Чтение онлайн

— Ну, знаете!

Я стала выворачиваться из цепких рук и со всей силы пихнула Макса в плечо. Да так, что мы вместе полетели с кровати. Только вот я приземлилась на мягкое, а мужчина брякнулся так, что застонал, но меня из рук не выпустил.

— Не, ну ты отпустишь меня или как?

— Нет, — прошептал он мне на ухо и уложил мою голову на своё плечо.

— Хам! — завозилась я ещё сильнее.

— Угу, — прошептал Макс где-то в районе шеи и мирно засопел. И это на полу!

Пришлось выждать немного времени, чтобы потихоньку скинуть с себя руки мужчины. Стоит признаться хотя бы себе, что мне ужасно понравились объятия, в которых я волей случая оказалась.

Выбравшись из объятий, легла обратно на кровать и накрылась одеялом с головой. Сомкнув веки, стала уговаривать себя уснуть, шепча “я сплю!”. Угу, не тут-то было. Оказывается моя совесть и на босса реагировала. Вздохнув, свесилась с кровати головой вниз, и застала умильную картину. Максим Витольдович свернулся “калачиком” и, подложив руки под щёку, спит.

И так жалко мне его стало, вот что я за зверь такой, ему же холодно на полу, а я сбросила. Решительности было во мне хоть отбавляй. Сползла на пол и начала тормошить мужчину, положив руку на его плечо.

— Вставай! — в ответ мне была тишина. — Да вставай же уже!

Набрав в грудь побольше воздуха, ухватилась поудобнее и стала поднимать босса.

— Тяжелый! — я пыхтела, пытаясь сдвинуть гору мускул. Куда уж мне! — Ну, миленький! Поднимайся! — на губах мужчины заиграла лёгкая улыбка, но он даже не сдвинулся с места. Сгоряча лупанула его по плечу, но и этим ничего не добилась. Максим как лежал, так даже и не пошевелился. А он красив. Рельефные мускулы сейчас было видно во всей красе. Они бугрились на руках, и даже кубики пресса были хорошо видны, хоть мужчина и лежал на боку.

— Да встань ты уже! — стукнула Максима ладошкой по предплечью. А если честно хотелось пнуть. У меня от натуги даже пот на лбу выступил. — Ну и спи тут! — психанув, сдёрнула покрывало лежавшее на стуле и укрыла им Максима Витольдовича.

Легла и моментально вырубилась. Снилось мне, что я в сауне и мне так жарко, что сил нет терпеть. А выход найти не могу, как не стараюсь.

— Ничего себе! — насмешливый голос сестры ворвался в моё сознание и я резко проснулась.

— Что ж вы меня все пугаете? — выбираясь из-под одеяла, в которое я была закутана как в кокон и прижата к горячему явно мужскому телу, проговорила я.

— М-м-м! И он тоже? — Катя показала кивком головы на мужчину, что крепко держал в своих объятиях. И когда только этот гад успел на кровать вернуться? Лучше бы на полу спал!

— Кто он? — попыталась изобразить из себя дурочку.

— Мы его по всему поместью, практически с собаками ищем! А он! — не обращая на меня никакого внимания и уперев руки в бока, Катерина сверлила взглядом покрывало.

— Кать, не кричи, — промямлили под покрывалом, — дай лучше рассольчику.

— Ах, рассольчику ему! Я тебе покажу рассол! Ты что забыл в кровати Тамилии?

Вот это скорость! Вот это да, не каждый спринтер так может! Максим выскочил из своего укрытия и в считанные секунды сгрёб вещи, что аккуратно повесил на стул и унёсся в ванную комнату, под смех моей сестры. Как только дверь в уборную захлопнулась, Катерина посмотрела на меня приподняв бровь.

— Почему не выгнала?

Я только сидела и как рыбка открывала и закрывала рот.

— Кать? Ты чего? — округлила я глаза.

— Пойду, скажу Жаку, что скоро свадьба, — заметив пробирающегося мимо неё уже одетого Макса, сказала она.

— Катерина Игоревна! — мужчина так и замер с ботинками в руках. — Вы не правильно всё поняли!

— Угу, Жаку это расскажи, — улыбнулась она своей самой обворожительной улыбкой.

— Так ничего же не было! — выпалил красный как рак мой босс.

— Откуда мне знать, было или не было? Я простыни не проверяла, — протянула она.

Теперь пришла моя очередь краснеть. Нет, ну надо же было ляпнуть такое, да ещё и при максиме Витольдовиче.

— Катя! — в голос закричали мы с месье Веселовым.

— Заладили, Катя — Катя, я уже знаете, сколько лет Катя? То-то же! Тогда давайте так! — сестра приложила указательный палец ко лбу и задумалась. — У меня есть ультиматум.

— Какой? — опять в голос, спросили мы с Максимом.

— Ты, — она ткнула пальцем в мужчину, — всячески помогаешь Тами с проектом месье Жерарди и не под каким предлогом не отдаёшь его никому! А ты, — теперь меня удостоили тяжелым взглядом, — каждые выходные проводишь в кругу семьи.

— Я согласен!

— Ну, Катюша! — одновременно сказали мы.

— Кто не согласен, идёт в мэрию!

И развернувшись на пятках, походкой королевы, Катерина удалилась из моей комнаты.

— А может это? В мэрию? — засмеялся Максим и успел захлопнуть дверь до того как в неё впечаталась моя подушка.

— В мэрию он предложил! Гад! Самодур! Нахал! — грозила я кулаком вслед удравшему мужчине. — И кто так предложение делает? — вздохнула я и представила себя в подвенечном платье рядом с мужем. Почему-то перед моим взором предстал Максим, и я резко открыв глаза, замахала руками, прогоняя видение.

— Чур, меня! Чур!!!

Глава 10

— Я на тебя ещё зла! — взяла я трубку, когда уже телефон раскалился практически добела от трезвонов сестры. Прошло уже более трёх часов, а я всё также сижу на кровати и смотрю в одну точку.

— А тебе не кажется, — пропела она елейным голоском, — что пора спуститься хотя бы к обеду?

— Я не хочу есть! — выпалила я и покосилась в сторону двери.

— Ты и не хочешь, есть это две несовместимые вещи! — подытожила она.

Вот как сказать сестре, что в порыве злости, я шкаф умудрилась придвинуть к двери. И не простой, а тяжелючий такой. Только загвоздочка вот в чём, через час после того как дубовый шкаф девятнадцатого века оставил свои следы на полу, обратно он не желает сдвигаться.

— Ау-у-у! Мика! Ты там как? — вот зачем она это спросила? Слёзы градом покатились по щекам, обжигая их. — Ты плачешь?

— Нет, — обиженно пробубнила в трубку.

Послышались шорохи и, в трубке я услышала голос Максима Витольдовича:

— Тамила, что у тебя произошло? — строго спросил он.

— Ничего! — зло, стирая слезы, ответила я и сбросила вызов. И так жалко себя стало. Вот что за детский сад устроила, шкаф к двери придвинула.

— Тами, — послышался из-за двери голос Тимки. — А меня впустишь?