Кто в доме хозяин?
Шрифт:
– Мама, с чего ты взяла. Может у неё горе какое. Какая беременность? Откуда? – он недовольно посмотрел на мать. Потом снял шубку с Роксаны и провёл в комнату.
А роковая красавица рыдала, уткнув лицо в ладони:
– Кто? Кто Вам сказал? – всхлипывала она.
– А с какой ещё новостью может заявиться к моему сыну плачущая красавица? Что делать думаешь? – Василиса явно не собиралась становиться бабушкой.
– Аборт… наверное… Только я боюсь. Крис, ты пойдёшь со мной? – девушка взяла стакан воды из рук Василисы.
– А что твои родители говорят? – спросила женщина, не заботясь о чувствах девушки.
– Мама,– Крис попытался остановить мать.
– Что мама? Я поднимала тебя одна и знаю, что это такое, когда остаёшься один на один с ребёнком на руках, который потом тебе и спасибо не скажет. Мама! Так что отец твой сказал?
Александр был известным человеком в городе. Так же как и все знали, что Полина слово мужу против сказать не решалась.
– Они не знают… Крис? А? – девушка подняла глаза на молодого человека.
– Нет! – бросил как кость собаке парень.
В комнате воцарила тишина. Роксана взяла себя в руки. Успокоилась. Прекратила истерику. Недаром имя носит жены самого Александра Македонского! Поднялась, поставила стакан на стол. Гордо вскинула голову:
– Ну и сама обойдусь! Забудь дорогу ко мне! Если кому проболтаешься, пожалеешь. Я пошла! – и направилась под уничтожающими взглядами Василисы и Криса к двери.
– Стой, дура! – крикнул будущий отец.
– Крис, где ты таких слов нахватался? – раздался голос Василисы.
– А кто она? Дура и есть! На аборт пошла! А меня спросила? Это не только её ребёнок, но ещё и мой! И я достаточно зарабатываю, чтобы содержать жену и ребёнка и без вашего университета! – и Крис показал язык своей остолбеневшей матери.
Вот так Андрюшка поженил родителей.
Жили всяко. Поначалу Крис чуть ли не на руках её носил. Роксана учёбу не бросала. Пришлось молодому мужу переехать в город, к жене. Родители девушки нельзя сказать, что счастливы были: молода больно. Только-только 19 исполнилось, ещё бы погулять, а уже ребёнком обзавелась. Но Крис повёл себя как истинный мужчина: жене во всём помогал. Александр купил им квартиру в городе. Полина приехала, сидела днями с внуком, когда Роксана лекции посещала. Полина-то по жизни тихая да незаметная была. Жила у молодых на кухне: там её диванчик стоял. А как только Андрюша отказался от груди, забрала его и уехала к Александру.
Но недолго молодые радовались свободе, как поджидала их Алёнка.
Крис как мог так и крутился. Зарабатывал везде, где можно было. Попытался даже филиал открыть, да бизнесмен из него никакой оказался. Александру пришлось управлять сразу двумя конторами. А на курсе третьем уже Роксана взяла бразды правления в свои руки. И стал Крис у неё в подмастерьях.
Вот так и жили: Роксана училась и руководила фирмой, Крис командовал работниками да и сам вкалывал, Андрюша и Алёнка то у бабушки с дедушкой, то в детский сад ходили. Отдыхать было некогда.
Но вот дети повзрослели, стали сами в школу бегать, сами уроки делать. Маленькую квартирку сменили на большую. И вдруг однажды остановилась Роксана…
3. У зеркала
Роксана с удивлением рассматривала стоящую по ту сторону стекла женщину. «Неужели это я?»
И в самом деле неужели эта бледнолицая особа с впавшими серо-зелёными глазами и усталым взглядом и есть та красавица Роксана? Неужели всё это: и Роксана обвела глазами коридор, ведущий в четыре комнаты обставленной квартиры,– стоило её молодости и красоты. Молодая женщина поправила причёску. Её рыжие волосы по-прежнему отливали золотом. И морщины ещё не покрыли высокое белое чело, но взгляд… Она устала. Она устала быть и директором фирмы, и строгой, но любящей матерью и примерной хозяйкой. Кажется, она смогла почти всё соединить, прям как в выражении, что настоящая женщина – это королева в обществе, хозяйка на кухне, шлюха в постели. Удалось почти всё, кроме последнего. Нет, не потому, что пуританка, просто сил уже не было ни на что. И сейчас из зеркала на неё смотрела селянка, вернувшаяся с полевых работ под полуденным солнцем, усталая, и имеющая одно единственное желание: дайте отдохнуть.
Роксана подумала, что каждый раз под словом «отдых» в лучшем случае подразумевалась поездка в семейный отель в Турцию, где всё включено. А в худшем – в деревню на родину матери. В деревне, конечно, и свежий воздух, и парное молоко, но лениться деревенские не умели. Вот и городским сразу приходилось впрягаться в работу.
А здесь ещё свекровь: «Роксана, ты смотри, Крис красивый мужик. Его не только борщом кормить надо…»
Крис, да, вот уж кто-кто, а он лоска не потерял. Заматерел. Теперь уже не молоденькие девушки, а женщины на него смотрят, глаз не отводят.
Сняла с ног туфли на высоком каблуке. Села прямо здесь, в прихожей. Поплакать бы, да с чего? Ну что у неё не так? Бизнес по накатанной плывёт. Правда, конкуренция появилась в виде больших гигантов мебели: Икея там всякая. Можно в разы дешевле купить. Да, серийка и что? Народ в советские времена вообще всё как под копирку приобретал. И выжил. Появились другие мастера-краснодеревщики, опять-таки, у них фабрики. Хоть и индивидуально, да объёмы не чета Роксаниным. Говорила Крису, что надо расширяться и ему переходить в правление, так ведь он и слышать не хотел. И учиться так и не выучился. Ходит, на работников покрикивает. Вот последний раз со стажёром поругался. Стажёр – то по делу высказался. А Криса это задело.
Роксана вздохнула. Пошла на кухню. Надо приготовить поесть. Скоро Андрюша с Алёнкой прибегут. Хоть и обедают в школьной столовой, а домой всё равно голодные прибегают. Покормить детей, себя, и обратно на фирму.
Телефонный звонок с неизвестного номера стряхнул усталость.
– Слушаю Вас. – произнесла Роксана и улыбнулась, как будто с клиентом говорила не по телефону, а t^ete `a t^ete.
– Роксана Александровна? Добрый день, это Вас из больницы беспокоят. У Вашего отца сердечный приступ…
Роксана тут же набрала номер матери, тот не отвечал. Набрала Крису – тоже молчал. Звонкая трель дверного звонка объявила о приходе детей.
– Значит так, Андрей и Алёна! Я к дедушке в больницу. Папе скажите, что я уехала. Целую. – чмокнула в макушку, выбежала из подъезда, вскочила в свою Мазду и нажала на педаль.
Александр лежал в кардиологическом отделении. Увидев дочь, он улыбнулся:
– Только матери ничего не говори. А то беспокойная она. Всю родню из села сюда притащит. Будут куры по коридору ходить.– пошутил тихонечко.
– А где мама?
– Мама-то в село поехала. Утром ещё. Там у племянницы юбилей намечается, так она помогать туда поехала. – сказал, а сам глаза отвёл.
– Папа, что-то случилось? – Роксана слишком хорошо знала своего отца.
– Нет, дочка, всё в порядке. Устал я. Ты езжай домой. У тебя свои дела… – и опять отвёл взгляд.
– Хорошо, па.– поцеловала в щеку и вышла из палаты.
Но домой не поехала, захотелось остаться в городе детства. Неспеша пошла по весенней улице. Яблони только набирали цвет, ещё не раскрылись. Но уже ощущался праздник пробуждения жизни. Роксана с улыбкой посмотрела на парочки, мимо проходящие. Девчонки хихикали, парни хорохорились. Купидон летал над головами и наугад стрелял своими стрелами направо и налево. То в одного попадёт, то в другого. Забавлялся парнишка.