо в глаза добавила:

– Ты живешь сердцем. И паук этот может не паук вовсе.

– А что ? – спросил я, надеясь услышать какое-нибудь потрясающее откровение.

– Мечта. – ответила она. И взяв меня под руку, повела к лавочке. – Давай, дружочек, присядем.

– А разве мечты живут в сердцах, я думал мечта это что-то умозрительное? – не унимался я.

– Ну, уж нет, ум размышляет, как да что. Мечтает сердце. – ответила Ираида, на миг приостановившись, посмотрев на меня с какой-то даже ласковостью.

Мы сели. В ожидании дальнейших пояснений, я уставился взглядом на погасшее за ночь кострище, чернотой и округлостью напоминавшее то самое отверстие. Но вместо ожидаемого ответа последовал очередной вопрос:

– Ты вглядываешься в лица женщин?

– Да. Практически во все лица, всех женщин. А вообще, я постоянно что-нибудь или кого-нибудь разглядываю.

– А что ищешь? Что хочешь увидеть?

– Наверное красоту. – слегка поразмыслив, ответил я.

– И как? Находишь?

– Не всегда сразу. Мне кажется, красота слишком разная. Иногда ее очень трудно разглядеть. Но она точно есть у всего! И везде с каким-то иным каноном! Красота словно играет с нами в головоломки, мол, попробуй разгадай! Чаще мы видим ее, как бы следуя по проторенным дорожкам. Надо расширять горизонты прекрасного, чтобы ощутить ее впОлне! Напрягать в себе что-то большее, чем просто ум и зрение, вглядываясь в то, что нас окружает здесь и сейчас! Кажется я только что понял, почему именно "Красота спасет мир!" Да потому, что прежде нужна душа! Душа равная Сотворившему это всё!

– Да, ты прав, надо смотреть на мир Его глазами! – сказала она, положив руку на моё уже подгоревшее плечо.

В ее зрачках я увидел свое отражение и… Не знаю, сам ли я рассчувствовался до такой степени, или это была ее сила, передавшаяся через прикосновение, вдруг я опять куда-то полетел… Кажется я истово замедитировал над вертевшейся поблизости мыслью: "Зачем мы тогда родились… не любить мир… это уже преступление!!!"

– А хочешь, я покажу тебе свою фотографию в восемнадцать лет? – присутствие человека вернуло меня на землю.