Курс 1. Декабрь
Шрифт:
Лана. Старшая сестра. Которая приперлась пару дней назад и с порога заявила: «Даже не думай приближаться к Роберту. И не показывайся ему на глаза. Вообще. Ты меня поняла?»
Малина фыркнула. Очень надо. Подумаешь, наследный принц. Подумаешь, красивый. Подумаешь, от него все девки академии с ума сходят. Ей-то какое дело?
И вдруг перед глазами всплыла картинка. Такая яркая, чёткая, будто наяву.
Роберт стоит на одном колене. Рубашка расстёгнута, видна крепкая грудь, мышцы перекатываются под кожей. В зубах — алая роза. Он смотрит на неё снизу вверх своими дерзкими глазами и протягивает цветок. Взгляд такой… такой…
— Тьфу! — Малина затрясла головой, отгоняя наваждение. Щёки предательски запылали. — О чём я вообще думаю?! Совсем с ума сошла?!
Она вскочила с кресла и принялась ходить по комнате. Надо выпить воды. Или умыться. Или…
Малина замерла, оглядываясь.
Она была не в своей комнате.
Коридор мужского общежития. Двери. Табличка. Та самая дверь, которую она мысленно представляла минуту назад. Дверь в комнату Роберта.
— Как я тут оказалась? — прошептала она, глядя на ручку. Сердце колотилось где-то в горле.
Ноги сами принесли. Подсознание. Или… может, это судьба?
Она протянула руку к двери. Пальцы почти коснулись холодного металла.
— Кхм. Кхм.
Малина дёрнулась, как ошпаренная, резко обернулась.
Позади стояла Оливия. Пшеничные волосы убраны в аккуратный пучок, в глазах — тот самый странный огонёк, который всегда заставлял Малину нервничать. Одета просто, но с тем неуловимым изяществом, которое бывает только у тех, кто знает себе цену.
— Господина нет на месте, — произнесла Оливия ровным, спокойным голосом.
— Ах… — Малина вздрогнула, пытаясь принять невозмутимый вид. — Я… понятно. Я думала, ты в поместье.
— Я вернулась, — Оливия чуть склонила голову.
— А почему ты не с Робертом? — Малина нахмурилась, в её голосе проскользнули командные нотки.
— Я стараюсь не напрягать моего господина своим присутствием, — ответила Оливия всё так же ровно. — Ему хватает внимания от женских фигур.
Малина вздёрнула носик, принимая величественный вид.
— Именно. Парня моей сестры вечно достают всякие. Так что следи за ними и не позволяй приближаться к нему.
— Так и поступаю, — Оливия слегка улыбнулась, но в этой улыбке не было тепла. Скорее, спокойная уверенность.
Малина развернулась и, стараясь сохранять достоинство, зашагала прочь по коридору. Сердце всё ещё колотилось.
Хм… странное чувство… — думала она, удаляясь. — Вроде она простолюдинка, но аромат от неё… такой знакомый. Напоминает мне…
Она замерла на секунду, но тут же мотнула головой.
Неее… глупости. Просто показалось.
И ускорила шаг, чтобы поскорее скрыться от этой двери, от этой служанки и от своих собственных мыслей.
Выходные. Часть 1
Я проснулся и несколько секунд тупо смотрел в незнакомый потолок. Не нашей комнаты в академии. Не комнаты Марии. Какой-то другой, с деревянными балками и приятным кремовым оттенком.
Отель.
Вчера мы всё-таки добрались.
После всей этой безумной пятницы с обмороком Элизабет, бешеным Гребом, мы загрузились в карету и двинули в город. Только не в тот, куда обычно ездят студенты академии, а в другой — Детроис.
Городок оказался маленьким, но чертовски красивым. Старинная архитектура, узкие мощеные улочки, фонари с магическим пламенем, которое мерцало тёплым золотом. Нам рассказывали, что это один из первых городов империи, какое-то время даже был столицей. Сейчас — тихое, туристическое место, где можно погулять, подышать историей и не париться.
Добрались мы уже ближе к ночи, уставшие как собаки. Вся эта неделя вымотала так, что даже сил не осталось на традиционное «отметить прибытие». Громир, который обычно первый предлагает нажраться, только махнул рукой и поплёлся в свой номер. Зигги с Таней ушли куда-то в сторону лестницы, тихо переговариваясь.
Мы сняли несколько номеров. Я, Лана и Мария заселились в один, трёхместной кровати не нашлось. Девушки, естественно, оккупировали большую кровать, а мне досталась отдельная, поменьше.
Я сел на кровать, потянулся, хрустнув позвоночником. За окном уже светало — серый, утренний свет пробивался сквозь плотные шторы. Часы показывали начало седьмого.
Перевёл взгляд на соседнюю кровать.
Лана и Мария спали, тесно прижавшись друг к другу. Белоснежные волосы Ланы разметались по подушке, смешавшись с алыми прядями Марии. Они выглядели такими умиротворёнными, такими… домашними. Лана что-то пробормотала во сне и сильнее прижалась к Марии. Та вздохнула и уткнулась носом ей в плечо.
Я улыбнулся. Как же хорошо, что они поладили. Могло быть куда хуже.
Осторожно, стараясь не шуметь, я встал, натянул штаны и прошлёпал босиком в ванную. Там было чисто, пахло каким-то цветочным мылом и свежестью. Я умылся ледяной водой, прогоняя остатки сна, почистил зубы прихваченной из дома щёткой, пригладил вечно взъерошенные волосы.
Посмотрел на себя в зеркало. Выглядел помято, но довольный.
— Выходные, — прошептал я собственному отражению. — Два дня без учёбы, без драм, без истеричных баб и их бешеных братьев. Просто отдых.
Я вернулся в комнату, бесшумно подошёл к окну, чуть раздвинул шторы. Город просыпался. Вдали виднелись остроконечные крыши старых зданий, где-то запела птица, потянуло свежим утренним воздухом.
Красота.
Я посмотрел на спящих девчонок и решил не будить их. Пусть поспят. Мы все это заслужили.
А пока можно будет тихо спуститься вниз, найти какой-нибудь местный ресторанчик, притащить завтрак в номер. Чтобы они проснулись, а тут кофе, круассаны и довольный я.
План идеальный.
Я натянул футболку, сунул ноги в кроссовки и, стараясь не скрипеть, вышел из номера.
Я спустился в холл отеля — небольшой, уютный, с деревянными панелями на стенах и мягкими креслами у камина, в котором, несмотря на тёплое утро, всё ещё потрескивали дрова. За стойкой стояла консьержка — миловидная женщина средних лет в аккуратном форменном платье. Увидев меня, она приветливо улыбнулась.
— Доброе утро, господин. Рано Вы поднялись.
— Доброе, — кивнул я, подходя. — Привычка. Хочу заказать завтрак в номер.